История древней Испании - Юлий Циркин

Насильственное включение Гадеса в состав Карфагенской державы не привело, однако, к полной потере им положения в атлантической торговле. Карфагеняне и сами пытались взять в свои руки эту торговлю, и явно с этими попытками связаны атлантические путешествия Ганнона в южном и Гимилькона в северном направлении^[530]. Первое путешествие было успешным, ибо именно в это время в северо-западной части Африки, до того тесно связанной с Южной Испанией, испано-финикийские изделия сменяются карфагенскими^[531]. 0 торговле карфагенян с африканским побережьем рассказывает Геродот (IV, 196). Об успехе экспедиции Гимилькона говорить трудно. Во всяком случае на этом направлении карфагеняне не смогли (а может быть, по каким-то причинам и не захотели) вытеснить гадитан^[532]. Авиен (Or. mar. 114—116) говорит о неоднократных путешествиях в район Эстримнид (Арморики, совр. Бретань) карфагенян и народа, живущего у Геркулесовых Столпов. При этом он противопоставляет их тартессиям, о которых говорит немного раньше (113). Народом, живущим у Геркулесовых Столпов, в этих условиях могли быть только гадитане. Видимо, старые морские традиции Гадеса позволили ему и в новых условиях сохранить (даже если и в уменьшенном масштабе) свою роль в атлантической торговле^[533]. Северо-Западная Испания оказывается в это время важным рынком южноиспанских и, пожалуй, карфагенских торговцев, как показывают археологические находки^[534], что полностью подтверждает сообщение Авиена.

Карфагеняне в это время стали и сами активно проникать на Пиренейский полуостров. Археология констатирует карфагенское присутствие на южном берегу полуострова^[535] на рубеже VI—V и в V в. до н. э. Важным опорным пунктом карфагенян становится, видимо, Секси. Можно полагать, что карфагеняне, вытеснив мастиенов, сами укрепились в этом старом финикийском городе^[536]. Другим их опорным пунктом в Испании становится Бария, которую раньше вообще считали основанной карфагенянами^[537]. Теперь установлено, что этот город создан много раньше, во второй половине VIII в. до н. э., когда карфагеняне еще не проникали непосредственно на полуостров^[538]. Однако весь характер материала V—IV вв. до н. э. говорит о пуническом, а не западнофиникийском характере поселения^[539]. Город был расположен на берегу древнего залива, ныне превратившегося в устье реки Альмансоры. По ней можно было подниматься к району верхнего Бетиса и окружающим горам, богатым металлами. И карфагеняне, возможно, использовали этот путь в обход старых финикийских городов средиземноморского побережья, что доказывает обильный пунический материал в местных поселениях этого района. Недаром V—IV вв. до н. э. были временем наивысшего развития Барии^[540].

Ослабление Массалии и, возможно, ограничение ее активности в Южной Испании пошло на пользу Эмпориону. Параллельно с сокращением и последующим исчезновением греческих продуктов в Тартессиде эллинская керамика начинает широко распространяться среди иберских поселений Северо-Восточной Испании^[541]. V в. до н. э. был временем наивысшего подъема Эмпориона^[542]. Он распространяет свою торговую экспансию за Пиренеи, поддерживает активные связи с Эбесом, устанавливает, по-видимому, прямые контакты с Афинами^[543]. Важнейшим продуктом, экспортируемым эмпоритами, было зерно, приобретаемое ими у соседних иберов, а позже и масло. В обмен они получают вино и другие товары, а также керамику, в том числе художественную, имевшую, кроме хозяйственного, и ритуальное значение^[544]. С середины V и особенно в первой половине IV в. до н. э. наблюдается значительный приток аттической краснофигурной и чернолаковой керамики в Испанию, в том числе и в зону, контролируемую карфагенянами^[545]. Возможно, что карфагеняне и были реэкспортерами этой керамики, ибо в это время существовали довольно устойчивые связи между Афинами и Карфагеном^[546]. Но не исключено и посредничество Эмпориона и Гадеса^[547]. Видимо, через Эмпорион греческая керамика проникает и на северо-запад Испании^[548]. И эти связи с важнейшим источником олова эллины сохраняют довольно долго. Важным партнером Эмпориона являлся карфагеннский Эбес. Как бы ни складывались политические взаимоотношения испанских греков и карфагенян, торговля между Эмпорионом и Эбесом никогда полностью не прекращалась. Иными оказались отношения эллинов с югом Пиренейского полуострова.