Город Ангелов - Лея Стоун

– Да, сэр, – сказала я, опустив глаза в пол. Линкольн совершенно справедливо меня ненавидел. Я была слишком наивна, полагая, что смогу служить демону и не причинять никому вреда.

– Принимайся за работу! Нам как раз привезли шесть новых трупов, – прорычал Бердок.

Я пронеслась мимо стойки администратора и распахнула двойные двери. Стоило мне переступить порог, как на меня обрушился запах смерти, формальдегида и шалфейного дыма.

Мама.

Мне уже приходилось помогать в клинике, когда мама была завалена работой. Сейчас она стояла над ванной с мыльной водой и отмывала тело женщины лет пятидесяти.

– Бри! Как прошел твой первый день? – при виде меня ее лицо просветлело.

Ее взгляд упал на мои татуированные руки.

– Ох, ничего себе… татуировки. Что ж…

Я нервно потерла руки.

– Да, вроде бы они нужны для контроля моих способностей. Каждая из них связана с ангелом, чьей силой я обладаю, или что-то вроде того. Я еще не до конца поняла, как это работает.

Мама нахмурила брови.

– Сколько их у тебя?

Я поморщилась и прошептала:

– Четыре.

Она уронила губку.

– Четыре! И это нормально?

Я широко распахнула глаза.

– И ты спрашиваешь это у селестиала с черными крыльями? Все, что со мной связано, – ненормально.

– Ладно, ты права. Ну, что есть, то есть. Закончишь мыть миссис Кальпо? Мне нужно приготовить снадобья для мистера Деннера.

Фу. Два раза фу.

И все равно это было лучше работы хряща. Пока что. Теперь, глядя на свои татуировки, я заметила, что воспаленные красные линии уже начали заживать.

Селестиалы обладали способностью к самоисцелению, и мысль о том, что я тоже этому научусь, казалась по-настоящему пугающей. Словно я постепенно теряла свою человечность.

* * *

Моя смена в клинике длилась с полудня до четырех часов, а потом я могла идти домой, делать уроки или что-то еще. Моя мама заканчивала в пять, поэтому я сказала ей, что заберу Шию с работы и приготовлю ужин. Она пришла в замешательство, узнав, что я стала гордой обладательницей нового джипа, но все же позволила мне уйти.

Проходя мимо стойки регистрации, я с облегчением заметила, что мистера Бердока не было на месте. Я забралась в машину и велела навигатору проложить путь до стрип-клуба. Шия проводила половину дня в Академии Нечестивых, изучая колдовство, а затем отправлялась в клуб, чтобы заработать на жизнь. Ее смена заканчивалась в половине пятого.

Я приехала на стоянку на чуть раньше, и, когда Шия вышла из парадной двери, я нажала на клаксон. Ее взгляд метнулся к моей машине, и она подозрительно прищурилась. Увидев меня, она раскрыла рот, но удивление быстро сменилось довольной ухмылкой.

– Не может быть! Пожалуйста, скажи мне, что она наша, – воскликнула моя подруга, распахивая дверь.

– Если под «нашим» ты подразумеваешь «мое», то да, она наша.

Она завизжала, размахивая руками, как сумасшедшая. Затем ее взгляд опустился на мои руки.

– Расскажи мне все, святая красотка с модными татуировками.

Я рассмеялась.

– Если не считать новой машины – у меня был ужасный день. Мои новоиспеченные учителя невероятно горячи, но главный из них – полный придурок. Я провела пять часов в мучительной агонии, а затем еще четыре – оттирая трупы. Хочешь понюхать мои руки?

Она издала сдавленный звук.

– Я верю тебе на слово.

Я сдала назад и выехала на главную дорогу, направляясь к нашему дому.

– Как прошел твой день? В Академии Нечестивых действительно водятся привидения? Среди учителей правда есть демоны-абрусы?

До этого момента нас обучали только люди. Это было особым условием, на котором настояли падшие ангелы. Любой, кому не исполнилось восемнадцать, получал бесплатное, более-менее нормальное образование: математика, естественные науки и все такое, плюс несколько магических предметов для общего развития. Тем не менее я слышала, что это правило не распространялось на Академию Нечестивых. Все занятия вели демоны, и ангелы никак не могли повлиять на учебный процесс.

Шия вздохнула.

– Я не хочу об этом говорить.

Я замерла. Остановив машину перед магазином, где продавали демонические рога, я повернулась к ней.

– Шия… Неужели все так плохо?

Прежде я никогда не видела, чтобы Шия отказывалась о чем-то говорить. Обычно ее было невозможно заставить молчать. Конечно, иногда она замыкалась в себе, но все равно не отказывалась посплетничать. Я не знала людей смелее и решительнее своей лучшей подруги.

Она молча протянула руку. На ее предплечье была набита большая черная татуировка в виде черепа с зеленой змеей, выползающей из пустой глазницы.

Черт возьми. Метка темного мага.

– О-откуда она у тебя? В смысле… это не слишком быстро? – Я думала, что только опытные темные маги могли получить такую татуировку. Обычно это происходило после обучения, когда они приносили клятву и обещали служить темной стороне до самой смерти. А может, моя мама просто выдумала эту историю, чтобы мне легче спалось по ночам.

– Но ведь тебе тоже сделали татуировки. Я думаю, они просто хотят заявить свои права на нас. Что тут говорить, сделанного не изменишь. – Она скрестила руки на груди и уставилась в окно.

Нет.

– Шия, у меня есть машина. Только скажи, и я увезу нас отсюда. Мы поедем в Канаду и будем жить в лесу. – Я обещала, что не позволю ей стать злодейкой, а обещания нужно выполнять.

Ее глаза наполнились слезами.

– Помимо всего прочего, татуировка служит магическим маячком. Просто отвези меня домой.

Глядя, как по ее щекам стекают слезы, я попыталась взять себя в руки. За все время нашего знакомства Шия плакала всего несколько раз. Все было очень, очень плохо.

– Вместе мы со всем разберемся, – это была бессовестная ложь. Я осознала это в ту же секунду, как слова слетели с моих губ, но мне нужно было что-то сказать.

– Хорошо, – отстраненно согласилась Шия, и мое сердце разбилось на мелкие осколки. Уже тогда я понимала, что навсегда запомню этот момент. Момент, когда она потеряла надежду.

* * *

Мы поужинали в тишине. Мой младший брат с любопытством рассматривал наши татуировки, но когда он попытался нас расспросить, мама пнула его под столом.

Теперь мы с Шией лежали в своих кроватях, в нашей общей комнате, и молча смотрели в потолок. Мы почти не разговаривали с тех пор, как приехали домой. Я видела, что она немного подавлена и хочет побыть в одиночестве.