Романовы. Ошибки великой династии - Игорь Шумейко

Вот для чего пришлось уточнять и самого Арнольда Тойнби: что следовало бы понимать под «западными технологиями». Для чего подчёркивал долгие исторические периоды побед европейцев, вооружённых ни на йоту не лучше азиатов. И то, что порох, гранаты, огневые копья (ружья) первыми изобрели азиаты.

Дисциплина, муштра, т. е. сугубо социальные технологии были гораздо важнее, результативнее – до первой трети XIX века включительно. В этом и объяснение политики Петра, неожиданное для многих, порой рационалистически сожалеющих, что он-де «не ограничился европейскими ружьями, пушками, а занялся бородами, кафтанами, ассамблеями, обычаями…» (А в пределе тенденции сугубо технических заимствований видится и сегодняшний «новый русский», купивший «Мерседес», «права» и кроваво свинячащий на дорогах.)

Шаг несомненного технологического, уже – технического отрыва Европы – это лишь рубеж второй трети XIX века: нарезные, скорострельные ружья, пушки, бронированные пароходы, затем пулемёты. Картина сражений радикально меняется только в этот период: англичанин, спокойно лежащий у пулемёта перед растущей горой тел восставших суданцев с копьями, ружьями в руках…

Но важно заметить, что и эта картинка – отнюдь не последняя в калейдоскопе мировой истории. Следующая до конца сегодня ещё не проявлена. Но если окажется, что за научный прогресс, давший авиацию, танки, ядерное оружие, Запад заплатил полной потерей религии (вопрос до конца не ясный), то эта следующая картинка может быть печальной для «белого человека». Ведь тогда рухнут все те «социальные технологии», шедшие, как подчёркивалось, впереди, бывшие всегда важнее, результативнее технических новинок. В безрелигиозном обществе будет утрачен изначальный импульс к принятию дисциплины, к самосовершенствованию и самоограничению, шедшим все 3000 лет рука об руку и дававшим то могущество, примеры которого были кратко упомянуты.

И картинка может вдруг напомнить герберт-уэлсовскую: студенистый, медузообразный командир всемогущего, с лазерами, химоружием, марсианского самоходного треножника беспомощно валится из-за пульта управления, сражённый лёгкой «инфлюэнцей».

Не хочется, конечно, повторять, при всех к ним симпатиях, славянофилов, весь XIX век живописавших упадок и крах буржуазного Запада, а в 1918 году, отправивших своих детей таксистами в Берлин и Париж… но присмотреться тут есть к чему.