Ракетный корабль «Галилей». Космический кадет - Роберт Хайнлайн

– Как ты думаешь, проводка выдержит такую нагрузку? – озабоченно спросил Арт, когда они закончили работу.

Росс пожал плечами:

– Мы же не собираемся запускать все станки одновременно. Давай не будем об этом думать, иначе мы никогда не попадем на Луну. Нужно еще вымыть посуду для ужина.

К субботе они установили и испытали станки, и Арту пришлось перемотать обмотку одного из электродвигателей. Все оборудование было разложено по полкам, в убежище воцарилась чистота и относительный порядок. Открывая ящики, они обнаружили, что некоторые уже были вскрыты. К счастью, груз, по-видимому, не пострадал. Росс не особо по этому поводу переживал, зато Арт встревожился. В поврежденных ящиках было уложено хрупкое электро- и радиооборудование.

– Не волнуйся, – посоветовал Росс. – Не забудь только сказать доку, когда он приедет. Ящики были застрахованы.

– Застрахованы на время перевозки, – ответил Арт. – Кстати, как ты думаешь, когда док и Морри будут здесь?

– Трудно сказать… Если поедут поездом, то во вторник или в среду. Если самолетом до Альбукерке, а потом автобусом, то, может, и завтра. Что там такое?

Росс посмотрел в небо.

– Где? – спросил Арт.

– Вон там. Правее – видишь? Ракета!

– Действительно. Наверное, военная – мы находимся вдали от коммерческих трасс. Смотри-ка, они включили носовые дюзы!

– Неужели приземляются? Хотят сесть здесь?

– Ты так думаешь?

– Не знаю. Я думаю… да, они летят сюда! Не может же это…

Его слова потонули в громе тормозящей ракеты, напоминающем грохот поезда-экспресса. Перед тем как включить тормозные двигатели, ракета шла на сверхзвуковой скорости, так что им казалось, что ее движение происходит бесшумно. Пилот совершил мягкую посадку и последними вспышками носовых и боковых дюз опустил ракету не более чем в пятистах ярдах от ребят^[7].

Они побежали к ракете. Когда они, задыхаясь, добрались до гладкого серого корпуса корабля, люк над плоскостями стабилизаторов распахнулся и оттуда выпрыгнул высокий человек, а сразу за ним еще один, пониже.

– Док! Док! Морри!

– Эгей! – крикнул Каргрейвз. – Вот и мы! Завтрак готов?

Морри расправил плечи, едва не лопаясь от возбуждения.

– Это я совершил посадку, – заявил он.

– Ты?! – недоверчиво переспросил Арт.

– Конечно. Почему бы и нет? У меня теперь есть права. Хочешь взглянуть?

– «Выдано пилоту Абрамсу», – прочитал Росс. – Но почему ты не спланировал? Ведь ты посадил ее практически на одних двигателях.

– Я тренировался перед посадкой на Луну.

– Тренировался, говоришь? Нет уж, пусть док пообещает, что посадку совершит он, иначе я не полечу.

Вмешался Каргрейвз:

– Тише, тише. Ни я, ни Морри не будем пытаться сажать ракету в безвоздушном пространстве.

Морри смутился. Росс спросил:

– Так кто же…

– Сажать ракету будет Арт.

Арт проглотил застрявший в горле комок.

– Кто? Я?

– Некоторым образом – да. Садиться будем по радару. Мы не можем рисковать, сажая ракету на двигателях, это слишком трудная вещь; ведь если случится авария, пешком домой не доберешься. Арту нужно будет переделать систему управления так, чтобы посадку делал автопилот. Но и Морри должен быть наготове, – и, бросив взгляд на лицо юного пилота, доктор продолжал: – У Морри реакция гораздо быстрее моей. У меня уже годы не те. Так что же с завтраком? Я хочу побыстрее переодеться и заняться делом.

На Морри был летный комбинезон, а на Каргрейвзе – его лучший дорожный костюм.

– Что это за одежда? – спросил Арт, разглядывая дядю. – Непохоже, что вы готовились к ракетному перелету. Кстати, мне казалось, что ракету сюда перегонят без вас.

– Планы изменились. Из Вашингтона я отправился прямо на ракетодром, и Морри уже ждал меня там. Корабль был готов, так что мы решили перегнать его сами и сэкономили на этом около пятисот долларов.

– А как дела в Вашингтоне? – озабоченно спросил Росс.

– Все в порядке. Нам очень помогла юридическая служба ассоциации. Вам осталось подписать только несколько бумаг. Кстати, чего это мы тут стоим и чешем языком? Давайте завтракать, и после этого мы с Россом займемся защитой.

Росс и доктор провели три дня, выполняя грязную и тяжелую работу: они разбирали топливную систему кормовых дюз. Носовые и боковые двигатели, которые использовались только при маневрах и посадке, было решено оставить на месте. Они работали на анилине и азотной кислоте; Каргрейвз пожелал сохранить их, чтобы избежать трудностей, связанных со сложностью включения и выключения тяги атомных двигателей. Попутно они делились друг с другом новостями. Росс рассказал доктору о неизвестном, подорвавшемся на мине. Каргрейвз не проявил особого интереса, но когда речь зашла о вскрытых ящиках, он отложил в сторону инструменты и вытер со лба пот.

– Ну-ка, расскажи подробнее, – попросил он.

– Ничего особенного не произошло. Содержимое ящиков не пострадало.

– Ты упоминал о погибшем. Думаешь, это он рылся в наших вещах?

– Ну… мне тоже сначала так казалось, но потом я вспомнил, что здешний рейнджер говорил, будто бы к моменту прибытия груза стервятники объели того парня до костей.

Каргрейвз с озабоченным видом поднялся на ноги.

– Куда вы, док?

– Продолжай работу, – рассеянно ответил ученый. – А я пойду поговорю с Артом.

Росс хотел что-то сказать, но передумал и взялся за инструменты.

– Арт, – сказал Каргрейвз. – Что вы собираетесь сейчас делать, ты и Морри?

– Мы готовим астронавигационные приборы. Лично я проверяю схему интегратора ускорений. Похоже, гироскоп потерял центровку.

– Если ты внимательно прочтешь инструкцию, то поймешь, что так и должно быть. Впрочем, об этом потом. Ты не мог бы установить на площадке электронную сигнализацию?

– Конечно, была бы только аппаратура.

– Меня не интересует, что бы ты сделал «если бы», – меня интересует, что ты можешь сделать с тем, что у тебя есть.

– Минутку, дядя Дон, – возразил юный конструктор. – Скажите мне, чего вы хотите, и я отвечу, смогу ли я это устроить.

– Извини. Я хотел бы окружить сигнализацией ракету и убежище. Это возможно?

Арт почесал затылок: