В тени молнии - Брайан Макклеллан

–Значит, я просто должна найти их и допросить? Или свершить правосудие?

Демир побарабанил пальцами по столу, глядя на улицу. Видимо, он и сам еще не решил. Наконец он сказал:

–Как сочтешь нужным.

–Серьезно?

–Конечно. Как я уже сказал, для меня не важно, кто это сделал. Я хочу знать зачем.

–Это все усложняет.

Демир убрал свою чашку с блюдца, бросил на него что-то и подвинул к Киззи. Подковка из светло-зеленого годгласа размером с мизинец. Один конец был заострен и загнут крючком, чтобы продевать его в кольцо на ухе.

–Шеклглас?– удивилась Киззи.

Гражданским запрещалось использовать шеклглас, но богачи и люди с большими связями могли его достать. Сама она уже много лет не видела ни кусочка шеклгласа.

–Мне нужно признание.

Киззи внимательно посмотрела Демиру в глаза. В его взгляде была жесткость, которой не замечалось в юности, и твердость, отвечавшая изменениям во внешнем виде. Возможно, он ожесточился. Ведь он же гласдансер, в конце концов. Или он расставляет сети на кого-то покрупнее убийц? Понятно, что те, кто наносил удары, были всего лишь исполнителями чужой воли.

–А Каприк знает, для чего ты меня «одолжил»?

–Нет, не знает.– Демир отхлебнул кофе, глядя на нее в упор поверх чашки.– Я сказал ему, что мне нужна дополнительная охрана вокруг отеля.

–Почему именно я?

Демир приподнял бровь, как будто ответ был очевиден:

–Ты считаешься единственным честным бойцом в Оссе, и эта репутация заработана тяжким трудом. Незапятнанность собственной души для тебя важнее преданности Ворсьенам.

–Я в немилости именно по этой причине,– фыркнула Киззи.

–И это мне нравится. В детстве мы были друзьями. Мне и сейчас нужен друг. Ну как, возьмешься за эту работу?

Эта фраза перекликалась с тем, что промелькнуло в голове Киззи всего несколько минут назад и ослабило ее бдительность. Вообще-то, ей следовало отказаться. Убийство члена Ассамблеи – это работа для Сжигателей, а не для бойца-одиночки. Но похоже, Сжигатели уже считали дело раскрытым. Грент сделали козлом отпущения, однако Демир не соглашался с этим.

–Тебе могут не понравиться ответы, которые я найду,– сказала она.

–Я к этому готов.

–Еще один вопрос.

–Сколько угодно.

–Монтего будет участвовать?

Демир колебался всего мгновение:

–Ему сообщили. Но я понятия не имею, когда он появится. Вы двое все еще… держите дистанцию?

–Интересное выражение,– устало усмехнулась Киззи.– Мы не разговаривали уже пятнадцать лет.

Ей не хотелось даже думать о Монтего по многим причинам. Например, из-за прошлого. А еще из-за того, что Монтего все боялись: он убивал из спортивного интереса.

–Я не прошу тебя работать с ним, но не исключено, что вы будете видеться,– сказал Демир.

С болью в сердце Киззи поняла, что это скрепляет сделку. Нельзя упускать возможность снова увидеть Монтего, пока Демир выступает в качестве буфера между ними,– второго такого шанса не будет. Их история оборвалась пятнадцать лет назад, и с тех пор от Монтего не было ни слуху ни духу. Киззи вдруг так захотелось поставить точку в их отношениях, что она решилась.

Схватив стекло, она сунула его в карман с пробковой подкладкой и тут же ощутила усталость и легкое головокружение.

–Хорошо, я согласна.

Ей показалось или во взгляде Демира что-то мелькнуло? Неужели облегчение?

–Ассамблея ничего тебе не скажет. Они удачно спрятали концы в воду и только разозлятся, если узнают, что ты ведешь свое расследование.

–Я и раньше обходила органы власти стороной,– ответила Киззи.

Большинство опытных бойцов лавировали между Национальной гвардией, гильдиями и законом. Такой была их работа.

Демир залпом допил кофе и встал, бросив на стол монеты – плату за двоих.

–Найдешь меня в моем отеле, если я понадоблюсь. Бринен позаботится о расходах и твоем вознаграждении. Спасибо тебе, Киззи. Ты сняла большой груз с моих плеч.

Киззи подняла свою чашку, салютуя Демиру, и долго смотрела ему вслед.

–И переложила его на свои,– тихо сказала она.

Несмотря на дурное предчувствие, Киззи была заинтригована: ей никогда не доводилось расследовать настоящий заговор. А вдруг все окажется просто? Она проследит пятерых убийц до границы с Грентом и скажет Демиру, что все было именно так, как ему сообщили.

Но предчувствие говорило ей, что все будет совсем иначе.