Судьба империи. Русский взгляд на европейскую цивилизацию - Тимофей Сергейцев

Здоровье есть объем той жизненной энергии, которой мы реально располагаем, то есть, по существу, количество самой жизни, причем в расчет надо принимать не только ее длительность, но и интенсивность, интеграл. Человек нуждается в интенсивности жизни. Ради интенсивности он готов пойти на сокращение длительности. При отсутствии интенсивности жизни он компенсирует это отсутствие алкоголем, наркотиками, преступными действиями или бессмысленным риском.

Здоровье нужно для длительной и интенсивной жизни. Содержанием жизни человека должен обеспечить его мир, его страна. Содержание и интенсивность жизни, а также саму необходимость жить долго и напряженно русским должна дать Россия (массовый спорт в этом отношении нужен, прежде всего, именно как сфера мотивации, пробуждения интереса к жизни, и только в этой рамке – как воздействие на тело человека ради его оздоровления). Мотивация человека к жизни есть обязательный элемент воспроизводства человека. Тут нет чего-то революционно нового. Человек живет ради детей, ради другого человека вообще, ради славы, ради карьеры, ради веры, ради родины, ради идеологии, ради участия в деле, ради рыбалки и охоты, ради знания, ради красоты, ради созерцания, ради развлечения, ради богатства, ради потребления… Последние три мотива занимают в этом открытом списке свое законное место. Они просто не должны заменять собой все остальное. Попытка так поступить с жизненной мотивацией ведет к угнетению жизни, критическому сужению жизненного пространства, к системному нездоровью.

Весь этот спектр мотиваций никак не укладывается в прокрустово ложе рекламного пространства, которое у нас является главным учителем жизни. Реклама (и предлагаемые товары, многократно дублирующие друг друга) предлагают в качестве образа жизни комфорт, расслабление, неопределенную продолжительность жизни, которая никогда не закончится. Мы должны попробовать товары и услуги (якобы разнообразные, но созданные под копирку), вместо того чтобы попробовать себя в действительно различных экзистенциальных ситуациях. Так что мы начинаем умирать, даже не попробовав жить. Отдав рекламе телевидение, мы отдали ей и сферу жизненной мотивации. Если это будет продолжаться и дальше, то нездоровых у нас станет столько же, сколько и в США.

Странно было бы поручать заботу о здоровье медицине. Корпорация врачей извлекает доход из лечения, а не из здоровья. Забота о здоровье противоречит интересам медицинского сообщества. И страхового сообщества тоже. Люди должны бояться болеть. И для этого они должны болеть. Поэтому профилактическая и превентивная медицина либо для очень богатых, либо от государства, либо после победы над обществом потребления. Мы не хотим обидеть врачей. Мотив врача – благо пациента. Но у него уже есть пациент. Откуда он взялся? Он пришел из сферы нездоровья. Нездоровье вовсе не отсутствие здоровья. Это сознательно организуемая сфера вялой и короткой жизни. Это деятельность по ликвидации лишних людей – лишних с точки зрения данного социума или других, внешних социумов.

В сфере нездоровья есть разные отделы. Нездоровое питание (огромный бизнес на суррогатах, фастфуде и «улучшенных» продуктах, а также на всем искусственном, испорченном, лежалом) и нездоровые физиологические режимы (тоже огромный бизнес – от автомобилей до фитнеса). Пятница. Социальная обязанность курить и выпивать. Пьяная езда за рулем.

Но есть и то, что следует квалифицировать как биологический террор – прежде всего наркотики. В сущности, это вариант биологического оружия массового поражения. Наркомания была и в СССР. Но с тех пор произошли сдвиги тектонического характера. В этот бизнес включены те, кто должен его пресекать. На нас, как на рынок сбыта, натравлены целые страны-производители и страны-поставщики. За это еще и выкачиваются из страны огромные деньги. Вещества совершенствуются. Продвигаются в школу. А мы тем временем рассуждаем о том, что новая смесь или формула еще не включены в список наркотических веществ и потому могут беспрепятственно распространяться. Это вполне серьезно декларируется на государственных телеканалах, что свидетельствует о глубине проникновения этой технологии биотеррора в наше общество. Очевидно, что нужно вводить разрешительный принцип – можно только то, что прямо разрешено, все остальное нельзя. Мы не можем принуждать наркоманов к лечению. Мы не можем их изолировать. Поэтому они продолжают потреблять зелье, совершают преступления с целью добыть деньги или просто тянут их из бюджета семьи и поддерживают дилеров. Хотя очевидно, что человек с такой зависимостью – уже не человек в отношении самой этой зависимости, не субъект волеизъявления. Значит, нужно ограничивать его правосубъектность, правоспособность или хотя бы дееспособность. Наказание за употребление также не помешало бы. Но как можно, ведь в США уже началась легализация наркотиков! Наиболее проницательные аналитики справедливо замечают, что массовая борьба с курением по всему миру, проходящая под лозунгами здоровья, по своему итоговому балансу может оказаться сильнейшей акцией нездоровья, поскольку освобождает тем самым рынок для наркотиков.