С открытым сердцем. Истории пациентов врача-кардиолога, перевернувшие его взгляд на главный орган человека - Сандип Джохар

Формулировка Стерлинга подразумевает, что у этих людей нет никаких отклонений, ничего нарушенного (кроме, возможно, «системы» общества, в котором они живут). Тело реагирует на хроническое пребывание в состоянии «бей или беги» именно так, как и должно. Если кардиомиопатия такоцубо доказывает, что острое психологическое состояние может травмировать сердце, то теории Стерлинга подразумевают, что несильный, но хронический стресс может быть не менее опасен. Его теории выдвигают на первый план психосоциальные факторы, призывая не замыкаться на актуальном видении причин кардиологических проблем. Эти теории демонстрируют, что если посмотреть на болезни сердца без привязки к клетке Фрамингемских критериев, то обнаружится, что они неразрывно связаны с тем, где мы живем, с нашей работой и семьей. С такой точки зрения получается, что болезни сердца не только биологическое явление, но также культурное и политическое. Улучшение структуры нашего общества и налаживание отношений с окружающими становится проблемой не только качества жизни, но и общественного здоровья. (Прим. автора: Теория Стерлинга, также известная как аллостаз, является новым способом восприятия человеческой физиологии. В медицинской школе изучают традиционную теорию гомеостаза, основанную на том, что система органов совместными усилиями поддерживает тело в состоянии физиологического баланса. Например, при резком падении давления сердце начинает биться быстрее, а почки задерживают соль и воду, возвращая давление к нормальным значениям. Если падает температура тела, мы дрожим, чтобы согреться, кровеносные сосуды сокращаются для сохранения тепла, и мы отогреваемся. Гомеостаз подразумевает сохранение баланса при изменении условий. Эта модель неплохо подходит для объяснения закономерностей человеческой физиологии.

Тем не менее существуют некоторые аспекты человеческого состояния, необъяснимые с точки зрения гомеостаза. Например, кровяное давление может колебаться от минуты к минуте. Если тело должно поддерживать некое фиксированное, оптимальное значение давления, по всей видимости, оно не очень-то справляется со своей работой. Давление постоянно становится выше, начиная с детского возраста, и продолжает нарастать на протяжении всей жизни. Чаще всего оно остается стабильным примерно до шестилетнего возраста, когда дети идут в школу, но затем начинает стремительно повышаться по мере того, как дети отстраняются от родителей и приобретают навыки защиты от мнимых или реальных угроз. К семнадцатилетнему возрасту почти у половины мальчиков давление достигает предгипертензивных значений, а у около 20 % из них наблюдается полноценная гипертензия. С чем связано повышение точки равновесия кровяного давления? Для объяснения таких явлений эксперты, к примеру Стерлинг, предложили альтернативную гомеостазу теорию – аллостаз.

Аллостаз не подразумевает поддержания равновесия; он рассматривает то, как функции тела подстраиваются под внешние и внутренние условия. Тело не столько поддерживает конкретную точку равновесия, сколько позволяет ей подстраиваться, в том числе под социальные условия. По сути, аллостаз – это теория человеческой физиологии с уклоном в социальную политику. На самом деле учитывающий социальные условия аллостаз может куда лучше объяснить некоторые современные хронические заболевания, чем гомеостаз.)

Опасные для сердечно-сосудистого здоровья последствия хронического возбуждения наблюдаются и в традиционно белых сообществах. В доказательство можно привести Уайтхолльское исследование, проведенное Мармотом на семнадцати тысячах британских госслужащих мужского пола. В этом исследовании было установлено, что вероятность ранней смерти и проблем со здоровьем последовательно увеличивается в зависимости от того, насколько низкий уровень в иерархии государственной службы занимает конкретный сотрудник. Даже с учетом курения, уровня холестерина в плазме крови, давления и употребления алкоголя, курьеры и портье умирали почти в два раза чаще, чем административные сотрудники высокого ранга. Ни один из госслужащих не был бедным в общепринятом смысле этого слова. У всех был доступ к чистой воде, вдоволь еды и условия для поддержания полноценной гигиены. Основными различиями между подопытными была престижность работы, строгость контроля за исполнением обязанностей и иные факторы социальной иерархии. Мармот и его сотрудники пришли к выводу, что эмоциональное напряжение, связанное с финансовой нестабильностью, долгим рабочим днем, отсутствием продвижения по службе и низким уровнем автономии, обуславливают большую часть желания жить. «Госслужащие низкого ранга, как и обитатели трущоб, не управляют своей жизнью, – пишет Мармот. – Они не имеют возможности жить так, чтобы ценить то, что у них есть».

Не только более низкие социально-экономические классы уязвимы в отношении болезней сердца, вызванных стрессом.

В середине 1950-х годов Мейер Фридман и Рэй Розенман, двое американских кардиологов, работавших в больнице Маунт Зион^[49] в Сан-Франциско, придумали «тип А» – концепцию преуспевающего человека, встречающийся почти исключительно в более высоких социально-экономических категориях населения, который особенно предрасположен к болезням сердца.

Описание новой концепции болезней сердца вследствие стресса гласит: «Человек типа А неукоснительно пунктуален и терпеть не может, когда его заставляют ждать. У него редко есть время на хобби, но когда он его находит, то превращает хобби в соревнование, не менее интенсивное, чем его работа. Он не любит помогать по дому и выполнять рутинную работу, так как полагает, что его время можно куда более выгодно потратить на что-то другое. Он быстро ходит, быстро ест, редко остается за обеденным столом дольше, чем необходимо. Он нередко пытается делать несколько дел единовременно». Они также дали описание ключевых физиогномических черт человека с таким типом личности: «<Этот тип человека> имеет свойство неотрывно смотреть вам прямо в глаза. Его лицо кажется чрезвычайно внимательным, то есть его глаза выглядят очень живыми, быстро оценивающими происходящее вокруг. У него может быть напряженный вид, а зубы могут быть плотно сжаты, почти до скрежета. У него слегка перекошенная улыбка, а смех редко идет „от живота“. Если кратко, то человек типа А в их описании „постоянно пребывает в состоянии неустанной борьбы за достижение как можно большего за как можно меньшее время“».

Исследование Фридмана и Розенмана базировалось в основном на идее, что «чувства и мысли человека влияют на развитие ишемической болезни сердца». Они писали: «Слишком много качественно проведенных исследований отмечали, что ишемическая болезнь сердца не всегда связана с холестерином или содержанием жира в рационе. Должны быть и другие причины». В одном из таких исследований показано, что у людей типа А вероятность развития ишемической болезни в семь раз выше, чем у рядовых (и предположительно – более расслабленных) сотрудников муниципальных служб, специалистов по бальзамированию или у группы из сорока шести слепых безработных мужчин, у которых предположительно «было мало амбиций, драйва и желания соревноваться» по причине их слепоты.

Жена одного человека типа А сказала кардиологам: «Если вы правда хотите знать, из-за чего у наших мужей случаются сердечные приступы, я вам скажу. Происходит это из-за стресса, стресса, которому они подвергаются на работе».