Танковая гвардия в бою - Дмитрий Шеин

Боевые действия 21–22 марта 1944 г.

На протяжении следующих дней войска 3-й гвардейской танковой армии во взаимодействии со стрелковыми частями 1-й гвардейской армии вели упорные бои за овладение районом Городок, Польный Алексинец, Ярмолинцы. 25 марта части 9-го мехкорпуса очистили от противника Городок [578] , в тот же день войска 1-й гвардейской армии очистили от противника Проскуров. Приказом Верховного Главнокомандующего № 93 от 25 марта 1944 г. 69-й, 70-й и 71-й мехбригадам 9-го мехкорпуса за содействие, оказанное войсками корпуса в освобождении города Проскуров, были присвоены почетные наименования «Проскуровских» [579] . На следующий день войска 6-го гвардейского танкового корпуса заняли Польный Алексинец. К исходу дня 26 марта армия имела в строю 41 танк и 8 САУ [580] . 27 марта 6-й и 7-й гвардейские танковые корпуса и 91-я отдельная танковая бригада совместными усилиями заняли Ярмолинцы [581] . К этому времени 4-я танковая армия 1-го Украинского фронта, наступавшая западнее района действий 3-й гвардейской танковой армии, заняла Каменец-Подольский, а 1-я гвардейская танковая армия, наступавшая еще западнее, форсировала Днестр в районе Городенки и вела бой за переправы через реку Прут в районе Черновцов. К 28 марта войска 9-го мехкорпуса, наступавшие совместно со стрелковыми частями 1-й гвардейской армии, вышли в район Малой Карабчиевки, а танковые корпуса армии заняли Соколовку. Последние 5 исправных танков 7-го гвардейского танкового корпуса были переданы 91-й отдельной танковой бригаде [582] , танковые корпуса выводились из боя в тыл для восстановления и доукомплектования.

За период с 1 по 31 марта 1944 г. войска 3-й гвардейской танковой армии уничтожили более 16 тыс. и пленили 1324 вражеских солдата и офицера, захватили 12 танков, 33 бронемашины и 155 автомобилей [583] .

В таблице 6.2. показано наличие и техническое состояние танков и САУ в войсках армии на 31 марта.

Боевые повреждения танков и САУ армии за время Проскуров-Староконстантиновской и Городок-Ярмолинской операций представлены в таблице 6.3.

Большие потери танков и САУ, как и ранее, во многом являлись следствием того, что « …прибывшее пополнение танков было с марша влито в бригады и вступило в оборонительный бой, а затем перешло в дальнейшем в наступление. Оно не имело необходимого минимального боевого сколачивания – это безусловно сказалось на ведении боев» [584] . На потерях танков и САУ сказалась, правда, достаточно неожиданным образом, распутица: трактора армейских эвакорот пришлось привлечь к вытаскиванию застрявших в грязи автомашин со снабженческими грузами для армии. Всего за время операции тракторами армейских эвакорот было вытащено 947 застрявших в грязи автомашин. Однако, содействуя снабжению армии, эвакороты не могли заниматься своими прямыми обязанностями – эвакуацией поврежденных танков к месту ремонта, и за март месяц силами самих танковых бригад было эвакуировано всего 35 вышедших из строя танков [585] . « Эвакуировать поврежденные машины на СПАМы [586] было невозможно вследствие большой распутицы и отсутствия эвакосредств. Танки, требовавшие капитального ремонта, передавались фронтовым ремсредствам на месте» [587] уже после завершения операции [588] .

План наступательного боя 23 марта 1944 г.

Анализируя опыт Проскуров-Староконстантиновской и Городок-Ярмолинской операций, командование армии отмечало: « Темп операции рассчитывался 20–25 км [589] , исходя из условий весенней распутицы (бездорожья). Проведенная операция показала, что запланированный темп реален… Планирование такого темпа в условиях бездорожья (шоссейных дорог совершенно не было) определялось тем, чтобы упредить противника в захвате рубежей рек Случь, Бужок и Буг, где противник имел уже траншеи (Случь) или мог их подготовить. Это армии удалось» [590] . В ходе операции были выявлены существенные недочеты в боевой подготовке войск и штабов: « Войска научились обходить узлы сопротивления противника, но не научились их блокировать и уничтожать. Характерно еще то, что танковые части, двигаясь впереди и вступая первыми в бой, сковывались противником, стрелковые части, следуя за танковыми и видя бой последних, их обходили и продвигались дальше. Следовало бы с подходом стрелковых частей освобождать танковые части для движения в глубину… Наши войска еще не всегда познавали метод действий противника при отходе: накануне отхода перейти в сильную контратаку, активизировать свои действия насколько возможно, а затем отойти. Это видно было под Староконстантиновом против 7-го гвардейского танкового корпуса, под Черным Островом против армии, под Ярмолинцами против 6-го и 7-го гвардейских танковых корпусов. В этом случае требуется проявить особое упорство в отражении атак противника, а затем самим перейти в наступление» [591] . Анализируя влияние распутицы на боевые действия армии, командование армии указывало: « Весенняя распутица оказала большое влияние на продвижение артиллерии в первый же день операции. Артиллерия, имея в качестве тяги автомашины, значительно отстала от войск. Для танковой армии необходимо безусловно иметь большую часть самоходной артиллерии… Отсутствие тягачей, тракторов привело к расходу части танков на подтягивание тылов (подачу горючего, боеприпасов)» [592] .