Реактивный прорыв Сталина - Евгений Подрепный

Следующим шагом в совершенствовании перехватчика стало его оснащение управляемыми ракетами^[639]. Оснащать МиГ-19 ракетами начали еще в 1954 году. Чтобы подобные управляемые ракеты (УР) могли стать достойным оружием для МиГ-19, требовалось увеличить высоту по крайней мере до 15 000 м, а дальность стрельбы – до 4 – 5 км^[640]. Для этого была создана новая ракета К-5М. Весной 1956 года состоялись первые пуски ее во Владимировке с истребителя МиГ-19 (№ 59210108). Позже к испытаниям подключили два перехватчика СМ-7М с радаром РП-2У^[641].

Эскизный проект оснащенного БРЛС «Изумруд-2» самолета СМ-7М с ракетами К-5М (изделие «И») на четырех пусковых установках АПУ-4 был утвержден 7 января 1955 г. Еще через год второй прототип всепогодного перехватчика с цельноповоротным стабилизатором СМ-7/2 доработали в ракетоносец СМ-7/2М. Его испытания провели в октябре 1957 г.^[642]

В соответствии с постановлением Совета министров от 25 августа 1956 г. МиГ-19П укомплектовали системой вооружения С-2У (К-51) с ракетами К-5М, что привело к появлению перехватчика МиГ-19ПМ (СМ-72М). В состав его вооружения вместо пушек входили четыре ракеты РС-2У (К-5М), подвешенные на пусковые устройства АПУ-4, или неуправляемые авиационные ракеты АРС-160 и АРС-212М. Эти самолеты комплектовались радиолокационными прицелами «Изумруд-2Б» (РП-2У), сопряженными с оптическими ACП-5H-BV.

Как и при стрельбе из пушек, ориентация оружия на цель осуществлялась оптическим прицелом. При этом дальность до цели, определенная с помощью РЛС, вводилась в АСП-5Н-ВУ (начиная с дистанции 3500 – 4000 м), после предварительного совмещения марки прицела с целью. Для улучшения контроля за траекторией полета ракеты на концах ее крыльев предусмотрели трассеры. После пуска ракета шла в сканирующем луче РЛС, а в задачу летчика входило удержать цель в прицеле до ее встречи с ракетой^[643].

Группа работников завода № 21 разработала и внедрила в серийное производство бункерную установку специального оборудования МиГ-19, которая повысила эксплуатационную надежность спецоборудования. Творческому коллективу, разработавшему эту установку: А.М. Бокову, МА. Битюрину, Е.С. Волкову, Г.И. Гамову, П.И. Захарову, Л.Г. Култашеву, А.Я. Мариненко, Е.И. Миндрову, В.А. Мюрисепу, К.В. Слепневу, Т.Ф. Сейфи, ВА. Смирнову, В.Е. Слугину, А.Н. Увяткину А.И. Ярошенко, приказом по Управлению авиационной промышленности Горьковского Совнархоза была объявлена благодарность^[644].

После завершения государственных испытаний МиГ-19ПМ серийно строился в Горьком под названием «тип 65». Первую серийную машину этого типа, № 65210101, собрали в 1956 году. В качестве эталона же приняли самолет № 65210103с двигателями РД-9Б 6-й серии, радиостанцией РСИУ-4В, радиокомпасом АРК-5, радиовысотомером малых высот РВ-2. Впоследствии предполагалось прицел АСП-5НВV заменить на новый АСП-51. В 1956 – 1957 гг. завод сдал заказчику лишь 12 самолетов этого типа^[645].

Несмотря на то что работы над этой модификацией велись начиная с 1954 года, надежность БРЭО МиГ-19ПМ (код НАТО «Farmer-D») оказалась еще ниже, чем у его предшественника – МиГ-19П, а летные характеристики по сравнению с МиГ-19С значительно упали. Так, максимальная скорость снизилась с 1452 км/ч до 1250 км/ч, что в сочетании с частыми отказами РЛС и системы управления ракетным оружием еще больше ухудшило репутацию самолета. Тем не менее успешные пуски по мишеням, в роли которых выступали бомбардировщики Ту-2 и В-25, убедили военных, что «девятнадцатый» рано сбрасывать со счетов, и первоначально на 1958 год был запланирован выпуск почти 700 перехватчиков-ракетоносцев.

Однако быстро выявившаяся ненадежность аппаратуры вызвала в Главном штабе неоднократные корректировки этого числа в сторону уменьшения, в результате чего было построено лишь чуть более 360 машин этого типа, треть из которых была отправлена за рубеж. Суммарный же выпуск на двух авиазаводах составил 466 экземпляров, из которых 291 машина приходилась на 21-й (Горьковский) авиазавод. Несмотря на то что количество выпущенных в 1958 году истребителей лишь на восемь было меньше прошлогоднего, финал всей программы МиГ-19 был очевиден для большинства посвященных в тайны Большой политики и стратегии.

Еще двумя годами раньше ГРУ докладывало о подготавливаемом заокеанскими конструкторами невиданном отрыве, в который готовились уйти американские ВВС, и уже в декабре 1956 г. в своем письме главкому ВВС главному маршалу авиации П.Ф. Жигареву заместитель министра обороны маршал В.Д. Соколовский с тревогой отмечал «значительное отставание наших исследовательских и опытных работ по авиационной технике от нашего вероятного противника».

В США, – отмечал в своем послании маршал, – в 1956 г. принят на вооружение дневной истребитель воздушного боя F-104А с максимальной скоростью 2400 км/час, практическим потолком 20 км и серийно изготавливается истребитель-перехватчик F-102 с максимальной скоростью 1600 км/час, практическим потолком около 18 км, вооруженный управляемым реактивным снарядом «Фалкон» с дальностью стрельбы 6 – 8 км.

Наши внедряемые в серийное производство истребители Су-7, МиГ-21, МиГ-23 имеют максимальную скорость 1750 – 2000 км/час, а истребитель-перехватчик МиГ-19П – 1420 км/час, практические потолки этих истребителей 17 – 19 км с последующим доведением их до 19 – 21 км, вооружение – пушки с дальностью стрельбы до 2 км…»^[646]

Подтверждение этому было получено спустя год, в декабре 1957-го, когда майор Эдрин Дрю на рекордном варианте серийного истребителя F-101A «Буду» развил скорость 1943,43 км/ч, превзойдя прошлогоднее достижение британской «бесхвостки» «Фэйри Дельта-2», разогнавшейся до 1822 км/ч. А всего через шесть месяцев, в мае 1958 г., летчик-испытатель фирмы «Локхид» на одном из специально подготовленных прототипов истребителя-перехватчика F-104A «Старфайтер», перешагнул 2000-километровый рубеж, достигнув скорости 2259 км/ч!

Уже одно это автоматически переводило все советские истребители в разряд устаревших. Ко всему прочему и «101-й» и «104-й» изначально получили возможность нести тактическое ядерное оружие, что наряду с известием о развертывании серийного производства сверхзвукового стратегического бомбардировщика В-58 «Хастлер»^[647], «обладавшего максимальной скоростью в 1600 – 2200 км/час, потолком в 20 км и дальностью в 10 000 км», таило в себе смертельную угрозу самому существованию СССР. Хотя вскоре выяснилось, что реальные скоростные и высотные характеристики американских истребителей так называемой «сотой» серии несколько ниже заявленных в печати, а «Хастлеры» не способны покрыть без дозаправки даже 20 % заявленной дальности, в глазах руководства страной и вооруженными силами общая картина уже к концу 1957 года выглядела откровенно безрадостно.