Не считая собаки - Конни Уиллис

– Ожидается принцесса Виктория, – ответил мистер Дануорти невпопад.

– Меры безопасности, – разъяснила Верити. – Никаких вертушек, самолетов и зуммеров.

– Тогда наземное что-нибудь, – попросил я.

– Метро все равно быстрее. Везите на метро.

– Мы не можем. Нам нужно по меньшей мере… – Я окинул взглядом сокровища, которые Верити уже спускала по чердачной лестнице. – От двухсот семидесяти до трехсот кубических футов багажного объема.

– Для епископского пенька? – удивился мистер Дануорти. – Он что, разросся?

– Объясню по прибытии. – Я продиктовал ему адрес миссис Биттнер. – И грузчики тоже не помешают, лучше прямо у входа. Ни в коем случае не начинайте освящение до нашего приезда. Финч там?

– Нет, в соборе.

– Пусть тянет время. Да, и по возможности держите леди Шрапнелл в неведении. Перезвоните, пожалуйста, как только договоритесь насчет транспорта.

Я сунул наладонник в карман блейзера, подхватил епископский пенек и направился вниз. Наладонник зазвонил.

– Нед! – рявкнул он голосом леди Шрапнелл. – Где вы пропадали? До освящения меньше сорока пяти минут!

– Знаю. Мы скоро будем, но нам необходим транспорт. Вы можете организовать грузовик? Или грузовой вагон метро?

– В грузовые пассажиров не сажают, – отвергла мой вариант леди Шрапнелл, – а с пенька нельзя спускать глаз ни на секунду. Он уже один раз пропал, я не хочу потерять его снова.

– Я тоже.

Едва я нажал отбой и сгреб в охапку пенек, как наладонник запиликал снова. Мистер Дануорти.

– Вообразите, что она теперь придумала! Требует доставить пенек к ближайшей сети и перебросить на два дня назад – мол, его надо почистить и отполировать перед освящением.

– Вы ей объяснили, что это невозможно, поскольку предмет не способен находиться в двух местах одновременно?

– Разумеется, объяснил, на что она сказала…

– «Законы создаются, чтобы их нарушать», – понимающе закончил я. – Знаю. Вы пришлете грузовик?

– В Ковентри не осталось ни одного, леди Шрапнелл забронировала на церемонию весь грузовой транспорт из четырех окрестных графств. Каррадерс обзванивает бюро проката автомобилей и соларов.

– Но нам позарез нужно триста кубических футов… А из Оксфорда нельзя пригнать грузовик?

– Принцесса Виктория, – вздохнул мистер Дануорти. – На дорогу полдня уйдет.

– Из-за пробок, – расшифровала Верити.

– Если грузовик рискует застрять в пробках, мы-то как к собору пробьемся?

– К вашему приезду рассосутся. О, хорошо, – произнес он куда-то в сторону. – Каррадерс дозвонился до проката.

– Это радует. Только солар не берите, – спохватился я. – Здесь пасмурно; похоже, польет с минуты на минуту.

– Боже. А леди Шрапнелл желает, чтобы на церемонии было солнце.

Следующий звонок настиг нас с пеньком на втором этаже. Снова мистер Дануорти.

– Высылаем автомобиль.

– В автомобиле не хватит места… – начал я.

– Будет через десять минут. Ти-Джей хочет с вами поговорить о диссонансе.

– Передайте, что поговорим, когда вернусь.

Я нажал отбой. Наладонник зазвонил. Я отключил его и благополучно донес пенек до тесной прихожей, уже загроможденной вещами.

– Через десять минут приедет транспорт, – известил я Верити и завернул в гостиную к миссис Биттнер.

– Нас доставят на освящение на машине, – обрадовал я хозяйку, застывшую в цветочном кресле. – Принести ваше пальто? И сумку?

– Нет, спасибо, – ответила она тихо. – Вы уверены, что епископский пенек стоит являть миру? Он не изменит историю?

– Он уже изменил. И вы тоже. Вы ведь представляете, что все это значит? Благодаря вам обнаружена категория предметов, которые можно выносить из прошлого! Мало ли погибших в огне сокровищ… Шедевры искусства, книги…

– Труды сэра Ричарда Бертона, – оживилась миссис Биттнер. – После его смерти их сожгла жена. Из любви к нему.

Я присел на диван.

– Вы не хотите, чтобы мы забирали пенек?

– Нет-нет. – Она покачала седой головой. – Забирайте. Он часть собора.

– Вы сделали прошлое менее безвозвратным. – Я с благодарностью сжал ее руки.

– Отчасти, – прошелестела она. – Вам, наверное, лучше перенести остальные вещи вниз.

Я кивнул и отправился на чердак. Навстречу мне спускалась Верити, бережно неся на вытянутых руках шпалеру вязальщиков.

– Просто поразительно, – произнесла она голосом миссис Меринг, – какие сокровища пылятся порой на чердаках.

Рассмеявшись, я двинулся выше. Переправил вниз детский крест, блюдо для Святых Даров и, пыхтя, поволок деревянный ларь шестнадцатого века.

– Машина приехала! – крикнула Верити с первого этажа.

– Не солар? – уточнил я.

– Нет. Катафалк.

– С гробом?

– Без.

– Хорошо, тогда должно войти, – ответил я, вытаскивая ларь.

Катафалк оказался древним тарантасом на ископаемом топливе и выглядел так, словно его заездили в Пандемию, но зато он был вместительный и открывался сзади. Водитель во все глаза уставился на груду сокровищ.

– Барахолку устраиваете?

– Да, – ответил я, заталкивая ларь в кузов.

– Все не влезет, – предупредил водитель.

Поднатужившись, я протолкнул ларь как можно дальше и забрал у Верити серебряный подсвечник.

– Влезет. Я спец по загрузке. Теперь вот это.

Поместилось все, хотя статуэтку святого Михаила пришлось уложить на переднее сиденье.

– Миссис Биттнер можно устроить рядом с водителем, – сказал я Верити, – но нам с тобой придется ехать в кузове.

– А пенек куда?

– Возьму на колени.

Я вернулся в гостиную.

– Машина загружена. Вы готовы? – спросил я, хотя видно было, что не готова.

Миссис Биттнер сидела в цветочном кресле, не двигаясь с места.

– Все же останусь, – покачала она головой. – Бронхит…

– Останетесь? – удивилась возникшая в дверях Верити. – Но ведь это вы спасли все сокровища. Вы должны увидеть их в соборе!

– Я уже видела их в соборе. Краше, чем в ту ночь под огнем, они не станут.

– Ваш муж наверняка порадовался бы вашему присутствию на церемонии, – настаивала Верити. – Он любил этот собор.

– Это всего лишь символ чего-то более грандиозного, – ответила миссис Биттнер. – Как и континуум.

Водитель просунул голову в дверь.