Империя Хаоса - Грегори Киз

– Так вы решили формулу? Нашли способ устанавливать сродство с гравитацией?

– На прошлой неделе.

– Ну, теперь понятно, почему вас так распирает от самодовольства! – возбужденно воскликнул Дэвид Кроули. – Вам и взаправду есть чем гордиться! Признаюсь, я потрясен!

– Да мы тут все потрясены, – подхватил Смолз.

– А что касается меня, – подал голос сверху Старк, – то я хотел бы посмотреть, как это изобретение спускается вниз.

– По вашей команде, – сказал Франклин.

Он полез в карман, достал оттуда маленькую коробочку и повернул вставленный в нее ключик. Ящик опустился вниз, и двое мужчин благополучно вернулись на землю.

– Грандиозно, – продолжал Смолз. – Теперь наши враги лишились преимущества, если depneumifier, о котором вы рассказывали нам месяц назад, работает так же хорошо, как и этот ящик. Вы можете включить его и, пролетая мимо вражеских кораблей, заставить их упасть на землю и разбиться.

– Depneumifier нужно еще подвергнуть испытанию, – предусмотрительно заметил Франклин. – Но не могу не согласиться с вами действительно, у нас наконец появилась возможность строить летательные аппараты. И, честно говоря, я уже приступил к созданию первого аппарата.

– Франклин, вы нам расскажете об этом? Как они делаются?

– Конечно, иначе зачем я собрал вас вместе. Мы, члены Тайного союза, ничего не должны скрывать друг от друга, и я не намерен утаивать от вас свое открытие. Если вы готовы, то я…

Франклин не успел договорить – дверь в комнату неожиданно и резко распахнулась. На пороге, в алом камзоле, стоял Роберт Нейрн – на боку шпага, в руке пистолет.

– Прошу прощения, – сказал он, переводя дух, – дамы и господа, члены Тайного союза. – Он замолчал и обвел взглядом собравшихся, чтобы удостовериться не затесался ли здесь чужак. – Мы обнаружили колдуна.

Благодушие Франклина улетучилось, народ злобно зашумел. Франклин поднял руку, призывая к тишине, и, перекрикивая гомон, обратился к Роберту:

– Где он?

– Да тут, недалеко, в кабаке "Свиная голова", разгуливает как ни в чем не бывало.

– Ты уверен?

Роберт вытащил медный приборчик, похожий на компас.

– Хочешь, сам проверь.

Собравшиеся полезли в свои карманы и сумки, извлекая оттуда подобные приборчики, и загудели, подтверждая слова Нейрна.

– Ну что, – холодно сказал Франклин, – это очень плохо Роберт, ты и Шенди будете за ним следить. Мы с наступлением ночи уйдем отсюда. – Он окинул взглядом собравшихся. – Мы должны отложить обсуждение научных тем. Неожиданно перед Тайным союзом возникла совершенно иная задача.

Медно-красный закат потускнел и стал цвета ярь-медянки[1], когда Франклин надел камзол и вышел на улицы Чарльз-Тауна[2]. День был теплый, но даже в мае здесь, в самом солнечном городе колоний, вечерами делалось довольно прохладно. Бостон, город, где он родился, был погребен под толщей льда, то же самое случилось с Нью-Йорком и Филадельфией. За годы похолодания, наступившие после падения кометы, центр Америки сместился к югу, туда же переехал и Бенджамин Франклин.

В окнах домов ярко горел свет, и улицы уже начали заполняться теми, кто искал радости и успокоения в вине и прочих человеческих грехах и пороках. Злачные места в городе, некогда считавшемся столицей владений Черной Бороды, долго искать не приходилось. Молодые мужчины в одеждах из яркого венецианского шелка прогуливались по улицам под руку со своими подругами, девушками всех цветов и национальностей. Продавцы оленьей кожи, поплевав на ладони и утерев ими физиономии, надеялись, что какая-нибудь девчонка в питейном заведении будет настолько пьяна, что сочтет их за приличных ухажеров. Матросы, охваченные безрассудной смелостью, искали таверны подальше от порта. Они нетвердо держались на ногах – возможно, оттого, что отвыкли ходить по суше, возможно, оттого, что уже напились огненной воды, а от нее пошатывало сильнее, чем от качки.

Франклин целеустремленно шел по недавно вымощенным улицам, чувствуя себя вполне уверенно: за поясом магический пистолет, на боку – шпага, поверх рубашки, скрытая камзолом и жилетом, эгида.

У входа в "Свиную голову" он встретил Роберта.

– Мы держим его на крючке, – сообщил Роберт. Его зеленые глаза, обычно озорные, сейчас казались особенно серьезными. Он нервно теребил длинный золоченый галун, в соответствии с модой свисающий у него с правого плеча. – Думаю, он знает, что мы за ним следим, но виду не подает.

– Это уже интересно. Обычно они пускаются в бегство, стоит нам их обнаружить. Бояться нас они, по крайней мере, научились.

Роберт пожал плечами:

– Возможно, он не в курсе того, какие тут у нас в последнее время установились порядки. Что будем делать?

– Думаю, надо познакомиться с этим парнем.

– А ты разве знаешь, чего он хочет? Намереваешься поболтать с ним на расстоянии длины шпаги?

– Ну, таким образом у него будет возможность показать нам, чего он хочет.

– Ты что, решил взять на себя роль джинна, исполняющего чужие желания?

Франклин подмигнул:

– Знаешь, роль эльфа мне больше нравится.

Он развернулся и вошел внутрь "Свиной головы". Роберт, не отставая ни на шаг, следовал за ним.

– Я сам разберусь, – попытался остановить его Франклин.

Роберт упрямо покачал головой.

– Лучше я женюсь на самой страшной девчонке Чарльз-Тауна, нежели позволю своему другу приблизиться к пропасти, у которой нет дна, – сказал Роберт. – Пусть я буду похож на квакера[3], но я пойду с тобой – и точка. Я свободный человек, на том и стою.

– Я не хочу, чтобы он счел меня трусом, – сказал Франклин.

– Ты знаешь, что он колдун, и, возможно, он знает, что тебе это известно. Ты что, забыл? Чтобы утихомирить колдуна, с которым мы столкнулись в последний раз, нам пришлось всадить в него семь пуль, а потом еще и голову снести с плеч. И какое нам дело до того, будет ли этот считать нас трусами или нет.

– В твоих словах есть смысл, – согласился Франклин.

– И в этом тоже. – Роберт похлопал рукой по шпаге.

– Да и здесь не пусто. – Франклин указал на голову Роберта. – Пойдем.

Найти парня оказалось не сложно. Народ еще не начал собираться, и он сидел один в пустом зале, в свете фонаря его глаза горели красным огнем. На мгновение Франклином овладела такая ненависть и ярость, что он готов был выхватить пистолет и уложить эту тварь на месте. Он уже встречал подобных; первым было чудовище в человеческом обличье по имени Брейсуэл, он убил его брата Джеймса, хотел убить и его. Прошло уже более десяти лет, а Бен все никак не мог забыть тот ужас, что застыл в мертвых глазах Джеймса, и пламенеющий красный глаз – неизменный компаньон Брейсуэла, сопровождавший его по ночам.