Саладин. Победитель крестоносцев - Александр Владимирский

Теперь, когда дорога на Акру была защищена от нападений отрядов крестоносцев, мусульмане свободно входили в город и выходили из него; я тоже отправился в город. Как и все остальные, я поднялся на стену и оттуда стал швырять в неприятеля всем, что попадалось мне под руку. Бой продолжался и днем, и ночью до 11-го дня месяца шабан (24 сентября). Затем, намереваясь расширить кольцо, в котором оказались франки, чтобы выманить их в такое место, где можно было бы всех истребить, султан приказал перевезти обоз на холм ал-Айадия, расположенный напротив Талл ал-Мусаллийян, с которого можно было следить и за Акрой, и за вражеским лагерем…

Мы получили известие, что из вражеского лагеря вышел отряд, чтобы поискать продовольствия на берегах реки. И султан отправил отряд арабов, чтобы те устроили засаду и неожиданно напали на врага. Арабов он выбрал, потому что они стремительно скачут на лошадях и потому что он им доверял. Вышедшие из лагеря франки и не подозревали ни о каком нападении, когда арабы набросились на них, сразив великое множество врагов и многих захватив в плен. Когда солдаты привели их к султану, он пожаловал им [арабам] почетные одежды и щедро вознаградил их. Это было в 16-й день месяца. Вечером того же дня произошла яростная схватка между врагом и гарнизоном, во время которой обе стороны потеряли множество воинов. Военные действия продолжались еще долго, и ни один день не проходил без того, чтобы кто-то не был убит, ранен или захвачен в плен. Воины обеих сторон настолько привыкли друг к другу, встречаясь в бою, что иногда мусульманин и франк выходили из боя, чтобы поговорить. Иногда противники собирались вместе, пели и танцевали, до такой степени они узнали друг друга, а затем вновь продолжали воевать.

Однажды солдаты противоборствующих сторон, уставшие от постоянных битв, сказали друг другу: «Сколько времени мужчины могут сражаться, не позволяя юношам получить свою долю удовольствия? Давайте организуем борьбу между двумя отрядами молодежи, одним с вашей стороны, другим — с нашей». Тогда из города были приведены подростки, чтобы вступить в борьбу с подростками франков. Отряды вступили в яростное сражение, и один молодой мусульманин, схватив молодого неверного, поднял его в воздух и швырнул оземь, тем самым сделав пленником. Некто из франков выкупил пленника за две золотые монеты. «Он — твой пленник», — сказал он победителю и потому отдал две золотые монеты в качестве выкупа за него. Это очень необычное событие, из таких, которые случаются очень редко.

Тогда же прибыл корабль, груженный лошадьми для франков; одно из животных прыгнуло в море и поплыло в городскую гавань, попав в руки мусульман, несмотря на все усилия франков направить лошадь в другую сторону. В среду, в 21-й день месяца (4 октября 1189 г.), армия франков пришла в необычное оживление: кавалерия и пехота, ветераны и новобранцы — все выстроились в линию за пределами лагеря, разделившись на центр и правый и левый фланги. Их король находился в центре; перед ним держали Евангелие, защищенное шелковым пологом, который поддерживали за углы четыре человека. Правое крыло франков вытянулось вдоль всего левого крыла мусульман; а их левое крыло аналогичным образом выстроилось против нашего правого. Они занимали гребень гор, их правый фланг упирался в реку, а левый — в море.

Султан велел своим глашатаям прокричать по рядам мусульман: «О Ислам и армия, за слуг Единственного Бога!» Воины вскочили на коней, исполненные решимости собственной жизнью заплатить за место в раю, и застыли против своих шатров. Правый фланг тянулся до моря, а левый упирался в реку, подобно флангам армии франков.

Султан велел своим войскам разбивать лагерь в соответствии с боевым порядком, по отдельности правому флангу, левому флангу и центру, чтобы в случае тревоги им не пришлось маневрировать, чтобы выйти на предписанные позиции. Сам султан занял позицию в центре; его сын ал-Малик ал-Афдал находился справа от центра; следующим стоял его сын ал-Малик аз-Зафир, брат ал-Афдаля; далее располагалось мосульское войско под командованием Захир ад-Дина Ибн ал-Буланкири; затем — войско из Диярбекра, которым командовал Кутб ад-Дин ибн Нур ад-Дин и повелитель Хисны (Хайфы); далее находился Хусам ад-Дин ибн Лажин, повелитель Наблуса; затем — Каймаз ан-Нажми, таваши (евнух), он был в самом конце правого фланга с великим множеством воинов. На другом конце правого фланга, упиравшегося в море, стояла армия ал-Малика ал-Музаффара Таки ад-Дина и его личное войско. На левом фланге, в той части, которая была ближе всего к центру, сначала стоял Сейф ад-Дин Али ал-Маштуб, великий князь и предводитель курдов; затем — эмир Али с отрядами мехрани и хаккари (курдских племен); далее находился Мужахид ад-Дин Береткаш, возглавлявший войска Синжара и отряд мамлюков; затем следовал Музаффар ад-Дин, сын Зайн ад-Дина, со своим личным войском и армией, находившейся под его командованием. В самом левом конце левого фланга находились старшие офицеры отряда мамлюков Асада (созданного Асад ад-Дином Ширкухом), а именно Сейф ад-Дин Иазкуж, Арслан Буга и многие другие испытанные воины Асада, чья смелость вошла в поговорку; факих Иса и его сподвижники находились в центре, которым командовал этот предводитель.

Султан лично обошел ряды войска, вдохновляя людей на битву, подбадривая их перед боем и убеждая их в том, что угодная Аллаху религия одержит победу. Враг продолжал наступать, и мусульмане продолжали идти навстречу до четвертого часа после восхода солнца. Затем левый фланг франков налетел на наш правый, и ал-Малик ал-Музаффар выставил против него свой авангард. Завязался бой, шедший с переменным успехом. Продолжался он до тех пор, пока ал-Малик, находившийся на правом краю правого фланга на берегу моря, не увидел, что число врагов огромно, и не отступил назад. Таким маневром он надеялся увлечь противника подальше от основной части главной вражеской армии и затем нанести ему решающий удар. Султан, заметив это перемещение, решил, что эмир не может удержаться на своей позиции, и направил ему на помощь несколько батальонов из центра. Тем временем левый фланг врага попятился назад и занял позицию на вершине возвышающегося над морем холма. Увидев оттуда, что батальоны, посланные султаном, отделились от центра, враги воспользовались ослаблением этого участка нашего фронта и атаковали правый фланг центра одновременным ударом пехоты и конницы. Я сам видел, как пехота шла в атаку, не отставая от рыцарей, которые, в свою очередь, не опережали ее и в какой-то момент даже оказались позади нее. Главный удар в этой атаке пришелся на войско Диярбекра, которое не было готово противостоять такому напору; поэтому оно попятилось и обратилось в беспорядочное бегство. Паника распространялась, и большая часть правого крыла перешла в беспорядочное отступление. Франки преследовали беглецов до самой ал-Айадии и окружили эту гору, при этом один отряд их воинов поднялся до шатра султана и убил одного из его водоносов. В тот день смертью храбрых погибли Исмаил ал-Мукаббис и Ибн Раваха. Левый фланг удерживал позицию, ибо вражеская атака не нанесла ему ущерба. В течение всего сражения султан переезжал от отряда к отряду, подбадривая людей, обещая им великолепные награды и настраивая их на продолжение битвы во имя Аллаха. «Вперед! — кричал он. — За Ислам!» В его свите осталось только пять человек, но он продолжал переезжать от отряда к отряду, от одного ряда к другому. Затем султан отъехал к подножию горы, на которой были раскинуты его шатры. Бежавшие продолжали отступать до самой ал-Фахваны, перейдя через мост в Тивериаде, а некоторые добежали до самого Дамаска. Вражеская конница гнала наших людей до ал-Айадии; затем, увидев, что отступающие уже добрались до вершины горы, враги прекратили преследование и вернулись к своей армии. На обратном пути они столкнулись с ватагой слуг, погонщиков мулов и конюхов, которые пытались бежать на обозных мулах, и убили некоторых из этих людей; достигнув входа на базарную площадь, они совершили новые убийства, хотя при этом и сами понесли существенные потери, ибо там было множество наших воинов, и все они были хорошо вооружены. Франки, добравшиеся до шатров султана на горе, его в них не обнаружили, но убили там трех вышеупомянутых мусульман. Затем, видя, что левый фланг мусульман удерживает позиции, они поняли, что мы вовсе не разгромлены, и спустились с горы, чтобы соединиться со своей основной армией.