Полшага до неба - Анна Семироль

— Ты похожа на суслика возле норы. Та же готовность сбежать в укрытие, — усмехнулся Маард.

— Разумная осторожность, — безапелляционно ответила девушка. — Тебе тоже было бы страшно, будь в тебе метр шестьдесят, а во мне — метров десять.

— Около шести, — поправил он. — Ты ближе-то подойди, трусиха.

Мягко прижать дракона к каменному полу. «Спокойно, дружище, спокойно. Она не обидит, девушки — маленькие, нежные зверьки, больно не делают, только визжат громко. Ты терпи, парень. Мы с тобой через это столько раз проходили».

— Тиль, встань так, чтобы свет снаружи падал зверю на спину.

Она молча повиновалась.

— Теперь смотри примерно на три ладони по хребту ниже лопаток. Ну, там, где крылья начинаются.

— Ничего не вижу, — пробормотала девушка спустя минуту.

Дракон медленно поднял правое крыло, отвел его в сторону. Тильда шагнула ближе, прищурилась.

— Тут… Будто осколки стекла между чешуйками. Маард, он поранился? Как это случилось? — голос звенел от волнения.

Зверь, почувствовав внимание к своей персоне, заныл громче. «Подхалим, — проворчал про себя Маард. — Не так тебе плохо, как внимания хочется. Знаю уж, не хитри». Пристыженный дракон коротко рявкнул и потянул оператора к выходу из пещеры. Тильда отступила к стене, пропуская ящера, потом последовала за ним. Вид у девушки был настолько обеспокоенный, что Маард невольно пожалел ее.

— Да не волнуйся ты, маленькая. Зверь в порядке. Такое не в первый раз. Взрослеет.

Бледные щеки девушки залил густой румянец.

— Ээээ… «Дни»? — спросила она. — Я думала, это самец…

Маард не выдержал и расхохотался. Тильда обиженно поджала губы.

— И при чем тут спина? — буркнула она еле слышно.

— Извини, — миролюбиво сказал Маард. — Дракон самец, все верно. У него чешуйки новые режутся, это не очень приятно. Сейчас он уляжется, посмотри сама. На свету видно хорошо. То, что ты приняла за стекла — это как раз оно.

Тиль бочком подобралась к жалобно ноющему ящеру. Тот покосился на сочувствующую девушку, улегся, вытянувшись во всю длину, и к завыванию добавился тоненький нежный свист.

— Не иначе как выпрашивает, чтобы ты его пожалела. Но лучше не суйся: парень сейчас нервный, мало ли…

Но девушка лишь сердито отмахнулась и осторожно погладила изгиб черного крыла. Маард замер — замер и дракон. Мелькнула мысль: а кого ты сейчас коснулась, рыжая? Зверя? Человека?.. Стоп. Хватит. Ну пожалела одна бедолага другого. Только и всего.

Девичьи пальчики бережно трогали полупрозрачные темные пластинки — вздыбленные, как иглы у рассерженного ежа. Пройдет пара дней — и они улягутся, станут неотличимыми от покрывающих тело ящера старых чешуй. А пока… Похоже, дракону приятно. Во всяком случае, нытье сменилось тихим свистом.

— Хороший мальчик, хороший… — ворковала Тильда, поглаживая зверюгу. — Потерпи немножечко, мой милый. Ты же сказочный — и значит, терпение у тебя тоже сказочное. Маард, а лекарство для него есть какое-нибудь? Ну чтобы ему не так больно было.

— Да не больно ему на самом деле. Просто зудит спина. Вот он и ноет. Ты свиней видела когда-нибудь?

Тильда хихикнула и кивнула.

— Они об забор чешутся, да?

— Да. А для этого здоровяка забора нет. Разве что выгнать его в лес и поскрести об деревья помощнее. Но с нас взяли обещание лес не портить.

Дракон хрюкнул. Тильда расхохоталась — весело и звонко.

— Поросенок! Самый настоящий!

Маард промолчал, задумавшись. Вспомнилось, как «поросенок» полоснул девчонку клыками. И как эти клыки легко ломают кости косулям.

… — Ты, главное, ему не мешай, — объяснял Маарду Клайв. — Должен инстинкт сработать, дальше само пойдет. Не все же его разделанными тушами кормить.

— Угу…

— Крови не боишься? Не сблюешь, а? — издевался координатор.

— Сблюю — уберешь, — ледяным тоном ответил Маард и опустил щиток шлема.

Драконыш недовольно обнюхивал металлическую ограду загона. Чувствовал людей по ту сторону, чувствовал запах еды, которую принесли люди, и негодовал, почему его не кормят. Его специально держали на голодной диете несколько дней, прежде чем допустить до живой косули. Долго спорили: стоит ли. Безопаснее давать хищнику умерщвленную добычу — часть ответственных за проект считала, что у дракона не будет соблазна охотиться на движущихся теплокровных и не будет стимула нападать на посетителей парка. В результате споров все же решили, что хищник должен оставаться хищником, а безопасность людей обеспечит Маард. Сам Маард так же думал, что кормить молодого дракона только кусками телячьих туш — это все равно что потчевать здорового мужика с ложки манной кашей. Нелепо и неестественно. Ради разнообразия пусть охотится время от времени.

— Завтрак пошел, — мрачно сказал Клайв где-то рядом с Маардом. — Чем бы все ни кончилось, я выложу видео в Сеть.

В загон выпустили косулю. Маленькую, размерами со среднего терьера. Она тут же удрала в самый дальний угол и остановилась, напряженно глядя в сторону драконыша. Юный ящер удивленно встопорщил три ряда костяных рожек на голове и втянул ноздрями воздух. Маард напрягся: волнение дракона передалось и ему. «Ну, давай, парень, пошел», — мысленно подтолкнул он детеныша.

Ящер припал к земле и замер, чуть подрагивая кончиком хвоста и раздувая ноздри. Маард нахмурился: обычно его «воспитанник» поступал так, когда чувствовал опасность. «Что ж ты, дружок, трусишь?» — укоризненно обратился он к зверю. Ритм сердца участился, потом замедлился. Дракон быстро потек в сторону косули. Не пополз, не побежал, а именно потек — бесшумной антрацитовой змеей. Маард чувствовал каждую напряженную мышцу ящера, ощущал запах косули — запах парализованного страхом теплого, живого мяса.

Ящер приблизился. Косуля вздрогнула, рванулась в сторону. Драконыш молниеносно развернулся всем корпусом и сбил ее на землю одним ударом хвоста. В следующее мгновение челюсти сомкнулись на горле жалобно верещащей добычи. В ноздри ударил терпкий, солоноватый запах крови.

— Маард, Маард, ответь! — завопили динамики голосом координатора.

Он с трудом заставил себя переключиться в режим диалога и отпустить дракона. Сердце колотилось так, будто он, а не драконыш сейчас поймал косулю. Мысли путались, перед глазами плыли радужные пятна.

— Ну ничего ж себе! — продолжал радостно блажить Клайв. — Система показывает полное слияние! Маард, ПОЛНОЕ, слышишь?

— Слышу, — язык повиновался с трудом. — Клайв, закажи мне на обед бифштекс.

Есть хотелось так, будто это его, а не дракона, не кормили неделю…

Маард вздрогнул. За всеми этими воспоминаниями он совершенно забыл о Тильде. Отвлекся, выпустил ящера из-под контроля. Нельзя так, нельзя.