Лучезарное Завтра - Харитон Мамбурин

Просто не успею и не смогу ничего сделать, даже если бы пистолет и не запутался в палатке. Пуля её, с учётом габаритов и реакции на повреждения, просто не возьмёт. Ракетка, конечно, смогла бы, задумался я. Всякую мерзость огнём — самое правильное, но не факт, что сколопендра даст мне время на просеивание скомканных обрывков палатки.

А значит — врукопашную, СЛУшечкой. Но как же мерзко! Я чуть опять в ступор не впал, но вовремя начал звереть: меня, советского человека, комсомольца, аспиранта, замечательного Жору, может убить отвратительная огромная… В общем — не бывать этому! И с грозным воплем “Я тебя не боюсь!” подскочил к дёргающимся кольцам твари. И врубился в неё СЛУшкой…

— Это я, кажется, немного погорячился, — тяжело дыша, констатировал я через десяток минут.

От сколопендры остались только гадкие сегменты с мерзкими лапками. И то — не все целые. Всё, включая меня, заляпано противной, оранжево-коричневой слизью, бывшей внутри этой сволочи. И, главное, помимо последствий неприятных ударов, побаливает рука — похоже, кромсая лопатой тварь, потянул связки.

Сформирован отчёт носителю. Рекомендуется принять лежачее положение, отчёт будет продемонстрирован через 10… 9…8…

Красная надпись появилась перед глазами, почти полностью перекрывая обзор.

— Вот чертовски во время, — не мог не признать я. — Но всё-таки, сволочь ты, ассистент, бионическая!

Нет, он, конечно, предупреждал, что после сна. Но мог же как-то не так! Меня сколопендра бы сожрала, если бы эта надпись появилась раньше!

Ну да ладно, сейчас — нормально. От пакости этой отвлечёт, а то аж руки трясутся. Фобия какая-то заработала, будь они обе неладны. Всё, пошло дело. И, в конце отчёта, зрение затуманилось и почти до конца потеряло резкость. Не до конца, но меня окружали очень поблекшие, трудно различимые цвета. А перед глазами появилось полотно отчёта:

Показатели носителя зафиксированы, калибровка Комплексной Системы Улучшения Показателей завершена.

Физическим параметрам присвоено значение 3 единицы.

Нервным параметрам присвоено значение 5 единиц.

Интеллектуальным параметрам присвоено значение 4 единицы.

Адаптационным параметрам присвоено значение 4 единицы.

Боевой параметр не активирован.

Химеризация носителя не проведена, активируется система принудительного возвышения. У носителя есть 15 минут для выбора приоритетного направления развития, в случае отсутствия выбора, на основе анализа, ресурсы развития будут направлены в физические параметры.

И появился перед недоумевающим мной таймер обратного отсчета. Это вообще — что за фигня? Какая “принудительная система”? Что этот БАППХ себе позволяет?!

Последнюю мысль я начал назойливо мыслить. Шиза-шизой, в своей-то голове, но других методов связи с этой распоясавшейся сволочью у меня не было.

В рамках анализа действий и окружения носителя запущен протокол “экстренное выживание”. Согласия носителя он не предполагает, КСУП начинает работу по улучшению параметров носителя.

— БАППХ, у меня НЕТ атомного сердца! Ты же меня угробишь этими улучшениями!

Вводные приняты. Производится анализ с учётом новых вводных данных.

Да чтоб это порождение криворукого биолога и стукнутого программиста! Что они в этом прототипе намудрили?! “Согласия носителя не предполагает”, рукосуи чёртовы! А мне с этим жить, если получится…

Отмена протокола “экстренное выживание” невозможно. Рекомендуется незамедлительно установить имплантат АСАП.

На это я вдохнул-выдохнул. Ну а смысл бесится и орать на вычислитель? И стал думать-формулировать.

— БАППХ, в текущих условиях установка Атомного Сердца, в ближайшей перспективе, невозможна. Какой приоритет жизни носителя в твоих протоколов?

Данные внесены, проводится анализ. Жизнь носителя, согласно протоколам безопасности, находится на третьей позиции важности, товарищ Верхазов.

— А первые две позиции? — логично заинтересовался я.

Информация недоступна на уровне доступа носителя. Анализ новых вводных закончен.

Предложение носителю: снизить интенсивность выполнения протокола “экстренное выживание” до конструктивного минимума. Поглощение носителем веществ, наиболее подходящих для формирования химерных дополнений и оптимизации организма — снизит энергопотребление. Дополнительно может быть произведён перерасчёт энергопотребления, с учётом повышенной ионизации окружающей среды.

— Предложение принимается, — мысленно вздохнул я.

Ну, хоть что-то. А то я, если меня ассистент курочить начнёт — до леса-то не доберусь, сдохну от истощения. Да ещё сейчас нахожусь не в самом безопасном месте: тут мерзости сколопендровые водятся! И прервать эту связь с ассистентом тоже глупо. Как по дурацки всё!

Уточнение: безопасность носителя — важный приоритет существования БАППХ. Запрос на подключение протоколов “Часовой”, “Спокойный сон”.

— А что это за протоколы?

Часовой — использование электрочувствительных органов ЗЖКТРУ-54 для выявления электроактивных организмов и предупреждение о таковых носителя. Радиус действия уверенного обнаружения — десять метров.

“Спокойный сон” — дополнение к протоколу “Часовой”, выведение носителя из состояния сна. Также протокол “Спокойный сон” препятствует засыпанию в случае враждебной активности в радиусе обнаружения.

— Прин… стоп, — еле успел я остановить свой язык, точнее — мысли. — Энергопотребление протоколов?

В рамках поддержания работы БАППХ ЭУМ-03, анализа и протоколирования — нулевые. Производится вывод имеющейся информации в сознание носителя.

— Так, тогда “Часовой” — точно принимается. Уточнения по “Спокойный сон”. Враждебная активность — каковы критерии срабатывания?

В ответ ассистент выдал мне простыню текста. Вчитался, понял что нафиг: критерии оценки подходят для мирного советского города, а никак не для текущих раскладов. Враг — отклонение от нормы на пять и более процентов. Да сейчас бабочки, причём мирные, вполне могут не на пять, а на все пятьдесят процентов отличаться! Это мне БАППХ просто заснуть не даст! Так что без “Спокойного сна”, конечно, неспокойно. Но если я спать не буду, то помру. И надёжнее, чем от “врагов” или врагов без кавычек.

— И дай-ка мне расчёты анализа, — подумав, попросил я. — Хоть примерно понимать буду, что и сколько мне жрать придётся.

До окончания анализа осталось 80 секунд. Запустить обратный отсчет?

— Не надо. Выдай информацию, как рассчитаешь, — отмыслил я.

И через полторы минуты вчитывался в новую простыню. И вот так — довольно сносно выходило. Жрать, конечно, надо до чёрта. Но не сутки напролёт этим заниматься. И с завидной регулярностью облучаться… это вообще убивает бредовостью! Но если не облучаться, то прибьёт не бредовостью.