Последний реанорец. Том XI - Вел Павлов

—Не делайте такие удрученные лица. Лучше возьмите пример с сына,— ухмыльнулся весело я, глядя на Куню, которая помогала мне с перевязью доспеха на запястье, а затем и на остальных жен.— К тому же там я буду не один. Со мной отправится хранитель сразу двух мирозданий. А это огромная сила.

—Ты не забыл куда отправляешься? Не веди себя так, словно отправляешься на прогулку!— отчитала меня резко Прасковья, грозно сдвинув брови и со всей силы до хруста в собственных пальцах стянула перевязь.— Против тебя окажется целый мир. А против хранителя сразу шесть странников.

—Не мне тебя учить, но не лезь на рожон, Лазарев,— подала голос Хельга.

—Поэтому будьте осторожны, господин,— тихо изрекла Рита.

—Мы о твоей истинной силе едва можем догадываться,— вставила свои пять копеек Вика, передавая мне портупею.— А о мощи хранителей даже боимся размышлять.

Трепещи Ракуима! Что ж, уели. Тут крыть нечем. Женился и связался я со слишком проницательными женщинами.

—Ладно-ладно,— сдался я с тяжелым вздохом, невольно отворачиваясь в сторону окна и неторопливо завершая всю свою подготовку.— Как скажете.

А затем взгляд упёрся в собственное отражение в оконном стекле. И смотрел на меня оттуда уже не человек и не имперский князь, а тот самый некогда почивший последний реанорец.

Взгляд. Оружие. Телосложение. Доспехи. Складывалось ощущение, словно я вернулся в прошлое.

Разумеется всё, что было нужно для путешествия и для сражений на астральной арене я заготовил еще пару месяцев назад. Рострик привел Бедствие Алларма в полный порядок и улучшил его до своего максимального качества. Даже сейчас его чёрно-алые блики, словно поглощали весь рассветный свет в покоях. Я и без него был силен, но доспех лишь увеличивал мои шансы на выживание.

Портупея и все остальные ремни плотно облегали сочленения брони и казались невидимыми, а сами ножны заводились за поясницу крест-накрест для удобного и быстрого извлечения джадов. Хотя теперь после трудов Семёна и старого брюзги их можно назвать полноценным артефактным оружием.

На левом же бедре и левом плече были крепко пристёгнуты по одному набору с метательными ножами альвийско-человеческой работы. Тоже артефакты. А если напитать их молнией и эфиром, то это будет, самое что ни на есть смертоносное орудие. В моём положении многие могут посчитать их бесполезными, но метательное снаряжение всегда было со мной, сколько себя помню. Оно не только чаще всего экономило расход силы, но и служило для отвлечения внимания. Ситуации бывают разные, а я еще тот перестраховщик.

На правом бедре покоилась перевязь с миниатюрными и небьющимися пузырьками. Это уже непосредственно зелья и эликсиры от Вики и Симонны. Имелись даже две запасных партии, но те находились на внутренних частях левого и правого наруча. Так что в случае чего добраться, либо же быстро вскрыть их я смогу даже зубами.

И поверх всего этого красовалась дорожная накидка с капюшоном. Само собой тоже артефакт. Наверное, излюбленный артефакт изгоев, защищающий от влаги, дождя, пыли и прочей ерунды.

Однако в один из моментов своих размышлений я даже не заметил, как девчата закончили все необходимые приготовления и чуть отступили в стороны, а сам я уже некоторое время пялился в своего двойника в стекле, пытаясь в нём что-то отыскать. Что-то непостижимое. Непостижимое в том числе для меня самого.

—Все в сборе?— тихо осведомился я у Хельги, отворачиваясь от отражения.

—Вадим, Лёня, Кирилл, Ростислав, Карз, Симонна, Рострик, Кертайс, Габриэль…— стала перечислять фон Тек, а после вдруг прервалась и выдала: — Ждут только нас.

—Ну что ж, мужик. Не скучай. Папка… папка скоро вернется,— тепло улыбнулся я, подходя к Алине, которая держала Матвея на руках и целуя сына в лоб.— Пойдемте,— поманил я жен и девчат за собой.

Вот только мне на удивление, те даже не шелохнулись с места и остались стоять там, где и стояли, а затем мне ударил в спину тихий голос Алиши:

—А нам, Зеантар?.. Нам ты ничего не хочешь сказать?

Изо рта у меня вырвался тяжелый и протяжный выдох, а затем я тихо заговорил, подбирая и осмысливая все вырвавшиеся слова:

—С каждой из вас в самом начале у нас так или иначе что-то не заладилось или не срослось. Однако ныне… ныне всё иначе. Каждую из вас я люблю и ценю. Всем сердцем и душой. И поэтому буду ценить, любить и помнить каждую из вас до самого конца. До своего последнего вздоха. Говорить я могу долго и много. В этом мастак. Вы и сами это знаете,— усмехнулся грустно я, всё также не оборачиваясь и касаясь рукой дверной ручки.— Но сейчас я хочу вам сказать… спасибо,— а затем толкнув дверь вперед, я неспешно шагнул вперед.— Спасибо вам за всё…

***

Что ж, все в сборе. Царицынская братия, столичная, альвийская, венценосная. И даже иномирная в количество одной штуки.

Пока все с подозрением и интересом косились на картара и с вопрошающими, но немыми взглядами взирали друг на друга, сам мироходец в это время стоял в углу моего кабинета и всем приветливо улыбался.

—Каждый из вас уже имеет представление, кто я такой, что из себя представляю и куда сейчас направляюсь,— выдохнул я, присаживаясь на край стола и обводя спокойным взором всех собравшихся.— Не знаю, есть ли смысл в представлении этого человека, но сделать это придётся. Его зовут Паллад Драгун. Он не совсем обычный разумный и да, он из далека. И, Лёня!— повысил я голос, скосив взгляд на открывшего, было, рот Кострова.— Никаких вопросов. Не заставляй Вадима постоянно тебя колотить.

Зубы ратая с тихим клацаньем вернулись в исходное положение и покосившись на посмурневшего друга, тот лишь горько выдохнул, не забыв скорчить на физиономии грустную гримасу.

—Слов уже было сказано достаточно,— продолжил я.— Поэтому не буду слишком распыляться. Отныне забота о роде Лазаревых ляжет на ваши плечи. На плечи каждого из вас! Ты не в счёт, Ростислав, здесь ты опять находишься по блату, будущий император как-никак. Приходится идти на уступки,— хмыкнул весело я, разряжая обстановку и цесаревич шутку оценил, улыбнувшись во все свои тридцать два белоснежных венценосных зуба.— Надеюсь, в моё отсутствие…

—Прости, Захар, но я должен попытаться. Сам себя не прощу, если упущу такую возможность. Раз Лёне нельзя, то у меня имеется один вопрос,— вдруг перебил меня Романов, не дав мне договорить, а после перевел взгляд на картара.— Уважаемый хранитель, а вы… вы можете взять с собой еще одного?

Мертвецы вечного поля битвы, подарите мне по стреле в задницу! Что удумал этот авантюрист недоделанный?

От таких слов улыбка мироходца стала еще шире и тот задумчиво почесал щеку и возвёл глаза к потолку, словно вёл какой-то подсчет или о чем-то быстро размышлял.

—Подожди, дружище,— подал голос Пал, будто вспомнил нечто важное.— Не знаю, что вам наговорил Зеантар обо мне, но давайте я объясню одну вещь. Я хоть и считаюсь хранителем двух мирозданий, но лишь на словах, я не такой как странники Астрала из Мерраввина,— развёл тот беспечно руки.— Честно сказать, я взялся за работу так называемого хранителя, потому что не было иных кандидатур, да и то по наглой просьбе одного «фермера». Так что не стоит слишком много выдумывать.