Элитный снайпер. Путешествие в один конец - Томас Колоньяр

Наим еще сильнее заерзал на стуле, и, когда старшина затягивал хомут, талиб уже страшно задыхался. Он снова потерял сознание, и Стилларду пришлось взять острогубцы и разрезать хомут и снять пакет с головы, чтобы восстановить кровообращение.

Лицо Наима изменилось до неузнаваемости — превратилось в один сплошной вздутый фиолетовый синяк.

— Надо привести его в чувство, — велел Стиллард. — Надо продолжать.

Наим снова пробудился от запаха нашатыря и попытался драться, но ему сейчас же надели на голову очередной пакет.

— Да скажи им уже, где женщина! — взмолился Фарух. — Скажи уже, и все закончится!

Наим скрежетал зубами, выплевывая самые крепкие ругательства, какие только знал, моля, чтобы все они отправились прямиком в ад.

— Накажи их всех, Всемогущий! — прокричал он, обезумев от ярости и стыда. — Он вас всех покарает за это!

Фарух с тревогой взглянул на Стилларда.

— Он же сейчас сдохнет.

За ангаром послышался визг тормозов внедорожника «хамви». В это же мгновение на пороге появился Тригг.

— И все-таки эти проклятые полицейские!..

Гил схватил шприц и ампулу альбумина. Взглянув на Переса, он сказал:

— Коммандер, задержите их — хотя бы на две минуты.

Перес запротестовал.

— Черт возьми, коммандер, хоть раз в жизни поступите как один из «морских котиков»!

Перес сердито посмотрел на него и выбежал из комнаты.

— Что-то мне это не по душе, — пробормотал Тригг, обеспокоенный тем, что Перес может приказать полицейским их всех арестовать.

Гил держал ампулу с вытяжкой крови и, просунув внутрь иглу, набрал полный шприц, затем обратился к Фаруху.

— Скажи ему, что у меня в руках сыворотка из крови свиньи. Медики вводят ее раненым, чтобы те не умерли от кровопотери.

Фарух замялся и стал, запинаясь, говорить.

— Да переводи уже!

Фарух перевел все, что от него требовали, и впервые глаза Наима наполнились подлинным страхом.

Стиллард сдернул с головы талиба пакет. Гил схватил руку Наима и приставил иглу к его пульсирующей вене.

Наим остервенело задергал головой, крича и безнадежно прося Фаруха о помощи.

— Скажи ему, что сейчас он отправится прямо в ад, — велел Гил. — Еще ни один правоверный мусульманин не попадал в рай со свиной кровью в венах.

Фарух сам был мусульманином, и слова Гила глубоко его потрясли.

— Гил, ты не можешь… это не…

— Скажи ему, к чертовой матери! — заорал Гил. — Давай переводи.

— Брат! — в страхе обратился Фарух к Наиму. — Прошу тебя! Скажи этим неверным, где женщина. Они собираются запятнать тебя перед взором Аллаха — ты же целую вечность будешь мучиться в аду!

— Не надо! Останови его! — закричал Наим. — Ради Аллаха, я скажу! — Он затрясся от ужаса, уже представляя, как нечистая свиная кровь сжигает его вены. — Я все скажу! Скажу! Только пусть он не делает этого!

— Где она? — прорычал Гил. — Я делаю укол.

— Брат, скажи! Иначе он впустит тебе в вены свиную кровь!

— Базарак! Она в Базараке, в долине Панджшер! Останови его, пусть не колет!

Фарух все перевел Гилу, быстро проговаривая слова.

— Он говорит правду? — спросил Стиллард. — Ты ему веришь?

— Да! Да, я верю ему! — решительно закивал головой Фарух. — Он очень напуган, еще мгновение — и он бы встретился с дьяволом!

Стиллард подмигнул Гилу, и в ту же минуту распахнулась дверь и шестеро высоченных военных полицейских ввалилось в комнату.

— У нас приказ от генерала Кутюра арестовать пленника, — сказал старший сержант, массивный, словно вырезанный из черного дуба.

Гил надавил на шприц, и Наим в ужасе вскрикнул.

— Он ваш, старший сержант.

Полицейские прошли к Наиму и, отстегнув ремни, подняли его. Пленник обмяк в их руках и, рыдая, не чувствуя тяжести своего тела, он стал лепетать что-то похожее на унылую молитву о прощении.

Старший сержант взглянул на Стилларда и разочарованно покачал головой.

— Не хотелось бы ставить вас в неудобное положение, старшина. Но мне придется об этом сообщить.

Стиллард вынул из кармана сигару и зажал ее во рту.

— Этот выродок изнасиловал женщину-пилота «ночных сталкеров», и мы старались выбить из него признания, где они ее держат … а вы делайте, что должны, старший сержант.

Старший сержант нахмурил лоб.

— Вы хотите сказать, что американская военнослужащая где-то в плену?

Стиллард чиркнул спичкой.

— Да, но это пока секретная информация. — Он зажег сигару. — Да, старший сержант, об этом я и говорю.

Старший сержант приказал полицейским усадить арестованного в джип. Он наблюдал, как те выводят его, а сам обдумывал сказанное Стиллардом.

— Я не буду указывать стул и шприц в моем рапорте, — решился старший сержант. — Но больше не ставьте меня в такое положение. — И с этими словами покинул комнату.

Сразу после этого появился Перес.

Гил и Стиллард оба многозначительно посмотрели на него.

— Не смотрите на меня так, — возмущенно потребовал Перес. — Я почти убедил их, что они ищут не в том ангаре, пока вы, идиоты, не стали орать.

Фарух оттолкнул Тригга и направился к двери.

— Что случилось? — Гил схватил афганца за куртку.

Фарух обернулся, сверкая от злости глазами.

— Ты предатель! Ты сказал, что ты не будешь колоть ему свиную кровь, если он все расскажет. Ты мне врал — и сейчас его душа будет безвинно мучиться. Ты лжец — я не буду больше работать с тобой.

Гил отпустил его куртку и обменялся со Стиллардом улыбками.

— Старшина, вы ему скажете или я?

Фарух по очереди смерил их взглядом.

— Что сказать?

Стиллард вытащил из рта сигару.

— Сынок, мы вкололи ему раствор обычной соли. Альбумин не делают из свиной крови. Но нужно было, чтобы поверил ты, и только тогда мог поверить и тот ублюдок. Иначе бы не сработало.

У Фаруха отвалилась челюсть.

— Это что, была шутка?

Гил рассмеялся.

— Не сердись на меня. Я вообще хотел засунуть ему в задницу свиную котлету, но постеснялся при старшине, да и вряд ли бы вышел тот же эффект.