Прививка против приключений - Дмитрий Скирюк

— Есть прицел двадцать два, осколочным!

Звучал выстрел, ядра плюхались в воду, после чего в башне вспыхивала перепалка:

— Промазал, дурак!

— Сам дурак!

— Попрошу мне не тыкать! Я контр-адмирал!

— Я тоже контр-адмирал!

Все это здорово попахивало тяжелой шизофренией.

Игорь самолично возглавил десант на «Радугу», реквизировал все продукты, после чего оба корабля отправились дальше. Дело принимало неприятный оборот — разохотившись, пиратский тандем нападал на все встречные суда. Долго продолжаться это не могло, и первая искра раздора проскочила между доном Гурильо и доном Дурильо при дележе добычи. Игорь обсчитал Пашу.

— Раз мой корабль больше, то и добыча больше!

— Ха! Дудки! Скажете тоже! — надулся дон Дурильо. — Я его окружил, значит, большая часть моя. А ну, отдайте!

— Еще чего!

Оба чуть не подрались, но все же пришли к соглашению. В знак примирения дон Гурильо пригласил контр-адмирала отобедать на борту «Гончей». Предложение было принято, и вечером этого дня оба пирата заперлись в капитанской каюте, допуская к себе только Колю, который подавал им блюда. Застольная беседа отличалась необыкновенной учтивостью, в чем мы лично могли убедиться, подслушав у двери обрывки разговора.

— Попробуйте вот этих омаров, дон Дурильо! Ей же ей, весьма недурны.

— М-да, пожалуй… А вы гурман, дон Гурильо.

Ну, право же, вы преувеличиваете, дон Дурильо. Еще вина?

— Спасибо, это… как его… не откажусь!

Послышалось бульканье, затем Игорь выжидательно спросил:

— Ну? Как?

— Н-ничего… — осторожно ответил Паша.

— Двадцать лет выдержки, дон Дурильо!

— Неужели?

— Да-да! Видите, какой на ней слой пыли? — Игорь постучал по бутылке. — Хотите еще?

— Держу пари, дон Гурильо, что эта бутылка просто неделю простояла у вас под кроватью… А впрочем, налейте.

Из-за двери донесся грохот падения человеческого тела.

— Боже мой! — озабоченно воскликнул Игорь. — Вам дурно, дон Дурильо?

— А… Э… Немного. Эт-та вино…

— Ну, не будем ссориться, дон Дурильо! Однако вечер сегодня довольно скучный. Чем бы нам заняться?

— А не сыграть ли нам, дон Гурильо?

— Превосходная идея, дон Дурильо! А во что?

— Ба! Глупый вопрос. Да хотя бы в карты.

По грязному столу зашлепали карты, после чего сеньор адмирал потребовал еще вина, и мы сочли за благо удалиться к себе — в бывший ресторанный зал, где Олег накрыл ужин на четверых.

— Не знаю, чем все это кончится, но мне не нравится начало, — сказал Коля, подвязывая салфетку. — Может, запереть их?

— Думаю, нам все же удастся их примирить, — сказал я.

Коля ничего не ответил.

В молчании мы съели все, что было на столе, и теперь сидели, потягивая вино из высоких бокалов. Неожиданно с палубы донесся какой-то шум, что-то кубарем скатилось по ступенькам, и в кают-компанию ввалился Паша. Мы невольно вскрикнули — рубашка контр-адмирала была окровавлена, одного рукава не хватало. В руке он сжимал шпагу с тяжелым эфесом и выглядел изрядно накачавшимся.

Что с вами, дон э… Дурильо? — осторожно спросил Олег.

— Адмирал здесь? — не отвечая на вопрос, выпалил тот. Мы отрицательно замотали головами.

— Хорошо! — Паша захихикал, спрятал шпагу в ножны и довольно потер ладони. — Просто прекрасно! А то б я его… ух!

— Вы ранены? — спросил я.

— Где? А, это… Это вишневое варенье.

Где-то наверху хлопнула дверь.

— Где он?! — яростно проревел дон Гурильо, то бишь Игорь. — Эй, вы! Выходите, черт вас дери!

Пашка заметался по ресторану, попробовал залезть в стоящие у входа рыцарские доспехи, с грохотом их развалил, успев напялить только шлем с огромным плюмажем, и спрятался под стол, прикрывшись длинной скатертью.

— Ой-ей! — Пашка неуклюже ворочался под столом, устраиваясь поудобнее. — Спрячьте меня, а то он меня убьет!

От мощного пинка дверь слетела с петель, и на пороге показался Предводитель. Его роскошный адмиральский мундир с эполетами и аксельбантами был перепачкан вареньем, в руке тусклой сталью блестела обнаженная шпага. Икая и пошатываясь, он торопливо оглядел помещение, после чего немного успокоился.

— Прошу меня простить, благородные сеньоры, что прерываю вашу трапезу, — раскланиваясь с пьяной галантностью, пробормотал Игорь, — но ответьте мне на один вопрос. Не пробегал ли здесь презренный негодяй дон Дурильо?

Пашка умоляюще задергал меня за полу камзола.

— Э-э… Нет, не пробегал, — соврал я. — А в чем дело, дон Гурильо? Он вам что-нибудь должен?

— Нет, этот мерзавец мне ничего не должен! — с третьей или четвертой попытки Игорь попал клинком в ножны и потряс кулаком. — Это я ему кое-что должен! Несколько хороших ударов шпагой! Вы позволите, сеньоры, угоститься у вас бокалом вина? У меня совсем в горле пересохло. Вдобавок этот подлец Дурильо опрокинул на меня вазу с вареньем.

Усевшись за стол, адмирал нацедил из графина рубиново-красный напиток и с наслаждением осушил бокал до дна. В это время Паша, не дожидаясь Игорева ухода, на четвереньках стал пробираться к выходу со столом на загривке, и когда дон Гурильо вознамерился поставить бокал обратно, то с удивлением обнаружил, что стол куда-то исчез.

— Карамба! — вскричал он. — Готов поклясться, он только что был тут и спер всю еду! За ним!

С лязгом выхватив шпагу, он выскочил в коридор и скрылся в темноте. Мы поспешили за ним.

Стойте! — скомандовал Олег, предостерегающе подняв руку. — Слышите? Что это?

Из коридора доносился ритмичный тихий скрип. Навстречу нам что-то двигалось. Приглядевшись, мы различили высокую фигуру в плаще и рыцарском шлеме, а когда она приблизилась, стало видно, что это Паша, передвигаясь на четвереньках, толкает перед собой скелет на колесиках, надеясь обмануть адмирала. Для пущего камуфляжа он набросил на плечи скелета скатерть и надел на него шлем. Посторонившись, мы уступили дорогу, причем Паша нас даже не заметил. Едва он скрылся за углом, послышался торжествующий крик Командора, меч обрушился на шлем, и по палубе загрохотали кости. Пашка вихрем пронесся мимо нас и скрылся в капитанской каюте.

Попался, голубчик! — Игорь засучил рукава и отважно распахнул дверь.

Мы опасливо заглянули туда и увидели следующую картину.

Склонившись над какими-то бумагами, в кресле сидел Паша, повернувшись к нам спиной. Игорь подхватил тяжелый табурет и на цыпочках стал подкрадываться к нему. Прежде чем мы успели ахнуть, табурет со стуком рухнул на бритый Пашкин затылок, и контр-адмирал мешком повалился на пол.