Крылья распахнуть! - Ольга Голотвина

На борту «Миранды» утих радостный шум, утихли веселые разговоры. Уставшие с дороги спасители Литы выложили Райсулу, Маре и юнге историю своих странствий и разбрелись по койкам – спать, спать… На вахте остались Мара и Олух.

Капитан, уходя в свою каюту, даже не заметил, как следом за ним шмыгнул серый кот, которого Бенц незадолго до этого успел произвести в члены команды.

Мара устроилась на корме у якорь-клюза и с удовольствием вспоминала внезапное возвращение Филина, Литы и остальных. Жаль, не удалось как следует послушать про спасение подруги. Лескатов-то кормить надо!

Зато двойная радость: по дороге к загону встретила Ференандо. Поделилась новостью. Тот заулыбался, пожелал Лите счастья и сказал, что вскоре подойдет побеседовать с капитаном Бенцем – не нужен ли ему второй погонщик?

Хоть бы сладилось! Хоть бы довелось полетать вместе! Мара уже и жизни себе не представляла без этих сияющих глаз, без этой белозубой улыбки, без этих крепких рук.

Как он навещал ее тайком здесь, на борту! Как кричал чайкой, подавая знак! И плевать, что по ночам чайки не кричат…

И только Мара об этом вспомнила, как от воды послышался крик чайки!

Девушка встрепенулась. Огляделась в поисках Олуха – нет его, хвала богам, он на носу, он не слышит!

Как же тихо подошла лодочка!

А якорная цепь легко звякнула в клюзе…

Он поднимается по цепи, этот безумец!

– Уходи, – негромко сказала Мара. – Завтра приду к тебе сама.

– Завтра? – послышался снизу тихий, но страшный голос. – До завтра кто-то из нас не доживет. Я понял, когда ты ушла… ты так радовалась, что вернулся твой капитан… ждала его, да?

– А мне надо было рыдать? – так же тихо и страшно отозвалась Мара. – Сгинь, сумасшедший! Завтра поговорим. – Голос женщины смягчился. – Ну, люблю тебя, дурака, люблю!

– А если любишь – один поцелуй. Сейчас. Я почувствую, лжешь ли ты.

– И тогда исчезнешь?

– Исчезну легче тени!

На мгновение Мара заколебалась.

Но это же Бертран Острая Шпага, хоть и зовут иначе… Он не может, как другие… как обычные люди…

– Только быстро и тихо, – вздохнула она.

Ференандо не заставил себя ждать. С якорной цепи – на скобу сложенного крыла, через фальшборт… и вот он уже в потоке лунного света стоит перед Марой. Весь в черном, босой, улыбается.

– Один поцелуй, сердце мое!

А Мара уже забыла обо всем. Даже о том, что она на вахте. Всем телом качнулась к любимому.

Он так же пылко принял ее в объятия.

Притянул к себе. Закрыл рот поцелуем.

И сильными пальцами прижал жилку на шее.

Женщина тяжело осела к его ногам.

Ференандо огляделся.

Он был на борту не первый раз. Где каюта капитана – знал.

Второго вахтенного не было видно. Может, даже не понадобится его убивать.

Мужчина бросил взгляд на Мару, лежавшую у его босых ног. Губы Ференандо беззвучно произнесли:

– Дура.