Камчатские экспедиции - Витус Беринг

Теперь уже более ничего не оставалось делать потерпевшим крушение, как только возможно скорее добраться до места их прошлогодней зимовки. Они выступили 25 сентября и только в 25 дней, после невыразимых затруднений и в полнейшем изнеможении, дошли до желанного места.

В течение всей длинной зимы команда, состоявшая из 40 человек, должна была делать постоянно усиленные движения, что способствовало сохранению здоровья. Потеря судна в местности, отделенной от всякого сообщения с остальным светом, указывала на необходимость заменить этот способ передвижения другим, прежде всего санями, запряженными собаками.

В распоряжении экспедиции состояло всего десять собак, составлявших ее собственность; остальную, и к тому же наибольшую, часть перевозочной силы должны были доставить местные жители, вследствие чего собственное их существование было крайне стеснено, скажем более: во многих случаях вполне разорено.

Причину нынешней бесплодности северного прибрежья Азии нужно отчасти искать в чрезмерной тягости натуральных повинностей, к которым местные жители были тогда привлечены.

С апреля 1741 г., как только дозволяло время года, начались вновь разъезды. Телушкин отправился на нескольких собачьих нартах для обследования и съемки морского прибрежья от Пясины до Таймура.

Для этой цели ему назначено было перейти через тундру до реки Пясины, а оттуда подняться по морскому берегу, в северо-восточном направлении, до мыса Таймура, между тем как Лаптев предоставил себе обследовать и снять восточные прибрежья Таймурского полуострова навстречу Телушкину, чего он, однако же, не исполнил.

Чекину было поручено составить подробную съемку прибрежья к западу от реки Таймура, куда он и выступил 30 апреля на трех нартах. Остальная часть команды должна была доставить на 100 самоедских оленьих нартах всю поклажу экспедиции к Енисею в Туруханск.

Первый отряд выступил 28 апреля, а вслед за ним и второй на 60 нартах. Сам начальник экспедиции Лаптев вышел с места их зимовки 6 мая на четырех собачьих нартах в северо-западном направлении к озеру Таймуру, лежащему приблизительно в 205 километрах оттуда.

Необходимые запасы были уже заранее туда отправлены. 12 мая он дошел до озера, затем, следуя по течению реки, он прибыл 18 мая к ее устью под 75°36′ северной широты. В конце мая он вновь выступил и исполнил теперь самую замечательную часть своего путешествия, а именно обошел кругом мыс Таймур, или северо-западный, который, впрочем, как нам ныне положительно известно, находится не на материке, а на острове.

Подвигаясь по берегу к северу, Лаптев приблизился к тому месту, где Таймурский полуостров более всего суживается или даже пролив отделяет от материка тот остров, на котором находится мыс Таймур. Здесь Лаптев впервые и при ясной погоде потерял берег из виду.

Наудачу он проехал 21 километр в северо-западном направлении, чтобы ближайшим путем пересечь предполагаемый им глубокий залив, а затем он поворотил круто, почти под прямым углом, на северо-северо-восток, видимо, потому, что в этом направлении показалась земля, которой он и достиг, сделав 8 1∕2 километра.

Таким образом, он перешел, сам того не подозревая, через пролив, имеющий в ширину 32 километра, и попал на большой остров, который он теперь обходил в западном и юго-западном направлении. 3 июня он определил широту крайней северной оконечности под 76°38′, засим прошел 3 километра в юго-западном направлении и водрузил на мысу высокий сигнальный шест.

От этого места берег поворачивает прямо на юг. Следуя вдоль этого берега, он встретил 14 июня у мыса, названного им Стерлиговым, под 75°26′ северной широты своего штурмана Телушкина, который шел от устья Пясины вдоль берега на восток.

Соединенными силами они, с величайшей точностью, вновь сделали съемку прибрежья от Стерлигова мыса до устья Пясины, где они под 73°39′ северной широты встретили севших там тунгусов. 23 июня эти неутомимые деятели расстались: Лаптев, после немногих дней отдыха, пошел через тундру прямо к Енисею, между тем Телушкин пошел к устью Енисея, поднялся вверх по этой реке и, наконец, 16 августа присоединился опять к своему вождю.

Неделю спустя пришла и остальная команда к ним, у впадения Дудинки в Енисей, а также совершенно неожиданно возвратился и Чекин, к сожалению не исполнив ничего из порученного ему. Все условия для дальнейшего следования казались ему до того неблагоприятными, что он предпочел вернуться к Хатанге и оттуда к Енисею. 10 сентября 1741 г. вся экспедиция прибыла в городок Туруханск (прежний Мангазейск) и расположилась здесь на зимовку.

Таким образом, экспедиция исполнила большую часть поставленных ей задач, но оставалось еще восполнить один пробел в этой сети съемок, а именно подробно обследовать пространство прибрежья на запад от мыса Святого Фаддея. Для исполнения этой работы Лаптев послал 16 декабря 1741 г. испытанного штурмана Телушкина.

Телушкин с успехом работал до 1 августа 1742 г. Его труды этого года составляют блестящий венец длинного ряда экспедиций: он открыл и объехал самый северный мыс Азии, который потомство в честь его назвало Телушкиным. Главнейшую свою поездку Телушкин предпринял 16 декабря 1741 г. с Енисея, чтобы сделать съемку пространства от мыса Святого Фаддея на запад и связать его с сетью других.

Из Туруханска он отправился к Хатанге, взял оттуда с собою 15 нарт и поехал в половине апреля к северу. Вся дорога была чрезвычайно однообразна: берег был везде глинистый и низменный, только изредка ничтожные возвышенности, там и сям небольшие островки.

В прямом направлении к северу Телушкин проник 1 мая 1642 г. до мыса Святого Фаддея и, убедившись, что это самая северная точка Азии, он продолжал свое шествие вперед, по никем еще не виданному пространству. Открытие им действительной северной оконечности Азии Телушкин описывает в своем дневнике следующими словами: «19 мая на протяжении 10 верст к западу-северо-западу берег извилистый и низменный.

Три версты к северу и две к северо-западу берег высок и крут, глинист и покрыт валунами; здесь мы достигли 21 мая до скалистого, круто спускающегося мыса средней вышины, окруженного гладкою ледяною площадью без обломков и отдельных торчащих льдин. Этот мыс я назвал Северо-Восточным и поставил на нем сигнальный шест из привезенного с собой дерева».

Широту этого лыса он определил 77°34′ с замечательною точностью, ибо наблюдения Норденшельда 1878 г. показывают его под 77°42′ северной широты. Это может служить новым доказательством добросовестности славного Телушкина, заслуги которого неоднократно подвергались сомнению, но блистательно наконец доказаны Соколовым, заслуженным русским моряком-офицером.

27 мая 1742 г. Телушкин встретился с Хорошевым и еще одним якутом, которые были ему посланы навстречу Лаптевым с Таймура. Вероятно, он прежде всего связал свое описание со сделанным ими очертанием, а затем они все вместе переправились через тундру к устью Таймура.

После того все члены экспедиции съехались в Туруханске, а отсюда они отправились через Енисейск в Санкт-Петербург, где Лаптев лично представил Адмиралтейству свои отчеты.