Слон Килиманджаро - Майк Резник

— У вас нет причин сомневаться в моей верности, сэр, — вырвалось у Флетчера.

— Поэтому я назвал тебя своим преемником. Каждый должен готовить себе замену, а лучшего ассистента у меня не было. Ты достоин занять мое место.

— Благодарю вас, сэр. Если вы так думаете, я польщен.

— Я все-таки надеюсь, что от этой чертовой кафедры не останутся одни ошметки, когда она перейдет к тебе. Средства, выделяемые на археологию, не увеличиваются, и чем больше заграбастает Пим, тем меньше достанется всем остальным. — Он помолчал. — Черт! Если бы я мог знать это наверняка!

— Знать что?

— Что он ошибается насчет Земли.

— Но вы только что сказали, что это и не важно. Он же не утверждал, что райзы посещали Землю, Он лишь предположил это.

— Но если бы я знал, знал наверняка… — Яблонски замолк, и Флетчеру осталось только смотреть на него, гадая, о чем думает босс.

Внезапно Яблонски выпрямился в кресле, словно ненависть к врагу добавила ему сил.

— Передай Моделлу, что я хочу поговорить с ним.

— Возможно, я не смогу с ним связаться.

— Я плачу ему не для того, чтобы не иметь возможности поговорить с ним, когда у меня возникает такое желание, — отрезал Яблонски.

— Сообщение послать через скрамблер?

— Мне все равно, каким образом. Соедини меня с ним, и точка.

Флетчер включил один из компьютеров.

— Код «Синяя четверка». Моделл должен связаться с Базой.

— Шпионские игры! — хмыкнул Яблонски. — Просто скажи ему, что я хочу с ним поговорить.

— Шпионские игры необходимы именно потому, что он шпион, — терпеливо объяснил Флетчер. — Если наше послание перехватят, зачем экспедиции Пима знать, кто его отправил.

— Не узнают.

— Нет, если мы примем необходимые меры предосторожности.

Яблонски что-то пробурчал себе под нос, но больше спорить не стал. А через двадцать минут на дисплее возникла суровая, небритая физиономия.

— Моделл на связи.

— Это… — Яблонски замолчал, увидев, как замахал руками Флетчер. — Вы знаете, кто это.

— Пожалуйста, увеличьте мощность передатчика. Я в модуле на глубине пятидесяти футов от поверхности. Очень сильные помехи.

— Как ваши дела? — спросил Яблонски после того, как по его команде компьютер усилил сигнал.

— Мы войдем в здание через неделю, максимум через десять дней.

— Сколько дверей?

— Шесть, и все заблокированы. Таких блокираторов видеть мне не доводилось. Наверное, потребуется еще неделя, чтобы проникнуть внутрь.

Яблонски нахмурился.

— А стены целы? Моделл покачал головой.

— Стен в обычном понимании этого слова нет, сэр.

— А что же есть? Моделл замялся:

— Не уверен, что смогу объяснить, сэр.

— А вы попытайтесь. За это я вам и плачу.

— Похоже, это тессеракт, сэр, если вы понимаете, что я имею в виду.

— Тессеракт? — переспросил Яблонски.

— Гипотетическая четырехмерная фигура*.[4]

— Я знаю, о чем ты говоришь, — рявкнул Яблонски. — Просто хочу представить его себе.

— Необычное сооружение.

— Здание не повреждено?

— Нет.

— И это определенно музей?

— Полагаю, что да, — Я уверен, что Пим появится в окружении репортеров, как только вы вскроете дверь.

— Мне сказали, что так оно и будет.

— И он войдет в музей первым?

— Это его экспедиция. — Моделл пожал плечами.

— В здание можно попасть только через одну из дверей?

— Ни окон, ни грузовых люков нет. — Он помолчал. — Некоторые считают, что можно проникнуть в тессеракт, минуя двери, воспользовавшись его четырехмерностью, но они еще не знают, как.

— Почему они не спросят у компьютера?

— Они спрашивали. То ли не получили ответа, то ли ответ им не понравился… Да это и не важно. Пим хочет войти через дверь и запечатлеть это волнующее событие на голокамеры.

— Немедленно передайте сюда голограмму музея. Это возможно?

— Да.

— Хорошо. — Он отключил связь, повернулся к Флетчеру. — Можешь улететь завтра?

— Куда?

— На Гордость райзов, разумеется.

— Полагаю, что да. — В голосе Флетчера слышалось недоумение.

— Хорошо.

— А зачем, позвольте узнать?

— Чтобы опорочить этого напыщенного говнюка! — рявкнул Яблонски. — Разве ты не прислушивался к моим словам? Компьютер!

— Да? — ответил компьютер.

— Этим утром, исходя из данных, полученных от Флетчера, ты рассчитал вероятность того, что райзы посещали Землю. Получилось, что она равна двум и трем десятым процента, так?

— Двум и тремстам двум тысячным.

— Как изменится эта величина, если в музее на Гордости райзов не будут найдены упоминания о Земле или предметы материальной культуры землян?

— Уменьшится до ноля целых семисот тридцати восьми тысячных процента.

— Хорошо. В последние шестьдесят секунд ты получил голограмму с Гордости райзов?

— Как раз получаю ее.

— Мне нужен доступ в библиотеку кафедры математики.

— Исполнено.

— Из голограммы следует, что здание имеет форму тессеракта?

— Совершенно верно.

— Я хочу, чтобы ты выяснил, какой университет проводил наиболее углубленные теоретические исследования тессерактов. Затем свяжись с математической и физической библиотеками этого университета, просмотри все имеющиеся материалы и определи, есть ли возможность проникнуть в здание, изображенное на голограмме, не нарушая блокировки дверей.

— Выполняю… — Компьютер молчал почти девяносто секунд. — Теоретическая возможность проникновения есть.

— Объясни, что ты подразумеваешь под термином «теоретическая» в данном контексте.

— Сие означает, что теоретически проникновение возможно. Однако на практике я не могу гарантировать, что такое проникновение не станет смертельным для живой материи, поскольку связано с межпространственным переходом.

— А робот может проникнуть в тессеракт, сохранив работоспособность?

— Просчитываю… Вероятно, да.