Империя Хаоса - Грегори Киз

Бенджамин Франклин, исполненный самодовольства, встал из-за хорошо отполированного дубового стола и окинул взглядом разношерстную публику. Комната для собраний в верхнем этаже Египетской кофейни тонула в льющемся сквозь большие окна бледно-молочном солнечном свете. В нем плавали замысловатые завитки табачного дыма, смешиваясь с едва заметными струйками пара, поднимавшимися над доброй дюжиной чашек кофе. Ему вдруг показалось, что он собирается держать речь перед полотном голландского художника, которое когда-то он сам же ему и заказал.

Франклин остановил взгляд на маленькой скамеечке и сделал движение, словно намереваясь стянуть ткань, под которой скрывался какой-то предмет прямоугольной формы. Но вместо того чтобы представить этот предмет вниманию любопытных, он убрал с лица дьявольскую улыбку, повернулся к аудитории и откашлялся – приготовился ораторствовать. Кофейные чашки звякнули о блюдца: десять мужчин и две женщины приготовились ему внимать.

– Все вопросы о Тайном союзе были заданы, и ответы на них получены. Сейчас же я позволю себе небольшую демонстрацию. Но прежде всего хочу вас спросить, уважаемые дамы и господа, и вас, мои оппоненты. Скажите мне, что на сегодняшний день доставляет нам наибольшее беспокойство?

– Давайте дальше, мистер Франклин! – в шутку грозя кулаком, пронзительно выкрикнул Шенди Тапмен. – Вы тут не в классе школяров!

Франклин вздернул брови:

– А разве вам, мистер Тапмен, доводилось когда-нибудь переступать порог школы?

Послышались смешки.

– Ну, люди-то рассказывают, как там бывает, – беззлобно парировал Тапмен.

– Мистер Тапмен, не мешайте мистеру Франклину завоевывать себе популярность, – сказал мрачного вида парень по фамилии Докинз. – Пока он тут не слишком многого достиг.

По комнате прокатился смех. Франклин счел нужным сохранить на лице улыбку. Действительно, на территории Британских колоний в Америке он был малоизвестным человеком.

– Очень любезное замечание, – произнес он. – Но вернемся к моему вопросу: так что нас больше всего беспокоит?

– Насекомые по ночам! – выкрикнул кто-то.

– Пиво дрянное!

– Глупые, болтливые и самовлюбленные мужья! – презрительно-насмешливо заявила хрупкая женщина с темно-синими глазами.

– Моя дорогая, – сказал Франклин, поворачиваясь в ее сторону, – только благоразумные жены могут вылечить таких мужей.

– Похоже, на некоторых нужно целую жизнь потратить, – сладким голоском ответила женщина. – Особенно в тех случаях, когда болезнь зашла слишком далеко.

Франклин улыбнулся:

– Вполне возможно. Но, смею заметить, один хороший муж стоит двух хороших жен.

– Как же ты, муженек, до такого додумался? – спросила женщина.

– А так, моя дорогая Ленка: особо ценно то, что редко встречается.

Он подождал, пока утихнет смех, и его лицо приняло более суровое выражение.

– Ну а теперь поговорим серьезно.

– Malakim, – сурово произнес Август Старк. – Эти дьявольские отродья и их ливрейные лакеи, вооруженные магической силой, – вот они-то и беспокоят нас больше всего.

После его слов веселое настроение, овладевшее аудиторией, улетучилось.

– Вы на верном пути, – согласился Франклин. – Но если быть более точным?

Старк потер тяжелый, квадратной формы подбородок:

– Ну, тогда царь Петр и его демонические корабли.

– Так. За это вам, мистер Старк, полагается награда.

– Вы что, нашли средство защиты от них? – спросил Старк. – Что вы хотите нам показать, Бенджамин Франклин? Хватит уже этих французских хитростей. Показывайте, что вы там изобрели?

На откровенный вызов Старка Франклин ответил скромным поклоном. Он понимал его настроение: отец Старка погиб в Венеции, сражаясь с демоническими кораблями. Эта тема была для него болезненной, а в общем и целом он был хорошим человеком.

– Проволочек больше не будет, – пообещал Франклин, – если найдется пара помощников.

– Никакого договора ни с вами, ни с дьяволом я подписывать не буду, – заявил Старк. – Но помочь готов, если от этого наша пустая болтовня перейдет в серьезный разговор…

– И я готов! – подхватил Тапмен.

Когда мужчины подошли, Франклин извлек из-под покрывала простой деревянный ящик с двумя ручками, длиной в ярд, шириной и высотой в пол-ярда.

– Возьмитесь каждый за ручку, ребята, – попросил их Франклин, – и постарайтесь поднять этот ящик.

Они взялись. Тапмен – невысокий и жилистый, а Старк – огромный, как кузнец, со здоровенными ручищами. Но как они ни пытались поднять ящик, сдвинуть его с места не могли.

– Гвоздями, что ли, он прибит, – проворчал Старк.

– Алле ап! – воскликнул Франклин.

И в то же мгновение ящик взлетел вверх, увлекая за собой удивленных помощников. Он, не останавливаясь, поднялся к самому потолку – на пятнадцать футов – и там застыл. Старк и Тапмен, держась за ручки, болтались в воздухе, вызывая веселое возбуждение у собравшихся.

– Вот такой у меня ящик, – с легким поклоном объявил Франклин.

Роджер Смолз всплеснул руками:

– Летающий ящик, очень хорошо. Но мы-то уже почти десять лет как наблюдаем всякие летающие машины.

– Но мой ящик не похож на летающие машины, – сказал Франклин. – Те шары, которые держат царские корабли в воздухе, на самом деле клетки, в которых сидят, как в тюрьме, плененные духи эфира – malakim. Все современные летающие машины поднимаются в воздух благодаря этим дьявольским отродьям, не заслуживающим никакого доверия. Нам всем хорошо известно, что malakim только и ждут случая, чтобы нас погубить. И я бы ни за что на свете не доверил им поднять меня над землей, пусть даже и на небольшую высоту. Мое же изобретение летает без помощи malakim. Здесь используется только закон гравитации.