Нибиру. Книга 2. Восход - Игорь Михалков

Чуть не забыл. Наконец, пятое. Убежище стережет одно забавное создание. Зовут ее Машка. Не бойся ее, это очень древнее существо, живущее на планете с незапамятных времен. Сородичей Маши, так называемых стражей, часто использовали для охраны сакральных сооружений, кладбищ и сокровищниц, поскольку они практически неуязвимы и очень долго живут. Не обращай внимания на то, что Машка свободно передвигается в стенах. Для нее это так же естественно, как для тебя, например, дышать. Она, как бы лучше подобрать слова, наполовину тень – состоит из доселе неизвестной человеческой науке материи.

Ни в коем случае не смей причинить ей вред – для тебя и семьи она совершенно безопасна. Наоборот, в ее силах защитить вас от нападения. Помни, что Маша запрограммирована на твою кровь (и дочери), потому постарайся держать ее подальше от жены.

Да, еще одно. Маша уже долгое время беременна. Не имею понятия, сколько времени их род вынашивает потомство, но думаю, что вы подоспеете порадоваться замечательным щенятам. Надеюсь, они родятся здоровыми».

– Твою мать… – прохрипел Антон, бешено вертя головой. Добавил несколько грязнейших ругательств. – Щенята?!

Аркудова мало беспокоили заверения покойного отца. Песиголовец, казалось, едва его не убил и даже ранил полковника. Не хватало нападения нескольких подобных существ. Страшно было подумать, какими милыми «песиками» могут оказаться отпрыски убитой стражницы.

Убежище пустовало. Из стены никто не думал выпрыгивать, а из потолка за Антоном не следили блестящие глаза. Наверняка щенки так и не успели родиться. Или сбежали куда-нибудь – жить в другой горе.

Успокоившись, профессор вернулся к чтению.

«Напоследок, если ты остановился перед Камнем Сказаний и не знаешь, как войти. Вблизи Звена камень теряет обычные физические свойства. Не спрашивай меня, что именно происходит с ним, потому что, к своему стыду, я так и не разобрался с этим занятным вопросом. Известно, что Звено реагирует на приближение кого-нибудь из рода его Операторов, то есть тех, кто его запрограммировал и запечатал. Едва ты подойдешь к камню в конце коридора, на его поверхности появится надпись на старом языке, синтетической копии древнеегипетской письменности. Если ты видишь символы (должен увидеть, коль мои расчеты верны), значит, Звено распознало тебя.

Впрочем, этого мало. Ты должен также подтвердить свое право владения Звеном. Разрежь палец или прикуси губу – главное, чтобы выступили несколько капель крови. Намажь ею камень и можешь входить. Наверняка привычное к моей крови Звено пропустит и тебя.

Извини, но больше ничего объяснить не могу. Сам не постиг… Таинство манипуляций со Звеном я узнал из секретного трактата шумерских жрецов; забегу наперед и скажу, что никакими шумерами эти дьявольские жрецы не были.

Я долго размышлял, стоит ли тебе рассказывать о том, как управлять Звеном. Ведь активация этого «агрегата» может повлечь за собой очень тяжелые последствия. Даже боюсь подумать, какие…

Впрочем, тебе необходимо защитить себя и тех, кого любишь. Поэтому запоминай: манипуляционный алтарь включается так же, как и Камень Сказаний. Дай ему крови, и можешь подключаться. Дальше следуй своей интуиции. Вот и все.

Умоляю тебя, не используй Звено без надобности. Оно очень опасно! Включай только в случае смертельной угрозы…»

«Чем глубже в книгу, тем веселее, – подумал Антон, горько усмехаясь. – Дальше наверняка будет рассказ о тайном обществе атлантов, сговорившихся избавить человечество от утреннего кофе с булочкой».

Он отложил дневник на сиденье дивана и поглядел на выпуклую поверхность столика-алтаря. Узнать секреты Звена было намного предпочтительней, чем читать откровения полусумасшедшего старика.

Рана под разодранной штаниной успела зарасти тонкой корочкой запекшейся крови. Антон слегка поддел ее и поморщился, прижимая указательный палец к горячей плоти. Рука немного дрожала, когда он поднимал ее, чтобы снова опустить на гладкий камень. С тихим шипением жидкость растворилась в алтаре, и в следующую секунду ладонь провалилась внутрь «столика».

Ученый застыл, глядя перед собой невидящими глазами. Комнатка исчезла, сменившись ослепительным золотистым сиянием с маленькой красной сферой в том месте, где находилась его рука. Перед ним появилось что-то неопределенных размеров и характеристик. Больше похожее на облако или сгусток вязкой субстанции. Оно постоянно менялось, отчего взгляд никак не мог сфокусироваться.

Безликий голос возник не в ушах, а прямо в мозгу Антона:

Звено готово служить Оператору. Боеготовность 0,032 процента. Требуется срочная активация режима «забор т-энергии». В противном случае регион не устоит во время Вторжения.

– Что это значит? – беспомощно спросил Аркудов, чувствуя, что губы его даже не шевельнулись.

Враг уже приближается. Информация о боеготовности систем планетарной обороны, именуемых Цепь, отсутствует. Звену разрешается проверить глобальное соединение?

– Проверяй, – позволил Антон, теряясь. – Чего уж…

Соединение отсутствует… 6512 полных обращений планеты вокруг звезды, 2 месяца, 4 суток и… 13 часов. Глобальная сеть отсутствует. Информация о Звеньях Цепи отсутствует. Обнаружено излучение т-энергии в больших количествах в районе Тигриного полуострова, вблизи Ромских гор, на юге Хепербореи, у островов Атлантиса… Всего двадцать шесть очагов излучения; еще один, на полуострове Индостан, разрушен без возможности восстановления. Предположительно принадлежащих Цепи… шесть очагов. Существует вероятность, что остальные двадцать источников принадлежат чужеродной Системе. Звену разрешается передать данные о местонахождении очагов излучения?

– Передавай.

Список координат загружен в подсознание Оператора.

Антон содрогнулся – черепную коробку стиснуло такой болью, что по щеке пробежала слеза. Ученому показалось, будто в затылок ему вонзили раскаленный гвоздь, и железка начала расти.

– Ой…

Он забыл о том, что такое время – его не стало. Очнулся, осознавая, что продолжает странный диалог.

Звену разрешается напомнить, что боеготовность ниже 55 процентов означает немедленное уничтожение его как боевой единицы, что означает дальнейшую невозможность ведения боевых действий?

– Разрешается, – простонал Антон.

Кто его знает, что сделает эта бездушная дура, если ей отказать. Наверняка может организовать кое-что похуже головной боли.

Звено напоминает, что боеготовность ниже 55 процентов означает…

– Короче! – жалея, что ввязался в авантюру с камнем, воскликнул Аркудов. Вернее, ему показалось, что воскликнул. – Что тебе нужно?

Звену разрешается активировать режим «забор т-энергии», чтобы восполнить боезапас?

На душе заскребли кошки – промелькнуло воспоминание о чем-то очень важном. Кажется, отец предупреждал…