Харон: Дракон в воротах. Медуза: прыжок тигра - Джек Чалкер

В течение нескольких последующих дней мы прослушали цикл вводных лекций о жизни на Хароне, невыносимо скучных и понятных даже самым тупоголовым. Зато теперь мы были готовы влиться в местное общество.

Харон, по существу, был аграрной планетой, а все, что не выращивалось на плантациях и фермах, импортировалось Извне — этим словом называли все, что не относилось к Ромбу Вардена. Впрочем, и на Хароне имелись кое-какие ресурсы, которые экспортировались на другие планеты Ромба, в том числе и шкуры многих наземных животных — некоторые виды даже специально разводились на больших зверофермах. Их отправляли на Цербер, а там из них делали все что угодно — от превосходной водонепроницаемой ткани до черепицы и изоляционных материалов. В пищу шли также всевозможные морские твари, в изобилии водившиеся в океанах, богатые протеином и минеральными веществами.

Я искренне сочувствовал своему двойнику, попавшему на Лилит. Мне требовались немалые усилия, чтобы привыкнуть к отсутствию механизации на Хароне; сомневаюсь, выжил бы я на планете, где никакой техники не могло существовать в принципе.

Вероятно, "мне" было бы гораздо лучше где-нибудь на Цербере или на Медузе, где уровень технического развития все-таки гораздо ближе к привычному. Кроме кож и шкур, Харон экспортировал древесину: учитывая ее водостойкость, она использовалась даже там, где хватало своего леса.

Львиная доля экспорта отводилась Медузе в качестве платы за импортируемое оттуда сырье. Медуза контролировала горнодобывающую промышленность на астероидах и спутниках планет-гигантов. Это сырье также перерабатывалось на Цербере. В общем, торговля развивалась на взаимовыгодных условиях.

Политический режим на Хароне тоже не оставил меня безучастным. Я хорошо запомнил слова Крега насчет того, что при желании Мэтьюз могла бы стать настоящей богиней.

Подавляющее большинство одиннадцатимиллионного населения планеты составляли, разумеется, городские рабочие. Как и в любом феодальном обществе, они объединялись в замкнутые цехи и трудились на так называемые Компании — этот эвфемизм обычно обозначал плантации; те, в свою очередь, гарантировали рабам безопасность и относительную сытость. На территории, занимаемой примерно десятком Компаний, обычно возникал небольшой городок, жители которого образовывали некие Союзы по профессиональным интересам или наклонностям. Городом управлял Городской Бухгалтер — странная, но вполне логичная должность; в его офисе имелись решительно все книги, в том числе и те, которые требовались Компаниям для нормальной деятельности. Несмотря на то, что в основе торговли лежал простой натуральный обмен, на планете существовали деньги — монеты из какого-то сплава. Их было мало, и они были совсем крошечными: производство металлов строго контролировалось Медузой.

В Компаниях эти монеты служили вознаграждением за выдающиеся достижения и сверхурочную работу и' считались редкостью. Однако в городах союзы устанавливали определенную заработную плату и твердые расценки, зависящие от множества факторов; деньги использовались как для оплаты товаров первой необходимости и услуг, например жилья, так и предметов роскоши, которые можно было пересчитать по пальцам. Союз Перевозчиков, разумеется, охватывал всю планету; его штаб-квартира размещалась в Хонуфе, самом большом городе Харона, где находился космопорт. Правда, еще один — грузовой — космодром был на южном континенте, но к его освоению приступили совсем недавно. В Хонуфе насчитывалось примерно пять тысяч жителей — средний городок на Хароне был раз в десять меньше.

Компании и Союзы управлялись менеджерами, благосостояние которых было довольно высоким — правда, лишь до тех пор, пока они стояли у кормила. Их деятельность контролировали Городские Бухгалтеры, а те, в свою очередь, отчитывались перед Советом Регентов. Последний держал под контролем всю производственную деятельность планеты и внешнюю торговлю. Глава Совета Регентов именовался Директором; это было высшее должностное лицо на Хароне. В общем, простая и с виду вполне эффективная система.

Однако наряду с ней существовала параллельная структура. Она объединяла горстку людей, способных управлять микроорганизмами Вардена. Именно они стояли на страже; как я и предполагал, политическая и "магическая" иерархии не совпадали.

Нижние уровни этой структуры занимали Способные — ученики странствующих магов, которых называли колдами (от слова колдун). Представители колдов имелись в любой Компании или Союзе, а также в офисе каждого Городского Бухгалтера. Они защищали людей и следили за соблюдением законов, то есть вместе со своими учениками играли роль полицейских. Они подчинялись всепланетному Совету епископов, или Синоду.

Интересно, что епископов единолично назначал и смещал Директор, и я не мог взять в толк, каким образом Мэтьюз удается отправлять в отставку столь могущественных персон и почему те проявляют такую покорность. Однако политическая система подтверждала мою основную догадку: хотя Мэтьюз, очевидно, училась у магов и обладает определенными способностями, верховной ведьмой — или кем там еще — она не является, и рано или поздно я выясню, на чем зиждется неограниченная власть Директора.