Человек на все рынки: из Лас-Вегаса на Уолл-стрит. Как я обыграл дилера и рынок - Эдвард О. Торп

По-видимому, общее мнение отраслевых исследований доходов инвесторов хедж-фондов^[249] сводится к тому, что с учетом рисков хедж-фонды в среднем приносят своим инвесторам дополнительную прибыль, но ее размеры сокращаются по мере роста этой отрасли. Более поздние аналитические исследования^[250] утверждают, что результаты в среднем хуже, чем можно судить по отчетности. Хедж-фонды вносят результаты своей работы в профессиональные базы данных на добровольной основе. Успешные игроки, как правило, гораздо более склонны сообщать о своих достижениях, чем проигравшие. По результатам одного из исследований^[251] это привело к двукратному завышению среднегодовой прибыли хедж-фондов в целом за период с 1996 по 2014 год, с фактических 6,3 % до 12,6 %, представленных в отчетности.

Далее в той же работе указывается, что если годовую прибыль подсчитать с нормировкой на объемы инвестиций, то доходность оказывается «лишь незначительно выше, чем безрисковая доходность [по облигациям Федерального казначейства США]». Еще одна причина того, что отчеты по этой отрасли выглядят лучше, чем реальные результаты, получаемые инвесторами, состоит в том, что в этих отчетах более высокие в процентном выражении значения доходности прошлых лет, когда совокупные размеры инвестиций в хедж-фонды были меньше, объединяются с более низкими нормами прибыли более позднего периода, в течение которого хедж-фонды управляли гораздо большими капиталами.

Получить преимущество путем правильного выбора акций трудно. Но хедж-фонды – это такие же компании, как те, акции которых торгуются на биржах. Можно ли выбирать хедж-фонды более успешно, чем мы выбираем акции?

Инвесторы хедж-фондов также не застрахованы от крупномасштабных катастроф. Весной 2000 года одна из крупнейших в мире групп хедж-фондов под управлением Джулиана Робертсона, главным учреждением которой был Tiger Fund, понесла тяжелые убытки и объявила о своем закрытии. Капитал фондов Робертсона, очень небольшой в начале их работы в 1980-х годах, вырос к моменту краха до 22 миллиардов долларов. В конце концов рыночные потери в сочетании с отзывом средств клиентов привели к уменьшению их капитала до 7 миллиардов, причем ожидалось, что вкладчики продолжат забирать свои вложения. Робертсон, утверждавший, что инвестирует по стратегии стоимости, винил во всем иррациональное поведение безумных рынков высоких технологий. Как сказал бы Шекспир^[252]: «Не рынки, милый Брут, а сами мы виновны…»^[253].

Пару месяцев спустя еще одна из крупнейших в мире групп хедж-фондов, работающая под управлением Джорджа Сороса и его сотрудников, головным фондом которой был Quantum Fund, объявила о серьезных убытках. Большинство ее инвесторов отозвали свои средства. Это предприятие, капитал которого резко уменьшился по сравнению с максимальным уровнем, достигавшим более 20 миллиардов долларов, прошло реструктуризацию и было преобразовано в систему управления собственными средствами Сороса. Позиция Сороса и его основного партнера Стэнли Дракенмиллера была зеркальным отражением положения Робертсона: они играли как раз на акциях высокотехнологичных компаний. Тем временем компания Van Hedge Fund Advisors опубликовала статью^[254] под заголовком «Хороший год для хедж-фондов» (Good Year for Hedge Funds), в которой было объявлено, что предыдущий, 1999 год был лучшим по результатам роста индекса хедж-фондов компании с самого начала их деятельности в 1988 году: +40,6 % в США и +37,6 % на офшорных рынках. Сорос вскоре оправился от удара. Его личный заработок составил в 2008 году 1,1 миллиарда долларов, но в этом году это позволило ему занять лишь четвертое место среди менеджеров хедж-фондов^[255].

Следует ли инвестировать в хедж-фонды? Прежде всего нужно определить, способны ли вы на это с экономической точки зрения. Хотя в большинстве случаев для вступления в такие фонды требуется вклад не менее 250 тысяч долларов, некоторые вновь создаваемые фирмы, только начинающие собирать средства, опускают этот порог до 50 или 100 тысяч. Требование такого существенного начального взноса возникло по историческим причинам. В свое время хедж-фонды, число вкладчиков которых не превышало ста, могли воспользоваться некоторыми исключениями из нормативных правил, дававшими им большую свободу в расширении спектра инвестиций. Но в таких условиях, чтобы получить капитал в несколько десятков или сотен миллионов долларов, фонду приходилось стараться не потратить эту квоту вкладчиков на мелких инвесторов.

Впоследствии КЦББ подняла этот порог для некоторых случаев до пятисот партнеров. Многие хедж-фонды принимают в свои члены только аккредитованных инвесторов. В случае частного лица этот термин означает человека, семья которого имеет чистую стоимость активов не менее миллиона долларов или доход не менее 200 тысяч долларов за каждый из последних двух лет, причем такой же должен ожидаться и в текущем году. Этим требованиям соответствует множество кандидатов. По оценкам, в 2013 году от пяти до восьми миллионов из ста миллионов американских семей имели чистую стоимость активов 1 миллион долларов или более.

Затем нужно определить, имеются ли у вас или у агента, которому вы поручаете действовать от вашего имени, достаточные знания. Как показала схема Понци стоимостью 65 миллиардов долларов, осуществленная Бернардом Мейдоффом, 13 тысяч инвесторов и их консультантов не произвели даже элементарной предварительной проверки, так как считали, что это наверняка сделали другие инвесторы. Здесь возникает та же проблема, что и в случае покупки акций, облигаций или паев в паевых фондах. Нужно обладать информацией, достаточной, чтобы определить убедительные, обоснованные причины, по которым предлагаемое вложение лучше, чем обычные пассивные инвестиции, например, в индексные фонды акций или облигаций. Используя этот критерий, вы увидите, что инвестиционные возможности, которые можно считать более выгодными, чем вложения в индексы, встречаются нечасто.