История древней Испании - Юлий Циркин

Фокейскую талассократию нельзя понимать как абсолютное господство на море. Речь идет скорее о ситуации морского преобладания, о которой говорит Павсаний и которая, по его мысли, была связана с преодолением карфагенского сопротивления^[452]. Возникновение такой ситуации изменило соотношение сил на Дальнем Западе. Массалиоты не сумели (а по-видимому, и не ставили своей целью) вытеснить карфагенян с Питиуссы, но в некоторой степени сломили возможное препятствие своей торговле с Пиренейским полуостровом. Недаром, начиная со второй четверти VI в. до н. э., греческий импорт засвидетельствован в Восточной Испании^[453]. Вероятно, в это же время массалиоты решились и на выход в Атлантический океан. Массалиот Эвтимен поплыл по океану в южном направлении, а неизвестный по имени мореплаватель (может быть, это был Мидакрит) — в северном. Один добрался до устья Сенегала, другой до Ирландии^[454]. Экономического эффекта эти плавания, по-видимому, не имели, но сами попытки весьма примечательны.

Возвышение фокейцев сказалось и на карфагенянах. Хотя Питиусса осталась в их руках, там произошли некоторые изменения. В какое-то время между 600 и 575 гг. до н. э. пунийцы покидают поселение Са Калетта и концентрируются в Эбесе, который становится значительным городским центром^[455]. Сам Карфаген, потерпев неудачу на море, обратился к африканскому побережью. Карфагеняне стали выводить колонии к востоку и западу от своего города. Так, незадолго до середины VI в. до н. э. был основан Керкуан^[456]. Приблизительно в это же время карфагеняне утверждаются в старых финикийских городах Хадрумете и Лептисе и, возможно, Сабрате^[457]. Это привело к тому, что карфагеняне начали брать в свои руки торговлю с внутренними районами Африки. Однако они не теряли интереса и к Средиземноморью.

Для Карфагена важным моментом стал распад Тирской державы. Первый удар ей был нанесен еще в конце VIII или в начале VII в. до н. э.^[458] После поражения от ассирийского царя Синаххериба в 702 г. до н. э. тирс кий царь Элулай бежал на Кипр, где и был убит (ANET, р. 287—288). И уже Асархаддон принимал дань от финикийских городов Кипра непосредственно, не обращаясь к Тиру^[459]. Падение Ассирии не привело к восстановлению тирской власти на острове. На западе тирская власть держалась дольше. Предсказанное Исайей разрушение тирского «пояса» не произошло. Но затем случились важные изменения. Их часто связывают с 13-летней осадой Тира вавилонским царем Навуходоносором^[460]. Однако эта осада не была исключительным явлением в истории Тира, и после этих событий город был в состоянии восстановить свою мощь^[461]. Но затем пришло время политических изменений.

В 564—556 гг. до н. э. в Тире не было царей^[462], и город управлялся суфетами (los. Соntra Арр. 1, 21). Республиканский период истории Тира длился недолго, но этого было вполне достаточно для необратимых изменений. Тирская держава раскинулась на огромных пространствах Средиземноморья, и единственным цементом, ее скреплявшим, была царская власть. Ликвидация этого цемента разрушила и державу.

Карфаген и Тир были связаны определенными духовными узами и взаимными моральными обязательствами. Геродот (III, 19) говорит, что финикийцы Азии рассматривали карфагенян как своих детей, а те, если верить Курцию Руфу (IV, 2, 10), почитали тирийцев как своих родителей. Такое положение, видимо, распространялось и на все части Тирской державы, рассматриваемые как элементы единого политического целого. Распад державы и ликвидация тем самым этого целого освободил карфагенян от моральных обязательств перед соотечественниками в Западном и Центральном Средиземноморье. Это дало возможность Карфагену перейти к агрессии против других финикийских колоний.

Раньше считалось, что греческая угроза заставила западных финикийцев сплотиться вокруг Карфагена^[463]. Однако факты противоречат этому. Лептис располагался на выходах к Средиземному морю путей транссахарской торговли и обогащался на ней. После подчинения Карфагену он выплачивал дань по одному таланту ежедневно (Liv. XXXIV, 62, 3). Едва ли такое подчинение было добровольным. Исследования в Сардинии показали, что подчинение финикийских городов этого острова Карфагену было насильственным^[464]. По Юстину (XVIII, 7, 1—2), карфагенский полководец Малх подчинил часть Сицилии и афров, а затем воевал на Сардинии. Подчиненные части Сицилии и Сардинии могли быть только финикийскими^[465].

Подчиняя финикийские города, Карфаген активно внедрялся в Центральное Средиземноморье. И здесь он снова столкнулся с фокейцами.