«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе? - Андрей Смирнов

Остановимся вначале на тезисе о «больших потерях» «лаптежников». В 1943—1944 гг., когда значительно усилилась ПВО советских наземных войск и резко возросла численность советской истребительной авиации, действительно появились случаи разгрома целых групп Ju87. Так, в июне 1943 г. краснозвездные истребители сумели, по немецким данным, сбить или тяжело повредить ровно половину из 36 «Штук» II группы 1-й пикировочной эскадры, совершавших налет на железнодорожную станцию Курск2. Однако нельзя не обратить внимания и на свидетельства противоположного характера. Так, вспоминая о вылетах на бомбежку моста через реку Тим (восточнее Курска) в апреле 1943-го, бывший командир III группы 1-й пикировочной эскадры Ф.Ланг подчеркивал, что Ju87 «почти каждый раз встречали сильный зенитный огонь и истребителей. У русских была отлично организована служба предварительного оповещения. Уже вскоре после старта мы слышали в наушниках сообщение на русском языке о нашем вылете. Однако, несмотря на все это, в ходе этих вылетов мы не понесли никаких потерь»3. Обычное преувеличение мемуариста? Но вот источник другого рода – отчеты службы генерал-квартирмейстера люфтваффе, содержащие наиболее полные данные о потерях 2-й и 77-й пикировочных эскадр в ходе операции «Цитадель» – наступления вермахта на Курской дуге в июле 1943 г. Данные этих отчетов начисто опрокидывают наши традиционные представления о масштабах потерь «лаптежников» на советско-германском фронте...

В самом деле, ПВО Воронежского фронта, на войска которого обрушились обе эскадры, никак нельзя назвать слабой. На 1 июля фронт располагал 761 зенитным орудием, что позволяло прикрыть многослойным зенитно-артиллерийским огнем свыше 60% площади, занимаемой боевыми порядками войск – главными объектами ударов Ju874. Во 2-й воздушной армии Воронежского фронта к началу «Цитадели» насчитывалось 597 истребителей Як-1, Як-7Б и Ла-5. Правда, из-за нехватки боеготовых летчиков в бой можно было ввести лишь около 400 машин, но у врага на этом направлении истребителей имелось еще меньше – 153. В то же время к прикрытию войск Воронежского фронта привлекались и «ястребки» соседнего Юго-Западного, 17-я воздушная армия которого располагала 255 Як-1, Як-7Б и Ла-5 (в том числе примерно 180 боеготовыми)5. И тем не менее в первый день операции, 5 июля, 2-я и 77-я пикировочные эскадры, совершив 1071 боевой вылет, безвозвратно потеряли лишь 4 «Штуки»! (Для сравнения: штурмовые авиачасти 2-й воздушной армии всего в 220 боевых вылетах безвозвратно лишились в тот день, по советским данным, 27 Ил-2, т.е. один самолет в них терялся уже в 8 вылетах, тогда как в немецких эскадрах – в 268!) 7 июля обе эскадры выполнили 746 боевых вылетов – а списать пришлось всего один самолет! В другие дни «Цитадели» уровень безвозвратных потерь «Штук» был выше – на одну такую потерю приходилось уже не 746 и не 268 боевых вылетов, а 132 (6 июля, когда после 793 вылетов списали 6 машин), 116—117 (8 и 9 июля, когда на соответственно 701 и 699 вылетов пришлось по 6 списанных «Штук»), порядка 100 (10 июля, когда порядка 300 вылетов обошлись в 3 списанные машины) и даже 74—75 (11 июля 6 «Штук» были безвозвратно потеряны всего в 447 вылетах). Но 12 июля, выполнив 150 вылетов, пикировщики 2-й и 77-й эскадр вообще не потеряли ни одного самолета, и в целом за первую неделю Курской битвы (5—12 июля 1943 г.) один Ju87 в этих соединениях безвозвратно терялся лишь примерно в 153 боевых вылетах6 – тогда как один Ил-2 во 2-й воздушной армии 5—10 июля – всего в 16—17! Иными словами, уровень потерь Ил-2 во 2-й воздушной оказался выше на порядок. А в 9-м смешанном авиакорпусе 17-й воздушной – на два порядка! В его 305-й штурмовой авиадивизии набралось тогда лишь 2,2 вылета на одну безвозвратную боевую потерю: за три дня дивизия потеряла в 137 боевых вылетах две трети своих машин – 61 Ил-2, – и 8 июля была выведена в тыл на переформирование. Туда же отправили и 306-ю штурмовую с ее 3,2 вылета на безвозвратную боевую потерю (за три дня в 177 боевых вылетах она лишилась 56 Ил-2)7.

Примечательно, что операция «Цитадель» оказалась для «лаптежников» даже более «безопасной», чем проходившие еще весной 43-го воздушные сражения на Кубани. Впрочем, и там, атакуя 17 апреля 1943 г. советский плацдарм у Мысхако под Новороссийском (знаменитую «Малую землю»), Ju87, несмотря на «плотный», по оценке летчиков, зенитный огонь, потеряли в 494 боевых вылетах только 7 самолетов8. На одну безвозвратную боевую потерю пришлось, таким образом, около 70 боевых вылетов – тогда как у Ил-2 в августе 1942-го – мае 1943-го набиралось в среднем всего 26...9

Между тем Курская битва продолжалась; 12 июля Брянский и левое крыло Западного фронта – к которым 15 июля присоединился и Центральный фронт – начали Орловскую наступательную операцию. К ее началу в 1-й, 15-й и 16-й воздушных армиях этих фронтов насчитывался 1141 истребитель10, однако в противостоявшем им 6-м воздушном флоте люфтваффе 12—16 июля 1943 г. один Ju87 терялся лишь в 148—149 боевых вылетов, 19—23 июля – в 124—125, а 31 июля – 5 августа – в 216!11

На удивление низким оказывается уровень потерь «лаптежников» и в последний год войны. Так, в ходе немецко-румынского наступления под Яссами 30 мая – 8 июня 1944 г. Ju87, по данным советских постов ВНОС, совершили 45% всех самолето-пролетов авиации противника (а их было отмечено 9544), т.е. выполнили не менее 4300 боевых вылетов (не менее – так как советские наблюдатели зафиксировали не все самолето-пролеты; одни только немцы сделали тогда 10 498 боевых вылетов)12. «Воздушные бои между отрядом пикировщиков и советской группой из 15—30 Р-39, Ла-5 или Як-9, – подчеркивал впоследствии Х.У.Рудель, сражавшийся под Яссами в составе III группы 2-й штурмовой эскадры «Иммельман» (18 октября 1943 г. пикировочные эскадры были переименованы в штурмовые), – были не редкостью, а обыденным явлением. В них русские пилоты демонстрировали исключительную агрессивность и показали значительно лучшие качества, чем раньше»13. Против 584 истребителей, имевшихся к 1 июня в действовавшей на ясском направлении 5-й воздушной армии 2-го Украинского фронта, немцы и румыны могли выставить только 19914. И тем не менее за восемь дней боев люфтваффе безвозвратно потеряли всего 7 «Штук» (из состава III группы и 10-го (противотанкового) отряда 2-й штурмовой эскадры)... Правда, еще не менее четырех только 30—31 мая лишилась 6-я группа пикировщиков румынских ВВС15. Но даже если допустить, что до 8 июня румыны потеряли двадцать Ju87, то и тогда на одну безвозвратно потерянную противником «Штуку» придется около 160 боевых вылетов. А если отказаться от усреднения и взять только немецкие части и подразделения, то это число окажется значительно большим! Заметим, что в советских ВВС на одну безвозвратную боевую потерю Ил-2 даже в 1945-м приходилось не более 90 боевых вылетов, а в 1944-м – порядка 70...16

Другое дело, что незначительные (по советским меркам) потери, понесенные Ju87, например, в 1943 году, самими немцами рассматривались как недопустимо большие. Здесь нужно учесть, во-первых, что к началу той же операции «Цитадель» «Штук» на всем советско-германском фронте имелось лишь примерно 425—435. Да и люфтваффе в целом, по-видимому, никогда не располагало в боевых частях более чем 550 Ju8717. А во-вторых, немцы чрезвычайно высоко ценили свои летные кадры! Только с учетом этих двух обстоятельств и можно оценивать известное высказывание инспектора штурмовой авиации люфтваффе Э.Купфера, которое у нас приводят как доказательство непомерных потерь Ju8718. «Юнкерсы-87», – заявил в сентябре 1943 г. подполковник Купфер, – больше нельзя использовать ни на одном ТВД, даже на Востоке. Например, моя эскадра [2-я пикировочная. – А.С.] за восемь месяцев потеряла 89 экипажей. В пересчете на год это соответствует 100-процентному обновлению летного состава»19.