Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР - Дмитрий Верхотуров

История реконструкции «Красного пролетария» показывает те проблемы, с которыми боролись при перевооружении работавшей промышленности. Завод состоял из двух частей, мало связанных между собой: мастерской по изготовлению машин и станков и мастерской по изготовлению шанцевого инструмента: лопат, кирок, мотыг, топоров. Были еще небольшие кузнечная и литейная мастерские. В ходе реконструкции были ликвидированы мастерские по производству литья и шанцевого инструмента. Это производство было передано на другие заводы. Кузнечная мастерская претерпела расширение и превратилась в цех термической обработки. Резко, в разы, расширилась мастерская по производству станков и машин. Это производство стало для завода профильным. Она въехала в новый корпус и была оснащена новым оборудованием.

Начальный уровень завода, с которым он вступил в первую пятилетку – 369 станков на сумму 3 млн. 390 тысяч рублей. То, что было сделано на «Красном пролетарии» в 1927–1929 годах, стало, по существу, только первой очередью реконструкции. В ходе первой пятилетки была проведена еще одна капитальная реконструкция завода, переоборудования производства, в результате которой производство поднялось до 567 станков на сумму 21 млн. 453 тысячи рублей. В это время завод выпускал станки ТН-15 и ТН-20.

В 1930 году на «Красном пролетарии» был создан отдел подготовки производства во главе с инженером В.Д. Горбунковым, изучавшим незадолго до этого станкостроение в Германии. Отдел должен был разработать и поставить на конвейер станок полностью отечественной разработки и производства. В качестве прототипа был избран токарно-винторезный станок немецкой фирмы VDF. Выбор был одобрен Орджоникидзе. На заводе началась разработка станка токарного, стандартного, сокращенно ТС. Несколько позже его переименовали в ДИП – «Догоним и перегоним», по главному лозунгу первой пятилетки.

ДИП был вдвое мощнее станка ТН-20. У него привод осуществлялся от отдельного электродвигателя мощностью 5,6 кВт, тогда как ТН-20 приводился в действие трансмиссией от общецехового двигателя и имел мощность 3,2 кВт. ДИП мог давать от 12 до 600 оборотов в минуту, что подходило для очень широкого спектра операций. Станок лучше всего подходил для мелкосерийного производства, ремонтных и инструментальных мастерских, которые имелись на всех заводах. В апреле 1932 года началась подготовка выпуска первой партии станков ДИП. 25 апреля 1932 года был собран и опробован первый советский ДИП[313].

Для электроэнергетики и судостроения были необходимы паровые турбины. Производство трубин было освоено на «Красном путиловце» и на Металлическом заводе. Второй завод выпускал мощные турбины, которые устанавливались на крупных станциях. Но страна нуждалась в маломощных турбинах для развития сельской электроэнергетики, для установки на небольших заводах и для нужд судостроения. На Путиловском заводе еще до революции была построена Путиловская верфь, при которой была открыта турбиностроительная мастерская, выпускавшая судовые турбины типа «Блом-Фосс»[314]для обрудования скоростных военных кораблей. Опыт их производства был. Поэтому производство маломощных трубин, мощностью от 300 до 12 тысяч кВт, было решено разместить на «Красном путиловце».

На заводе развернулось строительство нового турбинного цеха. Старое помещение удлиняли на 80 метров. За границей было куплено 200 станков и был заключен договор с британской фирмой «Метрополитен-Виккерс» на техническую помощь. Налаживалось производство турбины ОК-30 мощностью 3 тысячи кВт по чертежам Металлического завода. Первоначально намеревались организовать производство аналогичной турбины фирмы «Метро-Виккерс», но фирма не поставила полного комплекта чертежей. Пришлось срочно перестроить уже налаживаемое производство на турбину конструкции Металлического завода. В июле 1930 года «Красный путиловец» получил заказ на выпуск 24 таких турбин[315].

Для освоения турбины нужна была хромистая сталь для изготовления лопаток турбины. Хромистая сталь в СССР не производилась и покупалась за границей. Перед Центральной лабораторией и сталелитейным цехом встала задача организации производства хромистой стали на заводе. Работами руководил старший инженер лаборатории Александр Левитский.

В основу положили технологию выплавки такой стали, которая имелась на заводах Круппа. Однако освоение выплавки не шло: сталь перегревалась, насыщалась газами, качество не выдерживалось. Пробовали выпускать сталь при предельно низкой температуре, но и это не дало успеха. Наконец, при добавке алюминия удалось достичь первого результата. Сталь была получена, но при этом расходовалось огромное количество дефицитного алюминия и быстро изнашивалась сама печь. Когда первые отливки были отправлены на механическую обработку, оказалось, что они поражены мелкими трещинками и обрабатывать их нельзя.

Разобравшись, нашли причину в том, что плохо поставлен анализ получаемой стали. Лаборатория давала результаты только через шесть часов после получения образца. Нужно было сократить сроки анализа. Профессор-химик Цимберг и лаборант Петр Зимнев создали в сталелитейном цехе экспресс-лабораторию. После этого металлурги, опираясь на результаты быстрых анализов, сумели улучшить плавку и получить наконец качественную хромистую сталь.

В ноябре 1930 года стали поступать первые отливки и детали турбины. Только вот сразу приступить к дальнейшей их обработке не смогли, поскольку цех был уже загружен заказом на паровозные детали. Рабочие нажали на выполнение заказа, и вскоре в цехе началась работа по изготовлению и сборке первой турбины. Было принято решение изготовить первую турбину к 1 апреля 1931 года.

В апреле 1931 года, когда работа подошла уже к концу и вскоре турбину нужно было ставить на испытания, выяснилось, что еще не готов стенд для испытания. Вместо него был только залитый водой котлован. «Краснопутилстрой» не выполнил задания по строительству стенда для турбиностроительного цеха. В этот момент на завод приехал Киров, который предложил рабочим цеха не ждать строителей, а самим достроить стенд.

Так и сделали. Рабочие за двухнедельный штурм возвели стенд и в конце апреля стали монтировать на нем турбину для испытания. Правда, не было возможности подвести пар от заводской котельной, но эта задача была решена с помощью паровоза, прибывшего на завод для ремонта. От его котла к стенду проложили паропровод. 30 апреля 1931 года в 4 часа дня первая советская турбина этого типа была пущена и опробована[316].

В 1931 году завод собрал еще 17 турбин этого типа. В марте 1931 года на завод поступили чертежи двух типов турбин от «Метро-Виккерс»: СН-26, мощностью 4 тысячи кВт, и ТН-65, мощностью 12 тысяч кВт. Турбиностроительный цех начал освоение производства этих типов.