Танкист Мордора - Павел Мочалов

С танком пришлось повозиться. Катки теперь волочились, и машина выглядела парализованной. Отравившийся угарным газом, Попов соображал плохо, и командовать пришлось уруку. Пока вертелись на спуске, еще раз прилетели орлы, но камни бросать не стали. Покружились над мысом и полетели в сторону города.

В конце концов искалеченный танк встал на платформу, а окровавленный капитан Мордора попал в руки Дины и лекаря, присланного Майроном. Рану на лбу пришлось зашивать, но Попову было так плохо, что хирургической операции он почти не заметил. Порезы на руках, хоть и изрядно кровоточили, опасности для жизни не представляли.

Гудрон, как и положено уруку, оказался покрепче. Полежав полчасика на травке, он вполне оклемался, умчался на поиски новостей и приехал только в полночь. Серега оздоровел уже настолько, что даже похлебал куриного супчика. Головную боль снял какой-то чудодейственный бальзам мордорского лекаря. Воняло снадобье не хуже пороховых газов и имело подозрительный желто-зеленый цвет, но регулярное втирание в виски дало замечательный результат – капитан Мордора был способен мыслить и готов, хоть и с трудом, действовать.

Правда, героических деяний уже не требовалось – город пал. Сообщая новость, Гудрон был важен и горд.

– Три года войны, Сергей Владимирович! И это только открытой, а сколько лет тайной! Решающий штурм шел до темноты, а потом еще пара часов уличного боя. Пленных почти нет, эльфы резались до последнего. Повелитель лично бился с эльфийским главарем на ступенях его жилища и одержал победу! И все – благодаря вам! Тут, я думаю, поместьем не обойдется. Большая награда будет!

– Не вздумай отказываться, – влезла в разговор Дина, – бери все, что дают. Ты чуть не умер в этой железяке!

– Угу, – слабо улыбнулся Попов, – у вас тут главная награда – живым остаться. За пару месяцев я дважды угорел, два сотрясения мозга и одна клиническая смерть. Из сознания уходил раз шесть, как девочка с тонкой душевной организацией! Да со мной за семнадцать лет столько не произошло. Ты лучше скажи, что нам сейчас делать?

– Отдыхать, наверное, – почесал череп орк, – вам же никаких указаний не было?

Ночи на берегу Сираннона не было – все вокруг освещал горящий Ост-ин-Эдиль. Утром Попов вышел к реке умыться и остолбенел – город исчез. Вместо затейливых домов и роскошных садов расстилалась покрытая золой, местами еще дымящаяся равнина. Вооруженные кирками и мотыгами снаги, как муравьи, облепили сохранившиеся участки крепостных стен, таявшие от их усердия, как кусок сахара в кипятке.

Серега вздохнул и вернулся к платформе. Дина готовила завтрак, что-то напевая, и судьба эльфов Эрегиона ее абсолютно не трогала. Гудрон точил ятаган, а рядом с ним сидел невесть откуда взявшийся Анарион. Инженер поднялся навстречу Попову и осторожно обнял:

– Опять вам досталось, Сергей Владимирович! Но живой! До крайности рад вас видеть!

– Я тоже рад, господин инженер. Какими судьбами?

– Закончил дела на переправе и галопом сюда. К штурму, правда, не успел, но тут мои помощники сами справились. Хотя, подозреваю, что без вашей машины ничего бы не получилось. Стена стояла монолитом, пока вы в ней дырочку не проделали.

– А мне жаль город, – махнул рукой Попов, – такая красота пропала! При моем непосредственном участии.

– Не вините себя, – возразил Анарион, – Ост-ин-Эдиль был обречен. С вами или без вас, результат был бы тот же.

– Может быть, – нехотя согласился Серега, – но все равно на душе гадостно.

– Не забывайте, господин, они тоже хотели вас убить, – вклинился в разговор урук, – вон какие каменюги бросали. Машину поломали.

– Совсем?

– Да мы еще и не смотрели толком, – признался Попов, – торсионы сломаны, тролли кое-как на платформу затащили.

– Потом все смотрины и разговоры, – оборвала беседу Дина, – сначала завтрак! Лекарь сказал, что господину капитану необходим покой, вот я ему покой и обеспечу. Вместе с хорошим питанием. А вы можете в своей железяке хоть сутки ковыряться!

– Ого, – рассмеялся Анарион, – я вижу, что вы в хороших руках, Сергей Владимирович!

* * *

На берегу отдыхали два дня, а утром третьего Серегу вызвал Энамир. Ставка командующего разместилась севернее развалин эльфийской столицы, и после переправы через Сираннон пришлось ехать по пепелищу. Тяжелый запах гари и тлена плыл над обугленными грудами обломков. Копыта лошадей поднимали пепел, то и дело хрустя остатками навсегда исчезнувшей жизни: осколками, обломками, а иногда и костями. Тут и там мелькали кучки мародеров – не только снаги, но и люди пытались поживиться обрывками былой роскоши.

Около ставки разрушений было намного меньше, кое-где даже сохранились деревья и живые изгороди. Шатер командующего вообще стоял на нетронутой зеленой лужайке, украшенной клевером и ромашками. Серегу приняли сразу, Энамир поднялся навстречу и протянул руку:

– Рад вас видеть живым и здоровым, господин капитан. Выжить под орлами – это дорогого стоит. Как себя чувствуете, как голова?

– Благодарю, – поклонился Попов, – у Повелителя очень хорошие врачи.

– Постоянная практика, – рассмеялся полководец, – вот и сейчас заняты – ремонтируют нашего главного пленника. Ночью Повелитель с помощниками его почти на части разобрал. Зато наш герой все-таки раскололся – рассказал про семь колец.

– Не понял, – сознался Серега, – какой герой и что за кольца?

– Ну как же, Сергей Владимирович, а вся война-то из-за чего?

– Из-за чего? Как мне мой телохранитель объяснял – за счастье всех народов против эльфийской тирании.

Энамир снова рассмеялся:

– В принципе, так и есть, конечно. Вся наша борьба направлена против тирании Перворожденных, но у войны есть и конкретные причины. Когда-то давно, лет эдак пятьсот тому назад, наш Повелитель поселился здесь, в Эрегионе, вместе с эльфами. Не знаю, на что он рассчитывал, но помог эльфам создать много чудесных вещей, в том числе и кольца Власти, которые могли собирать энергию стихий Арды. Повелитель думал, что сила колец будет направлена на благо всех народов Средиземья, но эльфы использовали их только в собственных, узкокорыстных целях. Тогда Повелитель покинул Ост-ин-Эдиль, вернулся в Мордор и в пламени Ородруина сковал кольцо, способное управлять остальными. Это, конечно, не понравилось эльфийским владыкам, и самым непримиримым из них был Келебримбор, тот самый, которого учил мастерству наш Повелитель. Его самым главным желанием стало уничтожение Единого кольца. Так началась война, и мы оказались сильнее. Келебримбор в наших руках, и Повелитель хочет знать, где он прячет кольца Власти.

Полководец прошелся вдоль стола, постукивая по нему костяшками пальцев:

– Таким образом, победа в Эрегионе одержана. Но! Есть несколько тревожных моментов. Во-первых, мы так и не разбили эльфийскую армию, высланную Гил-Гэладом на помощь Эрегиону. Да, мы отбросили ее на север, но разгрома она избежала. Теперь к ней присоединяются все, кто сумел бежать от нас из Эрегиона, а в перспективе, как докладывает разведка, возможно усиление Гил-Гэлада экспедиционным корпусом Нуменора.