Жизненный путь Христиана Раковского. Европеизм и большевизм: неоконченная дуэль - Мария Тортика (Лобанова)

В Украине, которая в последние полтора-два месяца перешла под контроль советской власти, в январе 1919 г. сложилась чрезвычайно напряженная ситуация во властной верхушке, получившая название «председательского кризиса». Состоял он в том, что в правительстве Украины преобладали «левые» во главе с Г. Л. Пятаковым, а в ЦК компартии – правые, которых возглавлял Э. И. Квиринг. В результате ЦК, полностью уже распоряжавшийся всеми государственными делами, принял решение о смещении Пятакова с поста председателя «временного рабоче-крестьянского правительства», но оказался не в состоянии найти ему замену.

Возникла идея привлечь в качестве главы правительства Х. Г. Раковского. 10 января 1919 г. члены ЦК Квиринг, Артем (Ф. А. Сергеев) и А. Я. Яковлев (Эпштейн) послали весьма любопытную телеграмму Ленину в Москву, в которой говорилось: «ЦК КП(б)У решил, не двигая пока кандидатуры из личного состава правительства и ЦК, предложить вам немедленно прислать Христиана Георгиевича. Только в этом случае председательский кризис не станет правительственным».^[286]

Кто мог высказать подобное предложение, если иметь в виду, что подписавшие его деятели лично не знали Раковского и могли судить о его качествах только по отчетам о переговорах со свергнутым теперь правительством Украины? Единственным высокопоставленным лицом, которое могло это сделать с полной ответственностью, являлся Троцкий, прекрасно знавший Раковского уже в течение полутора десятилетий и занимавший пост народного комиссара по военным и морским делам.

19 января Ленин сообщил Раковскому о намерении назначить его на пост в Украине. Последовали встреча с Лениным, решение ЦК РКП(б). Правда, во время встречи Раковский выразил сомнение в целесообразности его назначения в Украину, напомнив, что его болгарское происхождение может осложнить работу. Ленин отмахнулся, к тому же цинично посоветовав найти среди своих бабушек украинку, чтобы таким образом установить хорошую родословную.^[287] Мы видим, насколько пренебрежительно относился вождь большевиков к сложнейшей национальной проблеме! Но так или иначе, назначение состоялось. Ленин дал указания Раковскому о восстановлении единства в компартии Украины, о ликвидации «партизанщины», то есть фактически о жестоком подавлении крестьянских выступлений.^[288]

22 января Раковский прибыл в Харьков, являвшийся украинской столицей. 24 января в соответствии с волей Ленина, не подлежавшей какому бы то ни было обсуждению, он был избран председателем правительства; временное рабоче-крестьянское правительство Украины изменило свое название и стало по российскому образцу именоваться Советом народных комиссаров.

Раковский с головой окунулся в напряженную работу. Только в начале марта 1919 г. ему пришлось принять участие в III съезде КП(б)У, I конгрессе Коммунистического интернационала, III Всеукраинском съезде Советов.

Раковский был одним из активнейших участников учредительного конгресса Коммунистического интернационала, состоявшегося 4–6 марта 1919 г. Вместе с В. И. Лениным, Г. Е. Зиновьевым, Л. Д. Троцким и швейцарцем Ф. Платтеном он был избран в состав Исполкома Коминтерна, став, таким образом, одним из его основателей.

На съезде Советов Раковский выступил с докладом о деятельности правительства, подчеркнув те задачи и меры, которые, по его мнению, надо было предпринять для борьбы против контрреволюции и в связи с началом хозяйственного строительства.

Поначалу Х. Г. Раковский в качестве главы украинского советского правительства выступал как ярый представитель имперской, русификаторской тенденции. Об этом свидетельствовала его статья, опубликованная незадолго до назначения и написанная под впечатлением почти полугодового пребывания в Киеве.^[289] Он утверждал, что с экономической и социальной точки зрения самостоятельного и единого украинского народа не существует; этнические отличия украинцев и русских незначительны; у украинских крестьян отсутствует национальное самосознание; пролетариат Украины по своему происхождению в основном русский; промышленная буржуазия и большая часть помещиков – русского, польского или еврейского происхождения. Вывод – самостоятельную Украину выдумали интеллигенты из кооперативов, учителя, судейские чиновники вроде Шелухина и т. п.

В то же время Х. Г. Раковский относился к тем политическим деятелям, которые и на основании собственного опыта, и своего характера, и по тактическим соображениям стремились в какой-то мере «модерировать» диктаторские замашки крайних большевиков, прямых потомков унтера Пришибеева. В таком курсе Раковского проявлялись не только внутренние, но и внешнеполитические доминанты, стремление представить левой западной общественности советскую власть в максимально благообразном обличье. При нем в Харькове меньшевики получили возможность легальной деятельности и даже был издан сборник их документов.^[290] По оценке виднейшего историка российской социал-демократии Бориса Ивановича Николаевского, Харьков в начале 20-х годов принадлежал к числу «наиболее “либеральных” районов советской России».^[291]

После III съезда Советов для более глубокого ознакомления с положением дел в Украине Раковский совершил поездку по республике. Он посетил Екатеринослав, Кривой Рог, Николаев, Херсон, Знаменку, Кременчуг, Полтаву, города Донбасса. В районе Мелитополя он побывал на линии фронта. Поездка показала срочную необходимость мер по налаживанию хозяйственной жизни, созданию боеспособной армии из разрозненных повстанческих отрядов.

На сторону советской власти стали переходить бывшие вожаки повстанческих и партизанских отрядов, участвовавших в борьбе против войск кайзеровской Германии и гетмана Скоропадского. Была образована Высшая военная инспекция во главе с В. Г. Юдовским, которого Раковский хорошо знал по работе в Одессе.^[292] Решением Всеукраинского центрального исполнительного комитета (ВУЦИК) был образован Совет рабочей и крестьянской обороны во главе с Раковским, которому было поручено непосредственное руководство мобилизацией сил и средств республики для борьбы против контрреволюции, в один ряд с которой неизменно ставилось кулачество.^[293] Под ним понималась не традиционная прослойка сельского населения, занимавшаяся ростовщичеством и другими коммерческими делами, что считалось на селе низким делом. Произвольно и спекулятивно этот термин был распространен на все зажиточное крестьянство, причем к последнему часто причислялись также середняки и даже бедняки, если они выступали против большевистской власти.