Мне всегда везет! Мемуары счастливой женщины - Галина Артемьева

— Пап, а ты когда-нибудь возьмешь меня с собой — на преступление посмотреть?

— Обязательно возьму.

Папе я верю. Он никогда не запрещает, не обманывает, выполняет все обещания.

Я вот недавно поделилась с папой мечтой. Ну, что я, когда вырасту, буду в общем-то мужчиной. А то без мужчины в доме нельзя. Я предлагала всем трем тетям по очереди решить эту проблему самым простым способом: выйти за кого-нибудь замуж. Ну, пусть не сразу всем, но хоть одна-то вполне может собой пожертвовать ради семейных интересов. Я знаю, о чем говорю: их с удовольствием взяли бы в жены. Я даже один раз подслушала, как они о ком-то говорили, что вот, мол, посватался. А потом одна из них — не разобрала, кто именно, засмеялась и сказала:

— Очень мне надо на старости лет жизнь свою менять.

Я поняла, что не будет нам в доме мужчины. Один выход: я подрастаю.

Вот я и делюсь с папой мечтой: вырасту, буду ходить в брюках, руки у меня будут золотые. А еще — я обязательно буду курить. Все мужчины вокруг курят. Папа курит. На фронте начал. И теперь курит «Беломорканал» — такие папиросы с картой на коробочке. Так что и я буду.

Папа внимательно слушает.

Фантазия моя разыгрывается. Я долго рассказываю о себе в будущем. А потом прихожу к выводу: тренироваться надо начать прямо сейчас.

— Дай закурить! — требую я у папы по-свойски, как подобает мужчине.

— На! — соглашается папа, протягивая мне пачку «Беломора».

Вот это дело!

Я достаю папиросу, дую в нее, бумажный кончик сжимаю, точно так, как это делает папа.

— Огоньку? — спрашивает он участливо.

Я солидно киваю.

Папа зажигает спичку и подносит к моей папиросе.

Я втягиваю воздух. Папироса разгорается. Дымок идет. Я хитрая. Я не вдыхаю папиросный дым, только в рот набираю. Довольно противно во рту от этого дыма.

— Ну? — побуждает папа. — Давай! Затягивайся. Ты же курить хочешь — кури.

Мне приходится держать марку. Затянувшись, я долго кашляю. Вкус горькой гари весь день преследует меня. Гадость!

Больше я не курила. Но если что — пожалуйста. Папа говорит, что я свободна делать свой выбор.

Курить не буду, ну его. А вот посмотреть, как расследуются страшные ужасные дела, обязательно надо.

Главное — преступления дождаться.

И все никак. Ну — нет таких преступлений, чтоб жуткие, кошмарные, леденящие душу… Ничего особенного не происходит…

Так говорит папа. Я ему верю. Он меня обязательно возьмет на что-нибудь такое, как в его книге про криминалистику.

Долгое время все тихо… Ну нет приличных преступлений, и все тут!

И вдруг! Прямо в выходной день, в воскресенье — повезло несказанно. Приезжают за папой на машине «скорой помощи»:

— Марк Иосифович! Поехали. Убийство.

Папа быстро собирается. Я напоминаю о себе:

— Ты обещал!

— Да ничего там интересного и загадочного, — почему-то пытается отказать мне папа. — Пьяный скот в белой горячке зарубил топором мать. Кому это надо — смотреть на такое?

— Ты обещал… — ною я.

— Ладно, поехали, — вдруг легко соглашается папа.

Мы с Таней живенько усаживаемся в машину «скорой помощи». Там уже сидят фельдшер, судмедэксперт и кто-то еще.

— А их куда? — спрашивает о нас судмедэксперт.

— На дело собрались, — поясняет папа.

— Ааа… Ну ладно…

Мы едем через лес. Леса в Вологодской области — настоящие сказочные дремучие чащи. Вся просека в ухабах и рытвинах. Трясет ужасно. Лес, лес, лес… Сколько еще ехать?

— Укачало? — спрашивает папа.

— Ну… да, — отвечаю.

Снова едем. Трясемся. Лес иногда перемежается с полянами, то красновато-оранжевыми, то сине-фиолетовыми.

— Что это там? — интересуюсь я.

— А это морошка и черника — целые поля выросли. А там дальше — голубика, видите, девчонки? — показывает фельдшер.

Ничего себе! Вот прямо так, целые поля ягод растут, и никто их не собирает!

— Останови-ка, — велит папа шоферу. — Я вот что предлагаю. Девочки сейчас выйдут, пособирают ягоды, а мы на обратном пути их заберем. Как такой вариант?