Марсианин - Александр Богатырёв

— …И будет очень рада, что кто-то «догадался» их уделать с помощью местного ОМОНа — добавил со смешочком Николай.

— Па-анятно… — Михаил оторвался от телескопа, аккуратно задёрнул занавесочку и пересел на табурет.

— Всё равно нелогично как-то. С таким-вот уходом.

— К чертям! Если их слишком много и мы не можем сами их уделать — надо переложить всё на ОМОН. Поэтому, главное сейчас, чтобы нас как можно меньше вместе видели. Чтобы никто из них и их информаторов не догадался кто их так подставил. А остальное — пусть у милиции голова болит разные несуразности склеивать. Им за это деньги платят.

Тут неожиданно раздался стук в дверь, что вызвало тихий переполох. Телескоп спешно свернули и уложили в ящик.

— Кого там черти принесли?! — подхватилась хозяйка.

— Ну, если что, мы тут у вас гостим и чай пьём…

— А вы пейте родные, пейте, у меня варенья много. А чая-та… — тут же раскудахталась хозяйка направляясь к двери.

Некоторое время не было слышно ничего, но потом хлопнула дверь и в прихожей кто-то что-то быстро затараторил.

— Та ладна, Никалавна! Ты чё гостей-та прячешь? Я же видел, кто к тебе тута заходил недавна! — раздался подозрительно знакомый Владимиру голос старика, — я ненадолго. Мне твой старшой из гостей нужен.

— И зачем оне тебе нужен? — строгим прокурорским тоном задала вопрос Анфиса Николаевна.

— Тфу ты напасть! — хихикнул дедок, — как служила в СМЕРШе, так и по сию пору от тех замашек не отказалась.

В гостиной многозначительно переглянулись.

— Так вот чё у нас Николавна такая ловко-осведомлённая! — полушёпотом поделился своими соображениями Николай.

— Похоже на то! — оскалился Михаил, — и как это она тебе попалась?!

— Искать нада тщитильнее! — оскалился в ответ Владимир.

— За што имею боевые награды! — раздалось меж тем из прихожей гордое заявление бабульки, на тираду старика.

В гостиной это её заявление прибавило веселья.

Меж тем дедок таки прорвался через линию обороны выстроенную хозяйкой и весь сияющий появился в гостиной.

— А! Товарищ полковник! Вы уж извините меня старика, за вторжение, что вам тут чаи пить мешаю, но… можно один всего вопрос! А то замучил он меня — ночами не сплю.

Начал старик радостно, но чем дальше он говорил тем менее весело звучал его голос.

— Так вы знакомы?! — удивилась хозяйка.

— Та вот как видишь, — сказал старик и протянул руку Владимиру, поднявшемуся из-за стола. Они обменялись рукопожатиями.

— От те на! — развела руками Анфиса Николаевна, — не было ни гроша и вдруг алтын!

— Ну раз такое дело… сейчас ещё чашку поставлю, — сказала она и направилась к шкафу с сервизом.

Дед сел на табурет, смущённо уставился в стол, видно собираясь с духом, но потом оторвался от созерцания скатерти и запоздало представился.

— Матвей Степанович. Вы уж извините, что тогда в запарке не представился.

— Да тогда, в тех условиях и у меня не было времени до политеса. Владимир Сергеевич, — также представился Владимир и они пожали друг другу руки.

— Владимир! Скажи пожалуйста, а у твоего отца отчество случаем не Семёнович?

— Да, Семенович, — а вы с ним знакомы? — заинтересованно спросил Владимир, но старик на это не среагировал и продолжил расспросы почему-то понизив голос, при этом выражение его стало чуть ли не печальным.

— А у деда твово отчество не Кириллович?

— Точно! Семён Кириллович. Только он погиб в Великую Отечественную.

— Значит ОН. На Зееловских он погиб… — сказал старик закивал головой и уставился снова в скатерть. Хозяйка услышав о таких подробностях молча полезла в тот же шкаф и также молча поставила бутылку водки на стол.

— Да. На Зееловских.

— Ты так на него похож, сынок. Прям копия майора…

Старик прослезился.

— Воевали мы с твоим дедом, — продолжил он, — хороший он был командир. Всё мечтал вернуться домой, зажить как до войны жили… Всё нам говорил: «Скоро конец войне, скоро домой. Ещё поднатужимся, там уже Берлин видно». Не дожил. Всего-то совсем чуть-чуть не дожил. Страшный бой был. Много наших полегло. И майора ранило… Не довезли его до санбата… Не успели.

За столом повисло тягостное молчание.

Николай многозначительно показал взглядом на часы, кивнул на Владимира и вопросительно уставился на Михаила. Тот понял и кивнул. Георгий и Николай дружно поднялись из-за стола, поблагодарили за чай и гостеприимство и быстро направились к выходу.

— А вы куда? А чай? — всплеснула руками хозяйка.

— Извините, Анфиса Николавна, но нам в город надо срочно, а автобус уже через десять минут будет. Нам только добежать.

— Ну раз так… ну вы заходите когда…

— Обязательно, Анфиса Николаевна! Мы с Борисом Ефимычем ещё не раз тут у вас побываем.

— Матвей Степанович, я сейчас выйду — своих провожу, а после поговорим подробно — сказал поднимаясь вместе со всеми Владимир. Дед молча кивнул.

Уходящие по очереди попрощались с бабкой и дружно направились на выход. Во дворе, улучшив момент Владимир сделал звонок в город. Кратко обрисовав ситуацию капитану он дал точные координаты дома и предложил прибыть как можно скорее и с ОМОНом. Не исключено, что бандиты будут сами торопиться, ведь погром им в городе учинили знатный, а это означало, что Степана будут пытать.

Следователь несколько раз переспросил уверен ли он в том, что Степан там, где он указывает. Его беспокойство тоже было понятным — гонять ОМОН впустую… можно очень большие неприятности получить. Владимир перевёл дух и твёрдо заверил его в том, что Степан именно там. Да, он не был до конца уверен сам, но тут надо было принять принципиальное решение. Риск велик, но он оправдан. Выключив мобилу Владимир вернулся в дом. Мрачный сосредоточенный.

— Что, товарищ полковник, опять какие беды? — спросил дед. На что Владимир лишь безнадёжно отмахнулся и сел за стол. Немного помолчав он ответил.

— У нас тут во всей стране беда!

— И не говори!

Меж тем ждать пришлось на удивление не много. Через пол часа обстановка за окном резко изменилась.

— Ха-ха-хайя! Цирк приехал! — хлопнул себя по ляжкам дед, с великим интересом наблюдая как ОМОН аккуратно окружает дом.

— Да уж! И билеты у нас на места в первом ряду! — подтвердил Владимир.

— А ну-ка дайте глянуть! — решительно отодвинула деда от окна Анфиса Николаевна. Придирчиво посмотрев на экипированную братию, плотно прижавшуюся к стенам дома напротив, прицеливающейся здоровенной кувалдой ко входной двери, и тихо приставляющей лестницы виде трапов, к окнам первого этажа, она удовлетворённо кивнула.