Полет феникса - Майкл Суэнвик

– Как именно вы хотите его продемонстрировать? – спросил Довесок.

– Уничтожить постоялый двор.

– Прошу прощения?

Лицо главкома Мощного Локомотива заметно всколыхнулось: растянулись губы, грозно сомкнулись брови. Вид у него стал прямо-таки демонический. В голове у Даргера мелькнуло, что это, скорее всего, привычка видимо, он всегда так делал, когда хотел запугать сомневающихся в его приказах подчиненных, и теперь это получалось бессознательно.

– Вам нужно знать лишь то, что завтра отсюда до постоялого двора пролетит «Красная стрела». Она взорвется и уничтожит само здание и все, что внутри. Конечно, в тот момент в нем никого не будет. Царевич со своими людьми будет здесь. Он никчемный щеголь и нерешительный глупец, но когда воочию убедится, насколько легко уничтожить с расстояния то место, где он жил и чьей красотой, безусловно, восхищался, с помощью одного из множества видов оружия, за которое, как я уже говорил, нужно благодарить эту прекрасную госпожу… Тогда даже до него дойдет, какие преимущества он получит, подписав с нами соглашение.

Мощный Локомотив умолк, и его лицо стало прежним.

– Ну а теперь мне пора заняться делами поважнее, – неискренно улыбнулся он. – Белая Буря о вас позаботится.

Та пробуравила взглядом спину уходящего главкома и молча отогнула полог шатра. Они вышли наружу и заморгали от яркого света.

– Есть вопросы? – уточнила она.

– Как это главкому удается так… двигать лицом? – спросил Довесок.

– Вы не знали? Хотя откуда, ведь вы чужеземные варвары и сплетни, известные всему двору, для вас в новинку. Родители Мощного Локомотива были землевладельцами – богатыми, но не особенно знатными и влиятельными. Ради будущего семьи они вложились в генетическую предродовую операцию, превратив сына в лицедела. Видите ли, кто-то из их дальних родственников работал в разведке, и они посчитали, что, повзрослев, он без труда устроится шпионом, а там уж и пробьет себе дорогу наверх. Откуда им было знать, что он прирожденный военачальник и питает сильнейшее отвращение к притворству? Какая ирония, что столь прямолинейный человек так и не нашел применения столь неоднозначному дару.

– Понятно, – кивнул Даргер. – Ладно, вернемся к делу. Сколько времени у нас на подготовку?

– Царевич со свитой прибудет после обеда. Скажем, у вас часа три. Мне и главкому приказано оказывать вам всяческое содействие.

– Тогда приступим. Мне потребуется… Эй, ты! – крикнул Даргер, и спешащий мимо слуга резко остановился. – Что ты несешь? Вино? Хорошее?

– Высочайшего качества, господин. Оно предназначается самому царевичу Южных Ворот.

– Отлично! – Даргер выхватил бутылку из рук перепуганного юноши. – Где Умелый Слуга?

– Я здесь, господин, – отозвался этот восхитительно неприметный парень.

– Принеси тыкву на кожаном ремешке, в каких странники носят воду в дороге. Имей в виду, ничего вычурного. Одолжи ее, если сможешь, купи, если потребуется, или укради, если по-другому никак, но чтобы через пять минут она была у меня.

– Да, господин! – Умелый Слуга исчез.

– Еще рановато для вина. – Белая Буря протянула руку к бутылке, но Даргер ловко отдернул ее в сторону.

– Это вино – необходимая составляющая сложного плана. – Даргер протянул руку за складным стулом Белой Бури, который таскал за ними один из слуг, утвердил его в тени ближайшей палатки и сел. – Благородный Воинствующий Пес составит список остальных требований.

– Обойдемся без списка, я помню все наизусть. – Даргер выдумывал на ходу, и потому Довесок не мог ничего помнить, однако начал загибать пальцы. – Во-первых, катушка малиновых ниток с тремя иголками для вышивания, блюдо галет и пять стеклянных бокалов без ножки. – Он загнул второй палец. – Далее, жираф. Имейте в виду, взрослый и совершенно здоровый. Его нужно доставить прежде, чем прибудет царевич.

– Жираф! – воскликнула Белая Буря тоном переполненной негодованием женщины. – Где мне найти африканское животное, не важно, взрослое или нет, за такой короткий срок?

– Госпожа, – поморщился Довесок, – список длинный, и его перечисление займет вечность, если вы будете возражать каждый раз, как вам взбредет в голову. Советую делать пометки. Когда я оглашу весь список, мы обсудим ваши придирки и посмотрим, можно ли что-то изменить. Следующее: лодка для ловли омаров…

– Но это же просто невозможно, – подбоченилась Белая Буря. – До океана две с половиной тысячи ли.

– Уважаемая главарх, подобное отношение не приведет ни к чему хорошему. В-четвертых…

Довесок, если хотел, мог вывести из себя кого угодно. Пока обстановка накалялась, Даргер наполнил вином принесенную Умелым Слугой флягу-тыкву и незаметно исчез.

* * *

Чтобы выйти к постоялому двору с дальней стороны, Даргеру пришлось целый час кружить по лесу. Постоялый двор располагался у небольшого живописного озера в окружении цветущих персиковых деревьев. На пороге стоял мужчина, который мог оказаться только хозяином, вышедшим передохнуть от дел.

– Здравствуй, любезный! – весело окликнул его Даргер. – Найдется ли свободная комната для странствующего ученого, в чьих карманах ненадолго завелись лишние деньжата? Желательно с видом на озеро, хотя, как погляжу, у тебя все комнаты замечательные.

– В этом вы правы, господин. Наши комнаты славятся изысканностью на всю округу, а пейзаж радует глаз. Но, к сожалению, сейчас здесь обитают послы Южных Ворот. Чтоб им пусто было! По приказу нашего правителя я обязан предоставлять им бесплатное питание и проживание, а поскольку у всех царевичей есть враги, мне запрещено сдавать пустующие комнаты, чтобы туда вдруг не заселились наемные убийцы.

– Прискорбно. Могу я попросить у тебя хотя бы чашку воды?

– Радушие – не просто дело моей жизни, господин ученый, оно у меня в крови.

Хозяин ушел в дом и вскоре вернулся с керамической чашкой, полной холодной родниковой воды.

– Хотите, заодно наполню вашу тыкву?

– Ни за что! – рассмеялся Даргер. – В этой тыкве лучшее вино из личных погребов Тайного Царя. Он одарил меня им в знак признательности за пару услуг. Угостить тебя?

– В такое время я обычно не пью. Но когда еще доведется испробовать царского вина?

Хозяин снова ушел внутрь и вернулся со второй чашкой. Даргер налил ему вина.

– Ах! Как приятно побыть царем, пусть и на один глоток!

– Давай подолью еще. Твой царевич – не тот ли знаменитый Блистательный Первенец? Говорят, он образцовый правитель. Но, быть может, у тебя сложилось другое мнение?

– Ни один господин – не герой для слуг, и ни один царевич – не герой для хозяина, на чьем постоялом дворе он живет, не заплатив. Впрочем, юноша вежлив и не догадывается, каким финансовым бедствием обернулся его визит для меня и моей семьи. На него лично я зла не таю.