Размышления перед казнью - Вильгельм Кейтель

На деле эффект оказался негативным, и уже на следующий день, когда Гальдер докладывал обстановку, Гитлер взорвался, обрушившись на якобы неповинующихся генералов и бездар-были преданы суду. Приведенные фельдмаршалом Паулюсом в его воспоминаниях выдержки из дневника фельдмаршала фон Бока о его беседе с Кейтелем и Гктлсром не позволяют предположить, что Кейтель в тот момент пытался воздействовать на решение их судьбы в смягчающем духе. Судя по его натуре, это могло случиться лишь позже.

⁴³⁹ Это посещение Гктлсром штаба группы армий «Юг» имело место 4 или 5 июня 1942 г.

ззб

ное командование группы армий. А виноват был сам фюрер, ибо он, по моим наблюдениям, лишь ходил вокруг да около, вместо того чтобы четко сформулировать, что ему требуется. Нам — Гальдеру, Йодлю и мне — снова пришлось подчиниться.

Я упоминаю этот эпизод, чтобы показать часто наблюдавшуюся мной манеру Гитлера «вести парламентские переговоры» с чуждыми ему по духу генералами высокого ранга. У меня сложилось такое впечатление, что, испытывая определенную скованность или смущение в общении с ними, он проявлял неуместную сдержанность, в результате чего —- правда, лишь изредка — возражавшие ему генералы даже не схватывали суть или серьезность ситуации. Во всяком случае, многим из них даже в голову не приходило, что тем самым они навлекают на себя подозрение, будто идут наперекор ему и не признают его, Гитлера, в качестве компетентного в военном деле фюрера и главнокомандующего. В этом отношении, не говоря уже о подозрительности, Гитлер был крайне чувствителен и обидчив. Мысль о смещении фон Бока, таким образом, у него уже зародилась, и через несколько дней его место занял фельдмаршал барон Вейхс⁴⁴⁰.

Для Кавказской операции предназначалась вновь сформированная группа армий «А»⁴⁴¹; был образован и се штаб. Открытым оставался вопрос о подходящем командующем. Гальдер и я, независимо друг от друга, предлагали фельдмаршала Листа⁴⁴². Гитлер все никак не мог решить этот вопрос, не объясняя конкретно, что имешю он имеет против Листа. Когда ждать больше стало нельзя, Гальдер и я наедине переговорили с Листом; после долгих колебаний он согласился. Но уже на первом этапе действия этой группы армий, которая должна была наносить удар через Ростов, а оттуда веерообразно пробиваться в предкавказ-

⁴⁴⁰ Барон Максимилиан фон унд цу Вейхс ан дем Глон, тогда — генерал-полковник, командовал группой армий «Б» (бывшей «Юг») с 15 июля 1942 г. до 14 февраля 1943 г.

⁴⁴¹ Группа армий «А» не являлась новым формированием, а была образована из частей группы армий «Юг», 17-го армейского корпуса и (временами) 4-й танковой армии, а также румынских и словацких соединений.

⁴⁴² Вильгельм Герман Лист, генерал-фельдмаршал, командовал группой армий «А» с 15 июля по 9 сентября 1942 г.

337

12 Кейтель Вильгельм

скую низменность, привели к необоснованному обвинению Листа; он, мол, помешал танковому соединению СС ворваться в Ростов, выступил слишком поздно, атаковал чересчур вяло и т.п., хотя каждый из нас знал, что он действовал согласно данному ему приказу.

Через несколько дней Лист был вызван на доклад в Винницу, где находилась ставка фюрера⁴⁴⁰; я остался в Берлине. <...> По возвращении мне пришлось выслушать упреки Гитлера в том, что именно я предложил этого непригодного человека, который произвел на него самое дурное и отрицательное впечатление⁴⁴¹. Мол, даже явился на доклад с картой неподходящего масштаба, без нанесенных на нее собственных войск и т.д. Когда я возразил Гитлеру, что он сам запретил брать с собой в полет карты с обозначенной на них группировкой наших войск, тот напал на меня; Геринг, присутствовавший при докладе Листа, был этим возмущен. Гитлер упрекал меня также и в том, что предпринятая по моему предложению инспекционная поездка в Норвегию тоже оказалась неудачной и его никак не удовлетворила, и т.д.

Новый кризис в верховном командовании породил тогда и неудачный полет Йодля в горнострелковый корпус, который вместе с главными силами на Кавказе вел бои за овладение горными проходами к Черному морю. Переговорив с командиром [49-го] горнострелкового корпуса [генералом горнострелковых войск] Конрадом и фельдмаршалом Листом о бедственном положении, Йодль по возвращении вечером доложил обстановку фюреру, присоединившись к точке зрения Листа, что поставленная задача невыполнима. Подробности, о которых лучше знает и расскажет здесь [на процессе] сам Йодль, я опущу. Этот доклад Йодля, выражавший взгляд Листа и его собственный, вывел фюрера из себя и вызвал у него неописуемый взрыв ярости⁴⁴². И на сей раз это было проявлением скрытого кризиса доверия и плодом больного воображения. Гитлер вопил, что генералы устроили против него заговор и хотят жалкими увертками саботировать его приказы! Он вбил себе в голову идею: преодолев западные отроги Кавказского хребта, захватить прибрежное шоссе вдоль Черного моря; генералы же не видят достоинств этой тактики и потому оппозициошш к ней. О том, что огромные трудности подвоза и снабжения по горным тропам эту операцию исключают, он и слышать не желал.

Таким образом, безудержный гнев Гитлера разрядился на Йодле и на мне, как инициаторе его поездки; мне было приказано вылететь на следующий день к Листу в Сталино и уведомить его, что от командования группой армий он отстранен и должен вернуться в распоряжение фюрера для дальнейшего прохождения службы⁴⁴³. Я так никогда и нс узнал, кто же именно подстрекал фюрера против Листа, этого армейского военачальника высокой квалификации, который особенно показал себя во Франции и на Балканах. Полагаю, это шло от политической верхушки, от Гиммлера или Бормана⁴⁴⁴. Иначе все это — загадка!