Пламя надежды - Туи Сазерленд

Ещё не всё потеряно, убеждала себя Луния, однако, окинув взглядом берег, пришла в отчаяние. Цунами лежала на песке без чувств, а над ней стоял ещё один солдат, отряхивая кровь морской драконихи с ядовитого жала. Чуть дальше бился на песке Вихрь, которого удерживали сразу пятеро, но когда парализующее жало вонзилось в шею и ему, тоже затих.

–Росянка…– начала Рысь где-то поблизости, и шелкопряд тут же вскинул голову, подозрительно шевеля антеннами.

–Тсс!– прошипела листокрылая.

Наступила мёртвая тишина. Ядожалы все как один замерли на месте, повинуясь мысленному приказу своей королевы. Один лишь золотистый шелкопряд – пустая драконья оболочка, занятая разумом королевы Осы,– медленно обходил лежащие тела и груды морской травы, всматриваясь в следы на песке.

Луния невольно гадала, кем он был прежде. В каком улье жил, состоял ли в «Хризалиде»? Осознаёт ли, что с ним происходит сейчас?

–Кто же они такие?– озадаченно прошипел золотистый дракон голосом Осы, вновь обходя пленников и пристально разглядывая хвост Вихря с ядовитым шипом.– Где-то я видел похожих…– пробормотал он уже другим голосом, но тоже явно не своим. Движения шелкопряда стали вдруг неловкими, будто драконье тело не подходило ему.– Эти меняют цвет,– хмыкнул он, глянув через плечо на Ананаса,– их помню точно.– Задумчиво потёр щёку и повернулся к Луне, обмотанной шёлком. Прищурился:– А вот таких, что остаются невидимыми даже без сознания, припомнить не могу.

–Я смогу их подчинить?– спросила вновь Оса первым голосом.– Подействует на них Дыхание зла?

–Есть только один способ узнать,– пожал крыльями всё тот же шелкопряд.

Красно-чёрная ядожалиха, лежащая на песке, пошевелилась и слабо застонала. Попыталась сесть, зашипела от боли, глянув на свой обожжённый хвост, и обхватила голову лапами.

Одна из тех, что дрались с Вихрем, вспомнила Луния.

–Где мы?– спросила ядожалиха у стоявшего рядом солдата, но тот промолчал, таращась прямо перед собой мутно-белым остановившимся взглядом.

Она оглядела пляж, усеянный неподвижными драконьими телами. Другие вытянулись по стойке смирно, карауля столь же неподвижных пленников: троих драконов причудливого вида и странный шёлковый кокон. Один лишь золотистый шелкопряд продолжал бродить по песку, что-то зловеще бормоча себе под нос.

Глаза ядожалихи изумлённо вытаращились: островок совершенно не походил на травянистые равнины в окрестностях ульев родной Панталы.

Интересно, подумала Луния, как долго разум этих солдат пробыл под властью королевы, и помнят ли они хоть что-нибудь о том, что делали в последние недели? Почему-то королева отпустила ядожалиху, но не остальных.

–Мы что, в Древних королевствах?– вновь обратилась та к солдату и вновь не получила ответа, но шелкопряд услышал и подошёл ближе.

–Здесь были ещё какие-нибудь драконы?– спросил он голосом королевы.

–Тебе какое дело?– фыркнула ядожалиха, глянув с недоумением. Простые шелкопряды до сих пор не смели разговаривать с ней так запросто.

Золотистый дракон прищурил мутно-белые глаза.

–Как тебя зовут?

–Уховёртка.

–Ах да, из улья Цеце. Я сейчас в головах у твоих братьев – хочешь, заставлю их поубивать друг друга… или открутить уши – забавно вышло бы. Короче, если надеешься ещё увидеть родных, изволь обращаться к своей королеве с должным уважением!– Он злобно зашипел, глядя на отвесившую челюсть дракониху.– Напряги свои мозги! Сюда прилетели четверо чужаков, двое из них невидимые. Ещё какие-нибудь были? Может, показалось что-то – вспоминай!

Луния затаила дыхание.

–Н-нет, ваше величество,– пролепетала ядожалиха.– То есть… я же была не совсем в себе, а тут ещё такая… м-м… свалка…– Шелкопряд нетерпеливо щёлкнул хвостом, обдав горячим песком её ожоги, и она вновь зашипела от боли.– Нет, не помню других,– добавила она поспешно.

–Огнешёлковых точно не видела?– Он поморщился, будто делая над собой усилие, и продолжил уже другим голосом:– А какие-нибудь растения себя странно не вели?

–Растения?– Уховёртка изумлённо заморгала, обернулась к пальмам на утёсе.– М-м… да вроде нет.

Она не заметила движения водорослей, подумала Луния с облегчением. А королева была слишком занята боем, чтобы приглядываться. Впрочем, если Оса сидит в голове у шелкопряда не одна, то может и не спешить делиться своими наблюдениями.

Он поднял взгляд на облака, затем снова подозрительно огляделся вокруг.

–Росянка!!!– заорал он вдруг.– Росянка, ты здесь?

На залитом солнцем пляже царила тишина, лишь птичий щебет слабо доносился из зарослей поодаль, да слышалось болезненное пыхтение Уховёртки.

У Лунии тревожно заколотилось сердце. Что, если все улетели? Она старалась отогнать панические мысли, но в этой зловещей тишине трудно было не думать, что её бросили одну на скале в окружении врагов.