S-T-I-K-S. Игра в кошки-мышки - Михаил Баковец

Девушка хихикнула после моих слов.

– Ух, как завернул. Я запомню обязательно, – сказала она, чем вызвала у меня удивление.

– Это же из Гарри Поттера! Не смотрела этот фильм?!

– Не-а, у меня такого не было, а на стабе мало интересных киношек, плюс не люблю их смотреть, если они не про любовь.

– Если только из нелюбви к фильмам, тогда простительно не знать.

– Ты чем слушаешь, а? Я же сказала – у меня, в моем родном мире, такого фильма не было. Ты что-то знаешь про мультиверсум?

– Что-то слышал, но так, не особо, – развел я руками. – Это связано со множеством параллельных миров, так?

– Почти. Это когда существуют миры, похожие друг на друга почти во всем. Например, в ста мирах есть ты. Ты приходишь домой с работы в одно и то же время, но вот именно сегодня один-Ты задержался на секунду, второй-Ты пришел на секунду раньше, третий-Ты на половину секунды, четвертый-Ты пришел вовремя, но держал свою сумку не в правой, а в левой руке…

– Все, все, я понял. Неясно только, как мне это поможет получить жемчуг и понять, что это именно белая жемчужина.

– Обычный жемчуг видел? В ювелирные магазины со своей девушкой ходил хоть раз?

– Ходил, – кивнул я.

– Видел там украшения с жемчугом?

– Видел, – вновь кивнул я. – получается, эта здешняя панацея один в один, как жемчуг из ракушек? Такая же белая, блестящая, круглая?

– Конечно, а каким же еще может быть жемчуг? Что с тобой? Что смешного я сказала?

– Ничего такого… просто представил, как глотаю сережку с жемчужиной, чтобы спасти свою жизнь. А этот жемчуг очень дорогой? – я едва нашел в себе силы, чтобы убрать довольную улыбку, когда понял ЧТО висит у меня на шее. Настроение, которое стремительно падало в черную пропасть, вдруг резко обрело лебединые крылья и одним рывком взлетело к облакам.

– Очень. Дороже белого жемчуга нет ничего! За одну жемчужину можно купить себе безбедную жизнь в любом, самом лучшем стабе.

– И сколько этой жизни будет?

– Много. В принципе мы тут бессмертные, болезни нам не грозят, старость не приходит, гибнем от клыков тварей, от пуль внешников и муров, от ножа в живот в поножовщине в барах.

– Понятно. Значит, мне нужно найти две жемчужины – одну себе и одну для сладкой вечной жизни. И как правильно нужно принимать это лекарство, если я смогу завалить Того-чье-имя-нельзя-называть?

– Просто глотаешь. Это споран или горох нельзя так есть, настолько они ядовитые.

– Споран и горох?

– Тот вирус, который подарил нам вечную жизнь без болезней и старости и который превращает двадцать восемь человек из тридцати в тварей, убьет тебя, если не будешь принимать кое-что. Вот этот нектар, сделанный из споранов или виноградин, растущих в головах у тварей.

– Где?!

Девушка негромко засмеялась и подмигнула:

– А ты что думал? Они едят нас, мы их – вот такая пищевая цепочка. Иначе никак, только мучительная смерть. Не будешь пить нектар, сначала у тебя появится слабость, потом боль, которая начнет расти, ни о чем другом думать не сможешь, а под конец скорчишься и умрешь в луже мочи и блевотины.

– Кхм… Непривычно слышать такие слова от симпатичной девушки, – признался я.

– Что делать? Жизнь такая, что весь былой лоск мигом слетает.

– Да уж… слушай, а как готовить этот нектар или его можно только покупать? Самостоятельно не сварить?

– Каждый делает сам, в этом ничего сложного нет. Нужно растворить одну виноградину в рюмке с алкоголем, потом залить водой, примерно стакан, после чего профильтровать через ткань от осадка – как раз там весь яд и остается. Горох растворяют в очень крепком алкоголе, но это может занять часы, или в уксусной кислоте, потом, когда закончится реакция, нужно погасить содой и вновь процедить. Алкоголь и уксус встречаются повсеместно – сложность не в этом, а в добыче спорана и гороха. Первые еще можно получить без большого риска, а вот за горох можно лишиться головы.

– Я не заметил особой опасности от зомбаков, а вот мутанты заставили поседеть.

– Виноградин и гороха в простых зараженных нет. Для созревания этих драгоценных штуковин нужно, чтобы тварь изменилась. А горох прорастает в тех, кого ты зовешь мутантами – она коснулась своего затылка пальцем, – вот здесь у каждого есть споровый мешок. У меня, и у тебя, у тебя временно, к сожалению, это просто крупная родинка. У зараженных она растет, пока не становится большой шишкой, и вот в ней-то и хранятся споры и горох с жемчугом. Кстати, это самое слабое место у тварей. Даже элитника можно прикончить одним ударом или пулей, если угодить в споровый мешок, вот только чем сильнее тварь становится, тем надежнее у нее защита, вплоть до костяных пластин, которые даже пулеметная пуля не берет. Тут только пушка нужна.

– Нектар делают из всего – спораны, горох и жемчуг в дело идут? – уточнил я.

– Нектар – только из споранов, горох нужен для улучшения Дара, а жемчуг для приобретения Дара.

– А…

– Сейчас, сейчас, не торопи меня. Дар – это особая способность у иммунного. Этих способностей – миллион! Кто-то может прикурить сигарету от пальца, кто-то промчаться стометровку за три-четыре секунды, другие могут столкнуть плечом железнодорожный вагон или скопировать любую вещь, которая умещается у него в ладони, видеть вдаль безо всякого бинокля, стрелять без промаха или взглядом сбивать с ног врага. Перечислять слишком долго. Способность появляется примерно через неделю после того, как ты попал в Улей. По правде сказать, у семи человек в каждом десятке способность только одна, чтобы поднять ее на высокий уровень, понадобится горох, который совсем не просто добыть.

– Ульем называют этот мир? А как ты сюда попала? Кто вообще забрасывает сюда людей и есть ли тут местные жители?

– Да, мы в Улье. Называют его так за соты-кластеры, из которых он состоит. Кластер – часть территории соседнего мира, скопированная со всем содержимым и перенесенная сюда.

– Скопированная? – переспросил я.

– Да, причем не единожды скопированная. Будь все иначе, ты бы услышал в своем мире о пропавших городах со всеми их жителями. Кто забрасывает нас сюда, я не знаю, да и никто не знает. Какой-то феномен в рамках Вселенной, который нам не понять, хотя есть чудаки, которые пытаются.

– Те самые ученые? – догадался я.

– Они самые, – кивнула девушка. – Кластеры каждый раз перезагружаются со всем своим содержимым и жителями. Исключения очень незначительны.

– То есть через какое-то время я опять окажусь в том же месте? – не поверил я. – И в то же время? Для меня все эти приключения будут сном или я все забуду?

– Не сон и не амнезия. Да, ты опять посетишь Улей, но это будет просто похожий на тебя человек, с твоими привычками и памятью, но не ты.