Луки и арбалеты в бою - Григорий Панченко

Какова же, при такой силе оружия, дистанция эффективной стрельбы?

Так сразу и не ответишь. Смотря чем, по кому и с какой целью.

Сразу оговоримся: по назначению арбалеты (не только стрелы, но и оружие как таковое) бывают дальнобойные и бывают бронебойные. Первые нужны, чтобы с максимально возможного расстояния дать первый залп по несущейся на вас чингисханообразной орде, а потом успеть максимальное число раз повторить такие залпы, прежде чем противник доскачет на лучный выстрел. Тоже классическая китайская традиция полевого боя; против монголов эпохи Чингисхана она не сработала, но против них ничего и ни у кого не срабатывало – дело тут не только в оружии.

Стрелы у арбалетов этой школы (да, речь опять-таки о школе боя, а не о самом оружии) почти лучные. Сравнительно легки, серьезной брони им не пробивать, летят далеко. Километровый рубеж для них преодолим, но для слаженного залпа, даже первого, все-таки предпочитают дистанцию не более 700 м.

Тяжелый боевой арбалет Японии – наследник китайских. Интересно, что в подписи к этой зарисовке он называется «о-юми»: точно так же, как большой самурайский лук

(Для такой залповой стрельбы «по площадям» в китайской армии использовали и большие луки, натягиваемые точно так же: ноги на лук, руки на тетиву – и распрямление до полулежачего положения; только теперь из него же и следовал выстрел. В этом случае система «человек + лук» как бы представляла собой арбалет. Можно даже предположить, что китайские арбалеты появились как дальнейшее развитие этой мысли…)

Практиковалась в таких случаях и снайперская стрельба, причем ей обычно были обучены высшие командиры – и выцеливать они тоже стремились в основном себе подобных. Вот как выглядит в одной из китайских хроник эпизод успешной (увы, лишь временно) обороны от войск Чингисхана города Чженчжоу: «Как скоро монгольские войска, приближавшиеся к городу, были отбиты, то генерал Цю-ю, пользуясь этим, выступил сражаться у моста и из тугого арбалета убил одного предводителя. Тогда неприятельские войска несколько отступили».

Монголы широко использовали опыт китайских специалистов, особенно при осаде укреплений – но учиться военному делу умели и сами. В том числе даже использованию арбалетов, хотя это им, природным лучникам, как бы «не положено». Вот другой, абсолютно кошмарный эпизод времен все тех же войн, в котором даже не хочется сочувствовать осажденным: «…Обе армии переправились, осадили внешний город и, взяв его, приблизились к земляным воротам. Городское правительство, согнав старых и малолетних, топило из них сало, что называли „баллистами из человеческого сала“. Ужасно было и слышать о том. ‹…› Нючженьский генерал Фу-чжури Чжун-лосо вышел ночью из западных ворот с пятьюстами лучшими солдатами, несущими снопы соломы, верхние концы которой обмакнуты были в сало. Они намерены были зажечь укрепления обеих армий и осадные орудия, но монголы скоро приметили это и засели в потаенном месте с сотнею тугих арбалетов; как скоро появился огонь, то немедленно пущены были стрелы. Нючженьские солдаты обращены в бегство и очень многие ранены…». («Ган-му»).

Видимо, то «потаенное место» располагалось далеко, за пределами прицельной стрельбы из монгольских луков – а ближе не было удобного места для засады. Кстати, городские власти, видимо, сперва намеревались использовать в качестве средства доставки не солдат (которые, оказавшись в соотношении с врагом полтысячи против сотни, доблестно бросились бежать, едва в их рядах появились раненые), а дальнобойные стрелы больших станковых арбалетов: на это указывает название «баллисты из человеческого сала»…

Но о станковых арбалетах – в одной из следующих не глав, но книг. Это все же метательные машины, а не ручное метательное оружие!

…Арбалеты европейской традиции – скорее бронебойные. У них другая сверхзадача: гарантированно сразить хорошо бронированного противника на совсем не обязательно предельном расстоянии.

Вес боеприпасов при этом пугающий: 160 г – стрела, конечно, тяжелая, но довольно рядовая. Даже и 400 г в высшей степени не максимум. Максимум – под 800, но это уже для тех арбалетов, что на грани превращения в станковые (или во «флотские»). Довольно часто стрела лишена оперения, но баланс и конфигурация древка рассчитаны так, чтобы в полете она не кувыркалась.

Понятно, что дальние выстрелы имеет смысл рассматривать лишь для «легких» разновидностей этих стрел, которые обычно все-таки заметно массивнее самых «тяжелых» стрел боевого лука. Такие стрелы в большом количестве сохранились во многих музейных фондах и частных оружейных коллекциях, так что можно провести статистический анализ.

Длина их обычно колеблется в пределах 30–40 см, абсолютное большинство – ближе к 40. Вес, как правило, 50–80 г, в большинстве случаев укладываясь в «вилку» 60–75; крайне редко встречаются и 35 – 40-граммовые, но при этом все-таки боевые. Иногда контуры арбалетной стрелы рассчитаны так, чтобы она могла обходиться без оперения, порой такие стрелы имеют «обычное» оперение, как лучные: из маховых перьев хищных птиц. Но чаще всего для них использовались двойные или тройные «стабилизаторы» (перьями это назвать трудно) из… тончайших деревянных планок, вроде современной фанеры. Такой стабилизатор (иногда он бывал и кожаным) обладал необходимой жесткостью.

Есть отдельная категория «легких стрел для тяжелых арбалетов». Эти арбалеты в основном предназначались для стрельбы с городских укреплений, а не использования в полевых сражениях – но при этом они остаются ручным метательным оружием, ни в коем случае не «станковым», довольно часто из них стреляли вообще без опоры. Их легкие стрелы «в норме» бывают длиной 50–65 см, обычно все же не свыше 60, а весом 100–150 г (наиболее часто – 120–135 г); и это при том, что их всячески стараются облегчить – даже оперение обычно делают из бумаги. Это уже многовато для дальнего выстрела, даже при учете большей мощности арбалетной дуги, но ВСЕ боеприпасы тяжелых «застенных» арбалетов в любом случае рассчитаны на достаточно бронебойное попадание.

(А охотничьи стрелы на «среднегабаритную» дичь вроде оленя? Они, конечно, изящней, легче, короче? Чем «застенные» – да, а вот по сравнению с просто боевыми – совсем не так! Среднестатистическая длина – очень ненамного, но больше, зато вес – заметно больше, 80 – 100 г. Броню охотничьим боеприпасам не пробивать, на многие сотни метров европейские охотники, привычные к лесистым угодьям, тоже не стреляют. Зато «обессиливающая» рана для зверя должна быть куда более широкой, желательно еще и с повреждением кости. Поэтому охотничьи стрелы могут оснащаться довольно развесистыми наконечниками, в том числе и обратной стреловидности.

Стрелы же на мелкую дичь, обладающую ценной шкуркой или красивым оперением, порой и вовсе представляют собой «летающие дубинки», колотушки с утолщенной головной частью древка и массивным тупым набалдашником…)

Итак, если брать легкую, но не сверхлегкую боевую стрелу и просто сильный, а не рекордный по своим показателям арбалет, то весь полет такой стрелы при дальнем выстреле составит метров 600. Причем на 450 м даже просто хороший стрелок (а не замечательный на грани феноменальности, как в случае с луком) уверенно попадет в человека, без проблем пробивая кольчугу, кожаную броню, легкий щит – словом, то, что для дальнобойной лучной стрелы неуязвимо по определению. Одной из задач «доспешных» арбалетов при обороне городских стен была прицельная стрельба по орудийной обслуге: именно на таком расстоянии. Среднестатистическую пушку XV в., чтобы она нанесла хоть какой-то ущерб, следовало подвести гораздо ближе 400 м, но при этом неприятель уже издали попадал в зону досягаемости арбалетов…