Город Ангелов - Лея Стоун

– Я Люк, – прошептал он.

Я усмехнулась, оценив его чрезмерно дружелюбное приветствие.

– Бри. – Судя по всему, девушки не входили в круг его интересов, поэтому я не переживала, что он начнет со мной заигрывать.

Люк кивнул.

– Скажу сразу, – он указал на мой лоб, – моя тетя работает на демонов, так что у нее тоже есть такая метка. Я все понимаю. Меня это не пугает.

Я искренне улыбнулась.

– Хорошо.

На груди его комбинезона была пришита эмблема, указывающая на то, что передо мной стоит оборотень. Одаренный демонами.

Кажется, я только что завела своего первого друга.

– Ну что, пойдем? – я указала на зарешеченные стены.

Он с опаской посмотрел на Тиффани, которая только что взяла в руки большой светящийся меч.

– Дамы вперед, – сказал Люк, подмигнув мне.

Отлично.

Я сделала глубокий вдох и медленно подошла к одной из стоек, пытаясь найти предмет, который я бы полюбила не меньше, чем кофе. Тогда я пошла дальше, в секцию с луками и стрелами. Люк, который держался позади меня, внезапно остановился. Я развернулась, чтобы посмотреть, как он тянется к луку, сделанному из чистого золота. Когда его рука коснулась блестящего металла – лук начал светиться бледно-голубым светом.

– Ах, стрелы истины. Отличное оружие, молодой человек. Вы должны быть польщены, – заметил мистер Клеймор.

Люк завороженно уставился на свое оружие, приоткрыв рот. Один за другим ученики находили то, что им нужно, и собирались в дальней части зала, ожидая конца занятия.

Нас осталось только трое, и я уже осмотрела все стенды, кроме одного. Мое сердце бешено колотилось. Что, если у меня нет вечного оружия? Может, мне просто взять какой-нибудь меч и притвориться, что он позвал меня? Но ведь тогда оружие не начнет светиться.

Последние два ученика нашли свое оружие, и тогда все взгляды устремились на меня. Люк был единственным, кто смотрел на меня с жалостью. Все остальные, казались… раздраженными, словно говоря: «Почему мы должны ее ждать?»

– Не торопись, Бриэль. Выбор вечного оружия не терпит спешки, – сказал профессор, и я почувствовала себя еще более униженной.

Когда я подошла к последнему стенду – что-то во мне едва заметно шевельнулось. Мой желудок заныл от предвкушения, и мне показалось, что я нахожусь рядом с открытым электричеством. Я стояла в секции с кинжалами, чувствуя, что мое сердцебиение просто зашкаливает.

«Сюда, крылатая», – у меня в голове прозвучал тихий женский голос, и я вздрогнула от неожиданности.

Теперь все остальные ученики смотрели на меня во все глаза, но все же не так пристально, как профессор.

Он шагнул вперед с таким взглядом, словно я только что разделась на глазах у всей группы.

«Второй ряд, третья подставка сверху. Давай, милая, сколько можно медлить? Я так долго этого ждала», – снова заговорил тоненький голосок.

Пресвятая матерь, это какой-то сумасшедший дом.

«Ты… со мной разговариваешь?» – сказала я, гадая, не поехала ли у меня крыша. Что ж, давно пора.

Она тихонько застонала.

«Второй ряд, третья подставка сверху. Ну же, дорогая. Ты справишься».

Это длилось слишком долго, и я начинала выглядеть по-настоящему глупо. Бросившись к стенду, я схватила серебряный кинжал: второй ряд, третья подставка сверху. Как только я обхватила рукоять – кинжал вспыхнул ослепительным светом, и по моему телу прошла волна энергии. Это было трудно описать словами. Я ощутила такое удовольствие, словно мне довелось снова увидеть своего отца. При этом показалось, что в моих руках сосредоточилась огромная сила и я могла бы разорвать стальную дверь. Мои крылья раскрылись сами собой, заставив весь класс ахнуть. Я упала на колени, пока сила продолжала бушевать вокруг меня, как ураган, а ветер развевал мои волосы.

«Я – Сэра», – сказал мне кинжал. Я чувствовала ее, словно она была человеком, моей давней подругой. Это было самое странное и в то же время самое успокаивающее ощущение, которое я когда-либо испытывала.

«Меня зовут Бриэль, но ты можешь называть меня Бри», – я чувствовала себя глупо, представляясь кинжалу, но, эй, в мире происходили и более странные вещи.

– Невероятно, – выдохнул профессор.

Наконец, ветер стих. Мои ноги все еще дрожали, но мне все-таки удалось подняться с пола. Я уставилась на кинжал, который лежал у меня в руках. Он был около девяти дюймов^[3] в длину, бо́льшую часть которой составляло лезвие, с короткой золотой рукоятью, украшенной гравировкой и инкрустированной мерцающими камнями, похожими на жемчуг.

– Клинок серафимов. Я даже не знал, что у нас такой есть, – выпалил мистер Клеймор.

Он подошел к подставке, из которой я взяла кинжал, схватил черные кожаные ножны и протянул их мне. Ремни выглядели достаточно длинными, чтобы закрепить ножны на бедре, – это я и сделала.

– Разве вы не слышали о клинке серафимов на уроке истории? – спросил наш преподаватель.

Я широко распахнула глаза. О нет, сейчас он прочтет нам лекцию.

Невысокая девушка с каштановыми волосами и веснушками подняла руку.

– Кажется, он подпитывает и увеличивает внутренний свет своего хозяина.

Тиффани засмеялась, указывая на мои крылья:

– В ее случае с этим могут возникнуть проблемы.

Люк зарычал – совсем как дикий зверь, – и она сразу же замолчала. Теперь он точно стал моим другом.

Мистер Клеймор кивнул.

– Верно, но это только малая часть. Если бы Бриэль боролась за жизнь дорогого ей человека – свет стал бы невероятно ярким. Если бы она защищала себя или других людей, то эффект был бы не таким впечатляющим. Говорят, что свет истинной любви, проходящий через клинок серафимов, может разорвать демона на части без единого пореза.

И тогда, по милости Божьей, наконец-то прозвенел звонок. Выдохнув, я направилась вслед за Люком. До обеда оставался всего один урок – боевые искусства.

– Остановитесь! – взревел профессор. Весь класс замер. – Вы должны закрепить вашу связь с оружием, напоив его вашей кровью.

Я с облегчением отметила, что мои одноклассники тоже не ожидали такого поворота. Тиффани была первой, кто спокойно порезал ладонь о лезвие, словно в словах профессора не было ничего странного. Постепенно все остальные последовали ее примеру. Люк посмотрел на меня и пожал плечами, оцарапав руку одной из своих стрел.

Вытащив Сэру, я сделала небольшой надрез на ладони. Я даже не была уверена, что действительно порезалась, пока моя кровь не начала бурлить. Мне не было больно – только холодно, словно я взяла в руку кусочек льда. Голубой свет вырвался из рукояти и закружился вокруг меня, вызывая целую волну мурашек.