Грипп. В поисках смертельного вируса - Джина Колата

И ученым ничто не показалось отклонением от нормы.

«Мы не обнаружили ни одного нарушения в обычном регламенте. В реанимационном отделении на тот период не находилось больше пациентов с респираторными инфекциями, а среди персонала больницы не было отмечено случаев неявки на работу по болезни или каким-либо другим причинам. Что касается государственной лаборатории, то она содержалась в образцовом порядке и идеальной чистоте», – свидетельствует Фукуда. Группа пришла к заключению, что специалисты из Гонконга сделали все правильно от начала до конца, приняв необходимые меры, чтобы свести шансы загрязнения образцов к минимуму.

Международные наблюдатели нашли также еще одно доказательство, что образцы почти наверняка не могли быть загрязнены случайным вирусом птичьего гриппа. В тот же день, когда гонконгские ученые начали выращивать культуру вируса, полученного из мазков, взятых у мальчика в больнице, они проделали ту же самую процедуру с образцами еще 85 других пациентов. Причем четыре из них тоже содержали вирусы гриппа, хотя и самого обыкновенного, человеческого штамма. И если бы в воздухе лаборатории витали загрязнения, то они не могли попасть только в один из образцов. Но вирус H5N1 обнаружился лишь у больного мальчика, что почти стопроцентно подтверждало – никакого загрязнения в гонконгской лаборатории произойти не могло.

Но чтобы трижды подстраховаться, наши исследователи провели еще одну проверку и выяснили, в каком именно месте во взятом образце развился вирус. Для этого к протеину H5 они добавили флюоресцирующие антитела и убедились, что они присоединялись только к респираторным эндотелиальным клеткам легких. Если бы вирус птичьего гриппа попал в состав мазка случайно, он бы свободно плавал в нем, не поражая клетки легких.

В повестке дня группы теперь значился следующий вопрос. Стал ли вирус убийцей мальчика или был лишь ее случайным и безвредным свидетелем? Чтобы получить ответ, ученые могли только внимательно изучить историю болезни пациента и побеседовать с его лечащим врачом. Из этих источников они в первую очередь почерпнули информацию, что мальчик не страдал никакими другими заболеваниями. «Это был нормальный, совершенно здоровый парнишка», – подчеркивает Фукуда. И одновременно они узнали, что болезнь протекала со всеми признаками и симптомами инфлюэнцы. Причем этому недугу вроде бы неоткуда было взяться.

Таким образом, установив, что вирус не попал в мазок, взятый у ребенка, случайно и что, судя по всем приметам, он заразился именно гриппом, возникал очередной вопрос: каков источник происхождения вируса? Как мог подхватить такую инфекцию трехлетний мальчик? Могло это случиться путем прямого контакта с птицей, или же инфекцию передал ему другой заразившийся ранее человек?

Понять это можно было, только присмотревшись ближе к вирусу H5N1, и эту задачу взяли на себя эксперты из Центра по контролю заболеваемости и профилактике в Атланте. Существовали два возможных варианта. Это мог быть вирус птичьего гриппа в чистом виде. Или же смесь штаммов птичьего и человеческого гриппов, а значит, вирус уже приспособился и мог развиваться в организмах людей.

Антитела, с помощью которых вирус H5N1 был идентифицирован, не помогали решить эту гораздо более сложную проблему, поскольку действовали весьма примитивно, реагируя только на протеины геммаглютинина и нейроминидазе. Для выявления природы вируса молекулярным биологам требовалось изучить различные его гены гораздо более детально. Итогом проделанной работы стал вывод, что данный вирус H5N1 принадлежал исключительно к птичьему штамму. Его генетическая последовательность соответствовала тому, что встречалось лишь у птиц, но, как мы уже знаем, такие вирусы никогда прежде не представляли угрозы для людей.

А между тем группа, работавшая в Гонконге, продолжала расследование и обнаружила весьма вероятный источник происхождения вируса. Там вспыхнула крупная эпидемия гриппа у кур. Еще за несколько месяцев до того, как инфлюэнцей заразился ребенок, эксперты министерства сельского хозяйства и рыболовства Гонконга обнаружили пренеприятную и очень похожую на грипп болезнь, называвшуюся на их языке «куриной чумой». Эпидемия охватила затем три крупные местные птицефабрики, полностью уничтожив продукцию одной из них и поразив до трех четвертей птичьего населения двух других. Всего погибли пять тысяч несушек. Но наших ученых испугал гораздо больше выявленный тип вируса – H5N1. Могло случиться так, что мальчик заразился от цыпленка, которых многие заводили как домашних питомцев, или же он побывал с экскурсией на птицеферме, где прикасался к курицам и вдыхал воздух, насыщенный гриппозными испарениями?

Пока все это оставалось лишь предполагать. Посещал ли мальчик одну из пораженных болезнью птицефабрик? Исследователи обратились к убитым горем родителям. Нет, ответили они, не посещал. Не было ли рядом с домом мальчика рынка, где торговали домашней птицей? Ни единого. Встречались ли поблизости места, загаженные куриным пометом? Ученые объехали всю округу, не найдя ничего подобного. Не болел ли гриппом кто-то еще из семьи мальчика? Не могли ли, к примеру, его отец или мать посетить птицефабрику и принести заразу с собой? Ответы на все вопросы были отрицательными.

Но внезапно возникла еще одна версия. Мальчик ходил в детский сад, для которого незадолго до его болезни купили двух цыплят и двух утят. Увы, но изучить птичек не представлялось возможным – один цыпленок и оба утенка умерли через пару дней после доставки в детский сад, а другой цыпленок куда-то пропал. Но не осталось ли следов вируса H5N1 на полу в садике? Не могли ли эти крошечные существа нести в себе заразу? Группа исползала весь детский сад и его «живой уголок», где недолго содержались питомцы, соскребая образцы, которые были отправлены затем на анализ. Результаты пришли только через три месяца, но и они оказались негативными. Никаких следов вируса в детском саду найдено не было.

Но быть может, болел кто-то еще из воспитанников детского сада? Не мог ли другой ребенок побывать на птицеферме, подхватить вирус, а потом передать его другим детям? Группа разобралась и с этим. «Ни среди детей, ни среди персонала никаких необычных заболеваний нами выявлено не было», – рассказывает Фукуда.

И членам группы пришлось удовлетвориться признанием в том, что им не удалось установить, где трехлетний мальчик заразился вирусом гриппа H5N1. Но это не снимало необходимости ответить еще на один и, наверное, самый важный из вопросов. Имелись ли случаи заражения птичьим гриппом других людей? Существовала ли реальная угроза пандемии?

«Нас всерьез тревожила возможность, что мы становимся свидетелями новой вспышки», – говорит Фукуда. И ученые обратились в министерство здравоохранения Гонконга, которое собирает данные о болезнях дыхательных путей среди клиентов девяти поликлиник, чтобы его чиновники просмотрели истории болезней. Ответ пришел более чем успокаивающий. Министерство не нашло ничего необычного среди случаев гриппа или респираторных заболеваний. Они проверили четыре тысячи образцов пациентов с вирусными респираторными диагнозами, но только у одного мальчика, со смерти которого все и началось, мазок содержал вирус H5N1.