Я врач! О тех, кто ежедневно надевает маску супергероя - Джоанна Кэннон

– Моя смена уже давно закончилась, – ответила я специалисту. – Всегда ведь что-то случается впервые?

Я попыталась усмехнуться, но он лишь нахмурился, тогда решила просто подождать, пока мне починят слуховой аппарат, пока он починит слуховой аппарат.

Я принесла аппарат Джоан, и она упрекнула меня за медлительность и за то, что неправильно его прикрепила, однако затем заулыбалась. Она снова нас обрела. Можно было вернуться к нашим шоколадкам и историям.

– Я так рада, что вы с этим разобрались, – сказала ее сестра, пока мы шли по коридору. – Ей наконец отыскали дом престарелых, и там с этим было бы гораздо сложнее.

– Да? – Я остановилась и повернулась к ней. – Когда ее забирают?

Все было организовано очень быстро. Джоан выписывали на следующий день. Разумеется, это были хорошие новости.

То недолгое время, что ей оставалось, Джоан будет гораздо комфортнее в более домашней обстановке, вдали от больницы и риска инфекции и изоляции. Я просто не могла представить в ее одиночной палате никого другого.

– Мы сообщим ей в самый последний момент. Она всегда ненавидела перемены.

Моя смена уже давно подошла к концу. По графику следующий день у меня был выходным, так что, покинув Джоан и ее сестру, я отправилась по больнице, чтобы разделаться с оставшимися задачами. Составить выписной эпикриз. Заполнить запросы на анализы крови. Я решила все закончить, чтобы кому-то другому не пришлось заниматься этим на следующий день. Я сидела в разных палатах и болтала с медсестрами. Бродила по отделению неотложной помощи в надежде застать что-нибудь интересное. Дежурный врач несколько раз меня заметил и с любопытством поглядывал. Когда я проверила часы, было уже почти восемь вечера, и я решила, что будет логичней поесть в столовой, чем готовить, когда доберусь до дома.

Я уселась со своим пластмассовым подносом за столик и уставилась на тарелку с нетронутой едой. Что я вообще здесь делаю? Обычно я с нетерпением ждала окончания смены, чтобы поскорее убраться из этого места, однако прошло уже три часа, как должна была уйти, а я все еще искала поводы остаться. До меня не сразу дошло, а когда я наконец поняла, то удивилась, как не осознала этого раньше.

Дело было в Джоан. Я знала, что в понедельник, когда я вернусь на работу, ее уже не будет, и мне не хотелось ее оставлять. Мне не хотелось прощаться.

Я поднялась со своего пластикового стула, оставив на столе поднос с нетронутой едой, и направилась в общую палату.

Вечером палаты выглядят совсем иначе, чем днем. Когда я пришла, посетителей уже не было, и пациенты укладывались спать. Тележки с лекарствами делали свой последний обход. Вокруг кроватей были задернуты шторы. Медсестры сидели за компьютерами, составляя отчеты о минувшем дне.

Я услышала Джоан, еще когда шла по коридору, ведущему в ее одиночную палату. Она жаловалась на свои шнурки, и я улыбнулась.