Ты следующий - Любомир Левчев

Новый Завет свидетельствует, что Бог исполнил Свое обещание. Второй договор гарантирует Второе пришествие и справедливое воздаяние каждому.

Четыре Евангелия написаны: Матфеем — человеком (который до посвящения был сборщиком податей и звался Левий, а после того как апостолы разошлись по миру, попал в Эфиопию, где и принял мученическую смерть); Марком — львом (Марк был рожден в Иерусалиме, основал Александрийскую христианскую коммуну, и посему он наиболее почитаем в Венеции); Иоанном — орлом (называемым Богословом — любимым апостолом и учеником Христа; рыбаком, как и Петр; сидевшим рядом с Христом во время Тайной вечери; которому Учитель, уже распятый на кресте, повелел заботиться о Богоматери; умершим в великом городе Эфесе, руины которого до сих пор белеют, как кости, вблизи Смирны); и Лукой — тельцом (лекарем из Антиохии, а также сподвижником апостола Павла, художником, который, помимо своей части Евангелия, написал и Деяния святых апостолов, но, как и остальные евангелисты, почти не оставил другого свидетельства о своей личной судьбе; хотя нам все же известно, что три века спустя в Константинополе в храме Двенадцати апостолов уже были выставлены на поклонение его нетленные мощи).

Нетленным сохранен и дух времени в Деяниях святых апостолов.

После Воскресения Учителя по Его внушению создается Иерусалимская коммуна. Вот как это происходит.

Из главы 2:

41 Итак, охотно принявшие Слово Его крестились, и присоединилось в тот день душ около трех тысяч.

42 И они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах.

43 Был же страх на всякой душе; и много чудес и знамений совершилось через Апостолов в Иерусалиме.

44 Все же верующие были вместе И ИМЕЛИ ВСЕ ОБЩЕЕ.

45 И продавали имения и всякую собственность, и РАЗДЕЛЯЛИ ВСЕМ, СМОТРЯ ПО НУЖДЕ КАЖДОГО. (Это и есть прототип основного коммунистического принципа равенства. А вот заимствован ли он напрямую или же прошел под видом еретического бреда весь свой 10-вековой призрачный путь до пролетарских фанатиков — это вопрос.)

46 И каждый день ЕДИНОДУШНО (как на наших собраниях) пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца,

47 хваля Бога и находясь в любви у всего народа…

Из главы 4:

32 У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, НО ВСЕ У НИХ БЫЛО ОБЩЕЕ.

34 Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного

35 и полагали к ногам Апостолов; И КАЖДОМУ ДАВАЛОСЬ, В ЧЕМ КТО ИМЕЛ НУЖДУ.

36 Так… прозванный от Апостолов Варнавою…

37 у которого была своя земля, продав ее, принес деньги и положил к ногам Апостолов…

(Допускаются и элементы социалистического реализма.)

Из главы 5:

1 Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение,

2 утаил из цены, с ведома и жены своей, а некоторую часть принес и положил к ногам Апостолов.

3 Но Петр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли?

4 Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоем? Ты солгал не человекам, а Богу. (Партийные секретари говорили: «Ты солгал партии!» А председатели колхозов: «Ты обманул народ!» )

5 Услышав сии слова, Анания пал бездыханен; и великий страх объял всех, слышавших это.

(Тот, кто участвовал в коллективизации на селе, помнит эту сумятицу чувств — от ужасного страха до безумного воодушевления.)

6 И встав, юноши приготовили его к погребению и, вынеся, похоронили. (Комсомол всегда предпочитал ускоренные процедуры.)

7 Часа через три после сего пришла и жена его, не зная о случившемся.

8 Петр же спросил ее: скажи мне, за столько ли продали вы землю? Она сказала: да, за столько.

9 Но Петр сказал ей: что это согласились вы искусить Духа Господня? вот, входят в двери погребавшие мужа твоего; и тебя вынесут.

10 Вдруг она упала у ног его и испустила дух. И юноши, войдя, нашли ее мертвою и, вынеся, похоронили подле мужа ее.

11 И великий страх объял всю церковь и всех слышавших это. (Как тут не испугаться?! Таковы все коммунисты. Двадцать веков прошло!)

Священное Писание некоторым образом проливает свет и на то, как происходило зарождение коммунистической номенклатуры.

Из главы 6:

1 В эти дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей.

2 Тогда двенадцать Апостолов (Да, политбюро! — скажет кто-нибудь. Но в нем был лишь один Иуда Искариот!), созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах. (Популизм.)

3 Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости; их поставим на эту службу,

4 а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова.

5 И угодно было это предложение всему собранию; и избрали… (Откровенные свидетельства! Нарушения порядка и недовольство возникают сразу после распределения благ «по потребностям». Тогда появляется «официальное лицо», «представитель власти», «бюрократ» — короче, наследственная болезнь всех коммун.)

А вот еще одна, до боли знакомая картина:

Из главы 19:

18 Многие же из уверовавших приходили, исповедуя и открывая дела свои. 19 А из занимавшихся чародейством довольно многие, собрав книги свои, сожгли перед всеми, и сложили цены их, и оказалось их на пятьдесят тысяч драхм.

Это вечно повторяющееся и поспешное посягательство на культурную историю, эти разбитые статуи, эти иконы с выколотыми глазами, эти вечные костры из книг — сколько еще будет все это преследовать нас, словно тайное проклятие, тяготеющее над нами?!

За много веков до появления Иерусалимской коммуны великий Платон предвидел возникновение цензуры в Идеальном государстве. Он хладнокровно извинялся перед Гомером и Гесиодом за то, что их запретят.

Спустя много веков после появления Иерусалимской коммуны Бабёф в самом первом своем недописанном коммунистическом манифесте заявляет, что если искусство мешает равенству, оно будет уничтожено… А искусство всегда мешает брутальному равенству, потому что показывает нам, что свобода бесценна.