Жизнь за трицератопса - Кир Булычев

Женщина снова всхлипнула.

– Откачали, – добавил Удалов. – Он потом своей смертью помер.

– Сапион в жизни не выпил ни глотка, – сказала женщина.

– Погоди, – перебил мужчина. – Гражданин Удалов не понимает, о чем речь. А речь о том, что лишь Сапион знает универсальную формулу подогрева нашей атмосферы, которую сам и вывел.

– Он не довел до конца формулу общей теории относительности, не подстриг газон перед нашей виллой, – сказала женщина.

– Если он такой редкий и бесценный специалист, зачем вы его одного в космос отпустили?

– А как же свобода личности? – спросил мужчина.

Но женщина объяснила понятнее:

– Мы повздорили. Нельзя так безответственно относиться к семье. И он улетел успокоить нервы. Это уже не в первый раз.

– Сесилия, гражданину Удалову совсем ни к чему знать о мелочах твоего быта.

– Я лучше знаю, что надо и чего не надо знать Удалову!

Надвигалась ссора между пришельцами. Удалову не хотелось быть ее свидетелем. Нежелательных свидетелей иногда ликвидируют. Это зависит от нравов на той или иной планете.

– Что же будем делать? – спросил Удалов.

– Мы в свободном поиске, – пояснил мужчина. – Столько времени прошло…

– Времени прошло немало, – согласился Удалов. – Даже непонятно, чего вы так долго собирались.

– С финансированием плохо, – ответил мужчина. – На науку всегда деньги находят в последнюю очередь.

Удалов с ним согласился. Всеобщая беда!

– Давно в наших краях? – спросил он.

– Третий день, – сказала Сесилия.

– И результатов никаких?

– Отыскали закопанный и законсервированный корабль, – ответил мужчина.

Он вынул из кармана дубленки крупный, с грушу, синий кристалл.

– Это корабль? Быть не может!

– Не старайтесь казаться глупее, чем вы есть на самом деле, – упрекнул Удалова пришелец. – Корабль спрессован до предела.

Пришелец дал Удалову посмотреть сквозь кристалл на солнце – зрелище было незабываемым.

Затем мужчина вытащил из другого кармана еще один кристалл.

– Мы и наш корабль с собой носим, – заметил он.

Он легонько стукнул кристаллом о кристалл, и над сквером разнесся тонкий хрустальный звон.

– И что же вы теперь делаете?

– Ходим, – сказал мужчина. – Присматриваемся. Вот вас отыскали.

– Следы Сапиона привели нас к городу и оборвались, – сказала Сесилия. – Слишком много тут чужих следов.

– Он где-то здесь, – сказал мужчина. – У нас теперь только одна надежда – на вас, Корнелий Иванович. Вы же в городе всех знаете как собак облупленных.

– За расходами мы не постоим, – вмешалась женщина.

– В разумных пределах, – поправил ее мужчина, и Удалов понял: лучше и не надеяться, тогда не будет поводов для разочарования.

– Если вашей супруге что-нибудь из косметики надо, – застенчиво произнесла женщина, – можем достать.

– Лишнее, – улыбнулся Удалов. – Материальные блага – это все суета.

Мужчина кивнул. Продвинутая цивилизация была согласна с Удаловым.

– А мысли читать умеете? – спросил Удалов.

– Только у близких людей, с их разрешения, – быстро ответила женщина, словно вопрос был ей не очень приятен.

– Разрешение – дело десятое, – признался мужчина. – Но расстояние должно быть короткое. Голова к голове.

Да, подумал Удалов, цивилизация у них передовая, мысли читают, превращают корабли в кристаллы, а вот женские страдания остаются.

– А вы…

– Мы совершенно не отличаемся от вас, – понял его мужчина. – Что вы перед собой видите, то мы собой и представляем. Молекула в молекулу. Панспермия.

– А бывают пришельцы другого вида, – сообщил Удалов.

Никто не стал ему возражать. Бывают так бывают.

– Значит, поможете? – Женщина дотронулась до его рукава тонкими пальцами без маникюра.

– Ради галактических отношений и просто по-человечески, – ответил Удалов, – не пожалеем усилий.

– Ах, как нам вас благодарить!

– Не спешите, – отрезал Удалов. Он хотел быть объективным. – Не исключено, что ваш друг лежит на дне реки в соседнем районе, простите за откровенность.

– О нет! – ахнула женщина.

– Ну, Удалов, не ожидал я от вас, – вздохнул мужчина, а женщине он пояснил: – Он имеет в виду худший вариант.

Женщина потянулась к Удалову, словно хотела поцеловать его в щеку, но Удалов смутился, отодвинулся и сказал:

– Значит, встречаемся завтра на этом месте в шестнадцать ноль-ноль…

Он чуть было не предложил пароль, но потом сообразил, что знает пришельцев в лицо.

Мужчина и женщина долго смотрели вслед пожилому человеку с круглым невыразительным лицом; в его руках находилась судьба их друга и большого ученого, возвращения которого с нетерпением ожидала вся планета.

Сначала Удалов пошел к себе в стройконтору. Несмотря на пенсионный возраст, он часто заходил сюда, помогал советом, а то и делом. Даже имел должность – консультант. На общественных началах, конечно. Стол Удалову поставили в бухгалтерии.

Именно отсюда, со своей стройконторы, Удалов решил начать поиски. А что, не хуже любого другого начала.

Правда, в конторе спрятать пришельца нелегко, потому что Удалов там со всеми знаком, многим давал путевку в жизнь. Но следует искать то, чего раньше не было, а теперь есть, и весьма странное…

Удалов вошел в дверь, которую открывал много тысяч раз. Только теперь она была покрашена и сбоку висела новая вывеска:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО ОО «ГУСЛЯРКИРПИЧ»

Два нуля относились не к сантехнике, как полагали шутники, а указывали на ограниченную ответственность нового директора Баламутяна. Но об этом – особый разговор, в другое время и в другом месте.

– Корнелий Иванович, – сказала Даша из планового отдела, – Новый год на носу.

Даша была женщина сочная, упругая, многие из молодых сотрудников и прорабов пытались ее щипать, да пальцы обламывали. Ее упругость была сродни резиновой дубинке.

Удалов согласился.

– Тогда я вас, Корнелий Иванович, немного отвлеку от мыслей.

«Может ли она скрывать в себе пришельца?», – задал себе вопрос Удалов. И сам себе ответил отказом, потому что учился с ее отцом в одном классе.

Даша постучала в стенку, оттуда послышались шевеление и голоса.

Затем дверь распахнулась, и вошел Дед Мороз в синем сатиновом халате, ватной бороде до пояса и в зимней шапке с красным верхом, под цвет картонного носа. Под его рукой в комнату проскользнула Снегурочка в маске, в серебристом платье, отороченном ватой, и с гитарой. Сняв варежки, Снегурочка стала играть и петь песню про Арлекино. Дед Мороз сунул руку в мешок, пошуровал там и вытащил два пакета.