Литовские полицейские батальоны. 1941-1945 годы - Петрас Станкерас

Убывшие из Литвы батальоны использовались на фронте, воевали в тылу с советскими партизанами, обеспечивали безопасность железнодорожных линий, мостов, других военных и хозяйственных объектов от озера Ильмень на севере до Азовского моря на юге. Их называли фронтовыми батальонами. Чаще всего их опознавательным знаком была белая повязка с чёрной надписью «Im Dienst der Deutschen Wehrmacht», существовали и другие варианты повязок. В оперативном плане батальоны подчинялись командованию германской армии на фронте, а по вопросам обеспечения (обмундирование, питание, обувь) — руководству немецкой полиции в Минске, Риге, Каунасе. На фронте группы армий «Север» в 1943 г. были 5-й, 13-й и 256-й батальоны. Это были наиболее закалённые в бою литовские батальоны полиции на Востоке. С весны 1942 г. большинство новобранцев в первую очередь посылались в эти батальоны.

Характер действий литовских батальонов полиции на Восточном фронте раскрывает деятельность 5-го батальона (командир майор И. Кришчюнас, начальник штаба майор И. Юркунас). Как уже упоминалось выше, формирование батальона началось в августе 1941 г. в Каунасе. Вначале он назывался батальоном службы вспомогательной полиции, затем 8 октября переименован в охранный батальон. Комплектование батальона проходило только на добровольных началах. Все бойцы были одеты в униформу литовской армии и на рукаве носили шёлковые повязки с надписью «Hilfspolizei» (вспомогательная полиция). Батальон состоял из трёх рот общей численностью более 400 бойцов. К отбытию на фронт в Россию он начал готовиться в ноябре 1941 г. В конце ноября три роты батальона на автобусах прибыли через Даугавспилс в м. Солцы Новгородской области. Здесь батальон был вооружён винтовками и лёгкими русскими пулемётами. Батальон был придан начальнику 584-го тылового района 16-й армии. 1-я рота батальона охраняла западное побережье озера Ильмень, 2-я — транспорт немецкой армии, обслуживающий передние линии фронта, 3-я — 25 км участок железной дороги между станциями Дедовичи и Дно.

^{Заместитель командира и начальник штаба 5-го батальона литовской полиции в Каунасе майор И. Юркунас (J. Jurkūnas)}

В январе 1942 г. два взвода 1-й роты были посланы в Демьянск (Новгородская область), чтобы доставить боеприпасы на передовую. Во время выполнения этого важного задания Красная армия прорвала фронт и эти два взвода литовцев вместе с многочисленными частями 16-й армии попали в окружение. В то время у большинства бойцов батальона истек шестимесячный срок службы и они подали рапорта об увольнении, однако немецкое командование, на основании закона о принудительной трудовой повинности для жителей Восточных областей, их просьбы не удовлетворила. Они пробыли в Демьянском котле до начала лета, держа оборону около деревни Хмель. Благодаря титаническим усилиям солдат немецкой армии кольцо окружения удалось прорвать и соединиться с основными силами. Многие литовские бойцы были отмечены учреждённым 25 апреля 1943 г. Демьянским щитом («Demjanskschild»).

Фронтовая жизнь сильно потрепала ряды батальона: по состоянию на 26 августа 1942 г. в 5-м батальоне осталось 13 офицеров, 93 унтер-офицеров и 210 рядовых. Последним командиром батальона стал назначенный в августе 1943 г. майор П. Амбразюнас. До середины 1943 г. бойцы батальона носили литовскую форму, однако в конце лета они были переодеты в немецкую форму с литовскими опознавательными знаками. Специально для борьбы с советскими партизанскими отрядами в батальоне был создан особый истребительный отряд — «Jagdkommando» под командованием лейтенанта Эдуардаса Бразиса (Eduardas Brazys). В его составе было 35 человек, они были прекрасно вооружены и обеспечены лыжами. Однако, как утверждает А. Бубнис, отряд ничего значительного не сделал и вскоре был расформирован.

Вместе с фронтом отступал на Запад и 5-й литовский батальон. Летом 1944 г. он достиг территории Латвии и был дислоцирован на побережье Балтийского моря около Лиепая. Бойцы батальона должны были охранять побережье моря, следить за акваторией, препятствовать высадке и отплытию кого-либо. Неожиданно в конце 1944 г. немцы разоружили 5-й литовский батальон, причиной для этого стало то, что литовцы позволили латышам уплыть на катерах в Швецию. Немцы арестовали 20 полицейских и начали следствие, которое продолжалось несколько дней. Немецкий военно-полевой суд, несмотря на проявленный литовцами героизм в Демьянском котле, приговорил семь литовцев к смертной казни, а 11 — к заключению в лагеря до окончания войны. Спустя несколько дней приговоренные к смерти были расстреляны перед строем всего батальона. Расстрел производили бойцы 1-й роты под командованием лейтенанта Братенаса (Bratėnas). Сам батальон был расформирован, а его остатки были распределены в 256-й и 13-й литовские батальоны. Так трагически закончилась история 5-го литовского батальона. Он стал единственным батальоном литовской полиции, в отношении которого немцы применили самые жестокие меры.

Особенно тяжелые испытания выпали на долю 7-го литовского батальона, которым командовал капитан Ионас Семашка. В 1942 г. он охранял на Украине от нападений советских партизан дороги, а в начале 1943 г. вместе с группировкой генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса попал в Сталинградский котёл. Батальон храбро сражался на фронте, однако было ясно, что армия Ф. Паулюса обречена и из окружения не вырвется. Командир батальона решил со своими бойцами совершить экстраординарный поступок. Получив разрешение от начальника штаба окружённой группировки генерал-лейтенанта Артура Шмидта (Arthur Schmidt), капитан И. Семашка со своими бойцами преодолел три линии окружения и вырвался из Сталинградского котла. Через некоторое время литовцы встретились с частями генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна (Erich von Manstein)^[93]. За этот подвиг командир батальона капитан И. Семашка был произведён в майоры и награждён Железным крестом. В марте батальон был послан в тыловой транзитный IV лагерь группы армии «Север», а в июне возвращён в Литву.

Большинство литовских полицейских батальонов, разбросанных по широким просторам России, храбро сражались вместе с немцами и солдатами других национальностей. Были случаи, когда немецкое военное командование, отметив способности литовских офицеров и командиров, поручало им командовать соединением, состоявшим из военных частей разных национальностей. Но были случаи, когда бойцы полицейских батальонов, брошенные против Красной армии, узнавшие, что напротив них в окопах на другой стороне также находятся литовцы, отказывались стрелять в своих, насильно мобилизованных в Красную армию. За открытый отказ стрелять в литовцев, находящихся в рядах красноармейцев, протестующие полицейские разоружались немцами и как военнопленные отсылались в Германию на работы.