Принуждение к войне. Победа будет за нами! - Владислав Морозов

Воздушные потоки над Антарктидой из-за очень сильной неравномерности прогрева солнцем над заснеженными и каменистыми поверхностями и водой подвержены большой рефракции. Это я тебе говорю как специалист, который несколько раз зимовал на «шестом континенте». Так вот, подобное положение приводит к весьма значительным искажениям при визуальных наблюдениях за различными объектами и предметами. Отсюда, в частности, пошла разнородная информация об очень скоростных и быстро маневрирующих объектах, обладающих сверхзвуковыми скоростями и невидимостью «летающих дисках» и прочих явлениях того же порядка. Ну, и плюс к этому в Антарктиде были немецкие посадочные площадки. Самолетов там, правда, было всего ничего – или связные машины, или большие самолеты и летающие лодки для транспортных перевозок и ледовой разведки. Но наличие кое-какого опыта в этой области, в частности подготовленных ВПП, карт, персонала и прочего, натолкнуло фюрера на мысль о проведении совместно с японцами стратегической операции, как обычно, призванной переломить ход войны.

Сначала самолеты с японских авианесущих подводных лодок (были и такие, если помнишь) должны были нанести бомбовый удар по гидротехническим сооружениям Панамского канала и наглухо «запечатать» его. Одновременно немецкие подводные лодки, авиация и диверсанты должны были заминировать Суэцкий канал. Таким образом, Англия отсекалась от колоний, а американский флот оказался бы разделен по двум океанам. Соответственно, вся тяжесть морской борьбы и почти все союзное судоходство должны были как минимум на какое-то время, переместиться в южные широты, весьма близкие к берегам Антарктиды. А там на этот случай планировалось заранее построить аэродромы, с которых применялось бы помимо прочего и пресловутое «Вундерваффе». Правда, по самым достоверным данным, под «Вундерваффе» в данном случае понимались всего-навсего бомбардировщики вроде Не-177 и До-217 с управляемыми бомбами и крылатыми ракетами V-1 на борту Ну и, кроме того, там же планировалось посадить части японской палубной авиации с их торпедоносцами и пикировщиками.

Красивый был план. Если бы немцы и японцы успели до лета 1944-го, они как минимум могли бы сорвать высадку в Нормандии. Но, увы, немцам к этому времени стало категорически не до того. Более того, они вынуждены были свернуть деятельность большей части своих станций в Антарктиде. Их просто невозможно было нормально снабжать в условиях тотального господства союзников на море и в воздухе. А те, что остались, держались за счет лояльности некоторых «третьих стран» вроде Аргентины и Чили, имевших кое-какое присутствие в Антарктиде и почти открыто помогавших немцам. Поэтому немцы постепенно начали превращать этот проект в чисто пропагандистский. Начались утечки информации о тех самых «летающих дисках», сверхдальнобойных ракетах, более мощных, чем V-2, подземных городах, заводах и секретных гаванях на «шестом континенте». Достоверности этой информации добавляло то, что немецкие подводные лодки продолжали ходить в Антарктиду с целью снабжения тамошних баз или для остановки на пути в Японию. Соответственно, небылиц и слухов рассказы немецких подводников только прибавляли.

Характерно, что японцам об отмене планируемой акции ничего сообщить не удосужились.

Поэтому в Японии вплоть до конца войны увлеченно готовились к этим операциям. Достаточно вспомнить о том, что разбомбить Панамский канал самолетами, стартовавшими с подлодок, японские адмиралы продолжали планировать даже в августе 1945-го, то есть уже тогда, когда от Третьего рейха остались одни воспоминания. И мало того что планировали, так они еще и людей с техникой для этого усиленно готовили! Потом все удивлялись – зачем японцам сдался этот Панамский канал? А ведь все было запланировано. Тщательно и заранее.

Ну, а потом, уже после Победы, разработки этого плана попали к американцам. Позже часть этих документов выкрала наша разведка. Время было нервное. Оказалось, что куда-то исчезли некоторые немецкие технические новинки (про которые, правда, не было точно известно, существовали ли они вообще в металле), их разработчики и часть нацистской верхушки с документами и эфемерным «золотом НСДАП». Более того, и смерть Гитлера не сразу стала неопровержимым фактом. Считалось, что бесноватый фюрер сумел куда-то удрать.

В общем, взоры разведчиков обратились к Антарктиде – а вдруг именно там спрятано искомое? Американцы, как известно, послали в Антарктиду экспедицию адмирала Берда. Но это было уже в 1947-м. А мы успели раньше.

– Это в каком смысле раньше?

– Во всех смыслах.

И Кинёв раскрыл передо мной очередной альбом. На развороте было несколько фотографий.

Часть была сделана на палубе какого-то крупного корабля, на катапульте которого были установлены истребитель «Спитфайр Mk.IX» с красными звездами на фюзеляже и плоскостях и небольшая одномоторная летающая лодка КОР-2. На трех фото среди прочих матросов, механиков и пилотов у самолетов был запечатлен и мой собеседник. Еще на одном фото улыбающийся Веник был запечатлен в кабине «спитфайра» крупным планом.

– Это испытания по катапультному запуску «спитфайров», – пояснил Веник. – Проводились летом 1945-го на черноморском крейсере «Молотов». Официально считается, что это был проект «одноразового» истребителя для прикрытия боевых кораблей в море с посадкой на воду после выполнения задания. Нечто вроде английских «харрикейнов» – «катафайтеров», реально широко применявшихся в начале войны. Но на самом деле отрабатывали мы совсем не это. Пуски с катапульт, в которых участвовал я, начались в августе 1945 года. Конечно, реально они начались несколько раньше, но про предыдущий период я ничего рассказать не могу, поскольку сам в них тогда не участвовал. А в сентябре 1945-го, сразу после капитуляции Японии, до нас довели смысл реальной боевой задачи. На Балтийском флоте для похода к берегам Антарктиды формировался отряд кораблей в составе ледокола «Усыскин» и четырех новых, недавно переданных по ленд-лизу транспортных пароходов типа «Либерти» – «Профсоюз», «Тракторист», «Осиновец» и «Серафимович»…

– Стойте. Что еще за «Уссыскин»?

– Не «Уссыскин», а «Усыскин». Аэронавт такой был, героически погибший в середине 1930-х, во время подъема на стратостате на рекордную высоту.

– А-а, – вспомнил я. – Это тот, что вместе с Васенко и Федосеенко накрылся, что ли? Тогда помню. Прощения просим.

– Ну так вот, официально наша «Особая экспедиция 128» шла под флагом Севморпути. Официальной целью была объявлена доставка во Владивосток и далее, на освобожденные от японцев территории (Сахалин и Курилы), техники и оборудования для обеспечения дальнейшего устойчивого судоходства на дальневосточном участке Северного морского пути. Кстати, нам на борт реально погрузили массу грузов для полярников – продукты, теплую одежду, маячное оборудование, радиостанции, оснащение для метеостанций, лес для постройки домов, лендлизовские щитосборные дома и прочие подобные вещи, которые действительно везли по прямому предназначению.

– А зачем экспедицию отправили именно с Балтики? Не могли по тому же Севморпути пустить? По-моему, это уже получалась не секретность, а полная чушь. На месте американцев я бы в это не поверил ни в жизнь.