Атеисты в мундирах. Советские спецслужбы и религиозная сфера Украины - Дмитрий Веденеев

Немало хлопот контрразведке доставляли ушедшие в оппозицию «неприсоединившиеся» бывшие священники УГКЦ, подпольный епископат, стремившийся установить связь с Ватиканом и проводивший нелегальные богослужения согласно инструкции Восточной конгрегации Ватикана, а также нелегальный руководящий центр РКЦ в Украине – четыре ксендза, связанных с понтификатом через Польшу. Временно подпольный епископат возглавил нелегальный викарный епископ УГКЦ Николай Хмелевский, в 1948 г. получивший от осужденного митрополита И. Слепого (через бывшего настоятеля монастыря Де Вохта) письмо о назначении генеральным викарием УГКЦ.

Уже в конце 1949 г. органы МГБ ликвидировали «униатское подполье» во главе с арестованными нелегальным епископом В. Балагураком и бывшим настоятелем монастыря ордена Редемптористов Р. Бахталовским, которые поддерживали отношения с нелегалами ОУН, пытались наладить канал связи для передачи информации и получения инструкций из Ватикана. Аресту подвергли группу «неприсоединившихся» священников-униатов, собиравших разведданные, медикаменты и хирургические инструменты для националистического подполья. Более того, бывший пастырь УГКЦ Р. Яценкив оказался членом ОУН с 1944 г. и командиром УПА под псевдонимом «Гром-Громенко». Бывший священник из Дрогобычской области М. Блозовский с 1946 г. ушел в подполье, участвовал в боевых акциях и терактах, собирал разведданные для Ватикана для переправки их с курьерскими группами ОУН в англо-американские зоны оккупации Германии^[407].

10 января и 27 марта 1950 г. УМГБ западных областей УССР провели операции по «изъятию греко-католического духовенства, поддерживающего связи с оуновским подпольем», при этом арестовали 78 парохов (приходских священников), 10 подпольщиков ОУН, 47 семей священников выселили в восточные регионы СССР. Всего же лишь в 1949–1950 гг. лишили свободы 80 священников и 38 монашествующих ликвидированной конфессии (в том числе 4 игуменьи женских обителей).

Особое внимание чекисты уделяли ликвидации монастырей, поскольку, как считалось, они являются «местами концентрации антисоветского элемента из числа монашествующих и остатков униатского духовенства, проводящего активную работу по укреплению католицизма» и связанного с ОУН. Как сообщалось в отчете о работе Уполномоченного Совета по делам религиозных культов при Совете Министров УССР П. Вильхового (10 сентября 1948 г.), «все греко-католические монастыри… враждебно отнеслись к воссоединению Греко-католической церкви с Русской православной церковью». Как пример приводился Креховский мужской монастырь ордена Василия Великого (василиан) во Львовской области, имевший типографию, при немцах (именовавшихся «освободителями украинского народа») выпускавшую газету антисоветской направленности, выпускавшую портреты А. Гитлера 10-тысячными тиражами^[408].

К июлю 1950 г., сообщал министру госбезопасности СССР В. Абакумову первый секретарь ЦК КП(б)У Леонид Мельников, оставалось действующими 4 униатских монастыря с сотней насельников, около 300 монахов осело по частным квартирам, до 100 вело бродячий образ жизни и проповедовало^[409].

В 1957 г. КГБ полагал пребывающими в «униатской оппозиции» (не воссоединившихся с РПЦ, но и не имевших возможность легально править богослужение) 364 священника и до 500 монашествующих УГКЦ (немало из них группами по 3–5 человек жили «по-монастырски» в миру), к концу 1959 г., соответственно, 327 и 469 (из них в Закарпатье – 108 и 40)^[410]. По радио, через поездки родственников в Польшу, по почтовым каналам они умудрялись получать указания и литературу из Ватикана, чей понтифик Пий ХII 26 января 1956 г. выступил с посланием об укреплении католицизма в мире. Благоприятной средой для катакомбной УГКЦ являлись бывшие участники движения ОУН и УПА, тем более что к июню 1955 г. в регион уже вернулось после досрочного освобождения из лагерей 12 275 лиц, осужденных за участие в националистическом движении^[411].

Проект «Киевская церковь»

Преемник А. Шептицкого, арестованный в апреле 1945 г. митрополит И. Слепой, руководил бывшей паствой через «нелегальных епископов-викариев» из сибирской ссылки (репрессированного архиерея по делам «Рифы», «Крестоносцы», «Униаты», «Иезуиты» и др. разрабатывало до двух десятков агентов КГБ). Упомянутая разработка «Рифы» была заведена КГБ УССР в январе 1958 г. в связи с получением сведений о существовании руководимой Слепым тайной религиозно-политической организации «Ассоциация святого единства», ставившей целью отрыв Украины от СССР и создание подчиненной Ватикану «Киево-христианской церкви»^[412].

И. Слепой в ссылке не только работал над капитальным трудом по истории Греко-католической церкви, но и разработал ряд концептуальных положений религиозно-политического характера, призванных составить идеологический фундамент деятельности нелегальной униатской церкви. Они, в частности, излагались в изъятых КГБ рукописях «По зову предков» и «Бороться неустанно». Их основные постулаты излагались в письме заместителя председателя КГБ УССР генерал-майора Н. Мороза начальнику Секретно-политического управления КГБ СССР генерал-лейтенанту Е. Питовранову от 29 января 1958 г.

В этих работах, отмечалось в документе, проповедуются «основные националистические концепции, направленные в итоге на отрыв Украины от Советского Союза», делается попытка противопоставить «разные духовные пути» русского и украинского этносов, поскольку «украинскому народу ближе западные народы». Конструировалась не существующая в истории «Киево-католическая церковь», которая якобы изначально была католической, а УГКЦ объявлялась формой этой церкви, основанной на «чувстве национальной солидарности». Православие подвергалось огульной критике как «неполноценная религия». Вся история Древней Руси объявлялась историей исключительно украинского народа, более древнего, чем русский, а племя полян («украинцев») являлось якобы самым культурным. Украинская церковь всегда боролась с Константинополем и Москвой, а Богдан Хмельницкий вырвал Украину из западного мира, утверждал автор^[413].

Как сообщала агентура отдела МГБ при Особом лагере № 3 МВД, работавшая по делу разработки И. Слепого («Униаты»), целями митрополита являются разрушение православия, «духовное завоевание России» в интересах Ватикана. И в лагере он ведет тайную деятельность, «прекрасно играет на слабых струнках своих соотечественников», опутывает сознание людей «с иезуитской тонкостью», действует скрытно, осторожно, весьма интересуется светскими делами^[414].