Сближение - Кристофер Прист

Поезд въехал в городок Бетюн, когда дневной свет угасал в западной части неба. Кое-где на улице горели огни, но немного, кроме того, их специально затемнили, чтобы приглушить излишнюю яркость. Пока состав с грохотом двигался по окраине городка, мы с Г. Д. прижались к крошечным окошкам, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Сначала показалось, что здания особо не пострадали, но, когда поезд замедлил ход и мы подъехали к вокзалу в центре города, стало ясно, как много артиллерийских снарядов здесь упало.

Стало ясно, что жизнь, которую я вел в Лондоне, основывалась на ложном понимании войны. Новости с фронта приходили регулярно, наверное ежедневно, но обычно войну изображали как некое отдаленное событие, разворачивавшееся за границей, а не как что-то, угрожающее повседневной жизни обычных британцев. Но этой «заграницей» была Франция, до которой через море рукой подать, и битвы, проигранные здесь, почти наверняка приведут к захвату и оккупации моей родной страны враждебным иностранным государством.

Кругом говорили, что вокруг все меньше становится молодых парней, почти у всех в армию ушел сын, брат, или возлюбленный, или, по крайней мере, кто-то из близких друзей, но при этом никто не связывал происходящее с непосредственной угрозой. Дефицит товаров раздражал, но не указывал на кризис. Ходили слухи, что цеппелины ^[19], эти накачанные газом небесные чудовища, вот-вот сбросят тысячу бомб на наши дома, но они так и не появились. Комедианты в мюзик-холле высмеивали их, в то время как угроза оставалась лишь угрозой.

Это смутное чувство беспокойства теперь осталось за моей спиной, а окружала меня реальность. В темноте я видел черные поля за пределами города, и небо над ними постоянно озарялось бесконечными вспышками. Неоспоримые свидетельства в виде разрушенных зданий во всех районах Бетюна и многочисленные груды неубранного щебня подчеркивали близость войны.

Когда поезд наконец остановился, то толпа солдат устало высыпала на платформу, а мы с Г. Д. замешкались, прежде чем к ним присоединиться. Мы заново упаковали багаж, но в глубине души ждали, что сейчас объявится ефрейтор и сообщит, куда идти дальше.

Солдаты выстроились повзводно на платформе: в касках на головах, с вещмешками за спиной и винтовками на плече. Приказ эхом облетел сводчатую крышу вокзала, и вот уже первый взвод молодых людей зашагал прочь, демонстрируя впечатляющую дисциплину. Мы отлично понимали, как сильно они, должно быть, устали после долгого путешествия в переполненном поезде, но рядовые не подавали виду.

После того как удалилась третья рота, платформа опустела. Начальник поезда покинул нас сразу же, как состав остановился, и теперь мы с Г. Д. остались одни. Ефрейтор куда-то пропал.

– Видимо, теперь каждому пора своей дорогой, – сказал мне Г. Д. – Меня здесь встречают, по крайней мере так сказали. А вас?

– Думаю, меня тоже кто-то должен встретить, – ответил я, но неуверенно. У меня не было сведений на этот счет.

– Отлично! Уверен, все будет в порядке. А теперь давайте прощаться! Мы путешествовали довольно долго, и я дико устал.

Мы пожали друг другу руки крепко и по-дружески, после чего Г. Д. спустился на платформу. Мои вещи все еще стояли на полу рядом со мной, я подхватил их и двинулся следом за ним. С верхней ступени лестницы я видел спину моего прославленного друга, который медленно брел к выходу. Внезапно меня поразила мысль, что, возможно, мы с ним никогда более не встретимся. Впереди меня ждали исключительные опасности.

Подчиняясь порыву, я крикнул вслед:

– Мистер Уэллс!

Он умудрился услышать меня, оглянулся и медленно зашагал обратно. Я спустился по лестнице вместе со своим громоздким багажом.

– Простите, что я вас снова задерживаю, мистер Уэллс… то есть, простите, Г. Д. Я просто хотел сказать, что знакомство с вами доставило мне настоящий восторг, и я получил истинное удовольствие от нашего общения.

Он пожал плечами в ответ на комплимент, но при этом весело улыбался:

– Мне тоже было очень приятно, уверяю вас. Я не забуду все то, что вы поведали о своих секретных методах. Не часто встретишь Властелина, способного проглотить зажженную сигарету.