Волк с Уолл-стрит 2. Охота на Волка - Джордан Белфорт

– Принеси-ка мне еще этого напиточка, дружище.

Смущенный официант молча уставился на Бо.

– Что-то не так, дружище? – спросил тот.

– Он просит принести еще одну порцию виски, – вмешался я.

Официант кивнул и удалился.

Бо недовольно покачал головой.

– Чертов официант, – пробормотал он, – да он не петрит в английском ни шиша. И такого поставили подавать нам ланчик! Да это гребаная пародия на официанта!

С этими словами Бо поднял свой стакан.

– Ну, будем надеяться, ты получишь ответ, которого ищешь, дружище, потому что мой опыт в таких вещах говорит, что тайные помыслы женщины никогда не бывают хорошими.

– Да это же сборище сумасшедших теток! – воскликнула Дебби Старлинг, одна из любимых сотрудниц Бо.

Это было две недели спустя, и Дебби стояла в кабине таксофона на Лонг-Айленде в нескольких кварталах от места, где проходили собрания анонимных созависимых. Мы с Бо слушали ее по многосторонней конференц-связи.

– Никогда такого не слышала, – говорила Дебби. – То есть я даже не знаю, как все это описать вам, парни. Это было как… м-м-м…

Наступила пауза. Я сидел как на иголках, и Бо, как я полагал, тоже. В тот вечер среды он засиделся допоздна в своем офисе, ожидая звонка Дебби.

Я никогда ее не видел, но, по словам Бо, она идеально подходила для такой работы. В свои сорок с небольшим она проводила бóльшую часть своего рабочего времени на скамейке в глухом углу какого-нибудь парка, сидя там с сексапильным и одновременно уязвимым видом в ожидании потенциального грабителя или насильника. Когда тот, наконец, появлялся, она заманивала его поближе, а потом защелкивала на нем наручники. Затем свистела в свисток, и полдюжины отборных нью-йоркских копов вылетали из кустов, нещадно избивали злодея и зачитывали ему права.

И все же не это произвело на Бо впечатление, особенно в отношении нынешней операции. Гораздо больше его заинтересовал тот факт, что в студенческие годы Дебби занималась в театральном кружке и ее выступления на театральных подмостках снискали ей восторженные отзывы критиков. Бо сказал, что она великолепна, просто прирожденная актриса, которая может проникнуть в клуб мужененавистниц быстрее, чем Герцогиня произнесет слово созависимость! Поэтому он навесил на Дебби необходимую аппаратуру и послал в тыл врага.

Наконец многообещающая актриса снова заговорила.

– Может, мне удастся объяснить вам это так, парни. Вы смотрели фильм «Джерри Магуайер»?

– Да! – ответили мы с Бо в унисон.

– Отлично. Помните ту сцену в гостиной Рене Зеллвегер, где сидят разведенные женщины, которые брюзжат и скулят, называя мужчин врагами?

– Да, – снова хором сказали мы.

– Так вот это было то же самое, только в стократном увеличении!

Мы все заржали, но уже через несколько секунд мной овладело нервное напряжение. Бо тоже перестал хохотать и сказал:

– Ладно, Дебби, так что там сегодня происходило, в этой стране сказок?

– Похоже, – сказала Дебби, – там верховодит жена Джордана. Тебя это не удивляет, Джордан?

– Нисколько, – ответил я. – Это в ее характере. Она всегда с головой погружается в то, что ее увлекает. Сегодня она хочет быть созависимой, завтра захочет полететь в космос… В ее желаниях нет ни логики, ни последовательности. Но я все равно люблю ее.

– Она очень красивая, – заметила Дебби.

«А то! – подумал я. – За что же я, по-твоему, люблю ее? За ее, черт возьми, личность, что ли? Да она способна свести с ума пятерых мужиков сразу!»

– Спасибо, – сказал я вслух. – Но я люблю ее не за это, Дебби. Красота ведь только на поверхности (а если уродство, то везде!), я люблю ее личность, ее быстрый ум, ее вздорный характер, люблю за то, что она стоит потраченных на нее денег (за то, как она, бывало, делала мне минет, когда я вел «феррари» по скоростному шоссе в час пик, и водители грузовиков сигналили в знак восхищения). При чем тут внешность? Она не играет здесь никакой роли.

Наступила пауза, в которой сказанная мной чепуха висела в воздухе, подобно лос-анджелесскому смогу. Наконец Бо сказал:

– Ладно, каков вердикт, Дебби? Она любит его или нет?

– Да, она любит его, – ответила Дебби (и мое сердце возрадовалось!), – но и ненавидит тоже, – Дебби сделала паузу (и мое сердце упало). – Мне кажется, она сама запуталась.

– Запуталась? В чем? – не выдержал я.

– Вот именно, – поддержал меня Бо. – В чем это она могла запутаться? Ведь это не ей предъявили обвинение! Уж эти мне бабы!

– Ты все сказал, Бо? – терпеливо поинтересовалась Дебби.

– Да, – буркнул тот. – А что насчет дома? Она говорила что-нибудь про Ист-Хэмптон?

– Напрямую нет, – сказала Дебби (черт!), – хотя она говорила, что хочет уехать из Олд-Бруквилла.

– Да? – снова насторожился я. – А она сказала, почему?

– Да, сказала, что твое имя все время мелькает в газетах и это осложняет ей жизнь (у меня снова упало сердце). Она говорит, люди косятся на нее, особенно в школе, где учится дочка. Она просто хочет уехать от всего этого и забрать с собой детей.

– Да, звучит не слишком многообещающе, – тихо сказал я.

– Да уж, – согласился Бо. – Я думаю, тебе пора положить конец разговорам о новом домике. Понимаешь меня, дружище?

– Ну, я не стала бы торопиться с выводами, – продолжила Дебби. – Сразу после этого она сказала, что все еще любит тебя и даже тоскует по тебе.

– Это хорошо! – сказал я.

– Опять же я не стала бы торопиться с выводами, – снова возразила Дебби. – Спустя секунду она сказала, что надеется на то, что ты будешь гореть в аду, или что-то в этом роде. И тогда она, мол, навсегда избавится от тебя.

– Представляешь? – взвился Бо. – Этим бабам нельзя доверять ни на секунду. Стоит только повернуться к ним спиной, и они непременно ткнут тебе в спину ножом!

– Бо, ты не конструктивен, – явно теряя терпение, сказала Дебби и через короткую паузу добавила: – Послушай, Джордан. Как я уже сказала, она сейчас очень растеряна. Может, тебе стоит дать ей какое-то время, чтобы разобраться в себе. Тогда, возможно, она вернется к тебе. В любом случае есть одна вещь, которая может тебя обрадовать.

– Какая?

– Своего отца она ненавидит еще больше, чем тебя.

– Да, весьма утешительно, – сказал я. – Он бросил ее, когда ей было всего три года.

– Ну и что нам все это дает? – спросил Бо у Дебби. – Можешь высказать нам свое мнение?

– Мне не совсем удобно делать это сейчас, – ответила Дебби. – Может, если я схожу еще на одно собрание на следующей неделе, смогу узнать больше. Я уверена, что они ничего не подозревают. Меня приняли с распростертыми объятиями. Думаю, они были рады затащить еще кого-нибудь в свое ужасное общество.