Рублевка-3. Книга Мертвых - Сергей Антонов

– Вот теперь можно и повоевать.

Садыков не отвечал. Он тоже взял себе автомат и замер у двери, к чему-то прислушиваясь.

– Они идут!

Он захлопнул решетку, просунул между прутьями руку и запер замок, но ключ из скважины достать не успел. Словно чертик из табакерки, перед дверью появился гипнос и с невнятным урчанием схватил Рамзеса за руку. Тот пытался воспользоваться автоматом, но сделать это одной рукой было трудно.

Томский прыгнул к двери, на ходу вытаскивая пистолет, и сунул ствол прямо в разинутый рот мутанта. Хлоп! Каша из мозгов гипноса забрызгала стены. Садыков наконец вырвал руку и оттолкнул умирающего пучеглаза от решетки. Тот шлепнулся на пол, прямо под ноги другого гипноса. Этот не пытался атаковать, а просто остановился и пристально посмотрел на людей, стоящих за решетчатой дверью.

Толик отпрыгнул в сторону, схватил замершего на месте Садыкова за плечо.

– Не смотри на него! И старайся не прислушиваться к чужим голосам у себя в голове.

– Проклятье! – зарычал Рамзес, морщась так, словно у него болел зуб. – Эти твари – на самом деле гипнотизеры и телепаты. Гляди-ка!

На прутьях решетки сомкнулись две ладони мутанта: грязные, тонкие пальцы с обломанными ногтями – как у обычного человека. Решетка вздрогнула.

– М-р-р-р! Мы-ы-ыр!

Гипнос, наверное, злился от того, что не может справиться с преградой. Потом руки его исчезли. В коридоре послышались шлепки босых ног. Судя по звуку, гипносов было несколько, и они поднимались наверх.

Когда все стихло, Садыков уселся на пол, прижавшись спиной к стене.

– Уверен, что башня окружена. Интересно, как они поведут себя, увидев, что хозяин мертв? Может, разбегутся?

– Я бы на это не рассчитывал. Они попытаются нас достать.

– Как? Да с таким арсеналом мы можем…

Закончить свою мысль Рамзес не успел, потому что внезапно погасла лампочка. Томский прислушался и понял, что тарахтение старого генератора, уже ставшее фоновым шумом, стихло.

– Они вырубили свет. Наверное, в отличие от нас, хорошо видят в темноте.

– Ничего. Будем убивать любого, кто появится в поле зрения.

– Они мутанты, но не идиоты. Подставляться не станут.

– Значит, прорвемся с боем. Расчистим себе дорогу парой гранат…

– Я бы так и сделал. Проблема в том, сколько гипносов собралось снаружи.

– Ладно. Пока им до нас не добраться. Есть время поразмышлять над вариантами… Кстати, по поводу вариантов. Мой тебе подходит?

– Тот, от которого отказался профессор? Лучше скажи, Конструктор, что за фермент ты распылил над Жуковкой и на кой тебе это сдалось?

– Фермент… Планировалось, что привычные нам растительные культуры после удобрения этим веществом будут прекрасно себя чувствовать в условиях радиоактивного загрязнения, а прививки «Возрождения» позволят людям не таскать на себе тяжеленные защитные костюмы и избавиться, наконец, от намордников-противогазов. В идеале, искусственно созданные флора и фауна лет через пять-десять должны были вытеснить все то, что бессистемно развивалось в природе после Катаклизма. Должны были появиться новые люди, новые растения и животные, способные жить в изменившихся условиях. Мечты… Благими намерениями выстелена дорога в ад. Хотим – как лучше, а получается – как всегда. Есть такая старая шутка про казахов: что бы они ни выращивали – получается конопля. Так и у нас. Вместо панацеи от всех бед получилось отличное оружие массового уничтожения. Ни тебе бомб, ни тебе пулеметов. Просто аэрозоль и мутанты, которые сделают все сами. А на кой мне это сдалось? Причин много. Первая – и главная – состоит в том, что моя Рублевская Империя оказалась ошибкой – от начала и до конца. Богема была по определению обречена на вымирание, а я пытался пойти наперекор законам природы и спасти эту давно разложившуюся братию. Да, мне удалось возродить идеальную, на мой взгляд, египетскую систему управления: фараон, жрецы, элита и рабы-гасты. Вот только система эта никогда не была идеальной. Фараонов – наместников Бога на Земле – с легкостью и изяществом убивали в Древнем Египте в ходе борьбы за власть. Когда я понял, что мне грозит такая же участь, попытался исчезнуть и управлять Империей из-за кулис. Какое-то время наслаждался своим фокусом, а потом… Все полетело к черту. Я перестал разбираться, где чужие, где свои. Не смог держать в узде соратников, которых сам же и воспитал. Игра стала для меня самоцелью. Игра без выигрыша, игра без начала и конца. Я устал, Томский. Смертельно устал от своих же шахмат. Фигуры оказались или очень своенравными, или чересчур слабыми. Низменные страсти, мелочные разборки. Когда я остался совсем один, то понял: Жуковка нежизнеспособна и должна исчезнуть. Ускоряя крах Рублевской Империи, я оказываю ей милость. Неизлечимо больной не должен мучиться, у него есть право на эвтаназию…

Толик слушал рассуждения Садыкова, которые больше походили на оправдания, и вдруг заметил, что голос фараона начал дрожать, слабеть. Рамзес уже не говорил, а шептал:

– В Метро я начну новую жизнь, обеспеченную, спокойную. Я всегда мечтал быть ученым. Чтобы стать им, теперь у меня есть все, но, увы, я слишком стар. Соберу вокруг себя молодых и инициативных, стану помогать им…

Томский включил фонарик и направил луч света на Садыкова. Генерал прикрыл лицо руками, но Толик успел заметить мертвенную бледность его кожи, крупные капли пота на лбу и щеках.

– Планы, господин Конструктор, у тебя, как всегда, грандиозные, но, похоже, тебе пора уколоться.

– Есть такое, – кивнул Рамзес. – Но это – мелочь. От своей зависимости я избавлюсь, как только сменю обстановку. Жить в Жуковке без наркотиков было невозможно…

– Черт бы вас побрал, ваше высочество! Чтобы сменить обстановку, надо быть в форме. А ты в самый неподходящий момент превращаешься в тряпку!

– Ерунда. Мне бы только добраться до…

– Тс-с… Тихо. – Томский выключил фонарик и подошел к решетке. – Кажется, они спускаются…

Как ни прислушивался Анатолий, но ничего подозрительного он больше так и не услышал. Ожидание становилось невыносимым. Было бы гораздо лучше, если бы гипносы-пучеглазы пошли в атаку. Тогда было бы понятно, что делать: стрелять, швырять гранаты, крошить все, что попадется под руку. В бою пригодился бы и Садыков. А если ждать у моря погоды еще час или два, наркоман окончательно выдохнется без своего допинга, станет не помощником, а обузой.

– Уничтожив Жуковку и тем самым обезглавив Рублевку, я окажу всем услугу, – продолжал бормотать с подозрительной горячностью Рамзес. – Да. Услугу, как говаривали в мое время, всему прогрессивному человечеству. Ведь и мутанты, которые скоро станут полновластными хозяевами моей столицы, тоже долго не протянут. Это – ловушка, Томский. Мне не удалось добиться союза с этими тварями, и я решил собрать их вместе, чтобы прихлопнуть всех разом! Как тараканов шлепанцем! Хлоп! Хи-хи-хи!