Ликвидаторы КГБ - Александр Колпакиди

В военное время на базе отдела разворачивалось Управление диверсионной разведки. В свою очередь при этом отделе была создана Отдельная бригада особого назначения (ОБОН). Бригада носила кадрированный характер. Отдел занимался подготовкой условий для действия в военное время Управления и органов бригады. Так, в 1968 году все посольские резидентуры получили письмо из Центра: «Рекомендации по созданию необходимых условий на территории потенциального противника, для функционирования специальных групп в чрезвычайной ситуации».

Одной из главных задач отдела была подготовка на случай военного времени спецрезерва КГБ, который был сведен в бригаду особого назначения, общей численностью 4500 человек. В бригаду организационно входило 6 оперативных полков и один оперативный батальон. Формированием этих полков резервистами и развертыванием их в мирное время занимались территориальные органы КГБ Украины, Казахстана и Узбекистана, а также Хабаровского и Краснодарского краев, Московской и Ленинградской областей. В этом их курировал отдел «В». Кроме этого он занимался подбором и подготовкой спецрезерва внешней разведки, организовывал курсы и сборы.

Отдел «В» разрабатывал программы занятий и тренировок, которые проходили во время сборов. Они были рассчитаны на один-полтора месяца занятий. Он же планировал и проводил учения со спец-резервом. Все категории резервистов готовились вместе и по одной программе. Части бригады были разбросаны по Союзу и формировались национальными кадрами указанных регионов. Они были способны в случае войны приступить к разведывательно-диверсионной деятельности на своих направлениях, зная местные особенности как своей страны, так и сопредельных государств.

В август 1968 года отдел «В» ПГУ КГБ провел спецмероприятия по подготовке ввода войск Варшавского договора в Чехословакию.

В 1971 года на Запад ушел майор Олег Лялин — сотрудник отдела «В», работавший в то время в лондонской резидентуре под прикрытием переводчика и эксперта внешнеэкономического объединения «Разноэкспорт». Летом 1971 года его активно разрабатывала британская контрразведка с целью его вербовки. Вскоре выяснилось, что кроме любви к «зеленому змию» советского разведчика отличает еще и слабохарактерность. На этом решили и сыграть. Ждать пришлось недолго. В 3 часа ночи 30 августа 197 Иода Олег Лялин был задержан лондонской полицией. Его обвинили в том, что он управлял машиной в нетрезвом состоянии, и доставили в полицейский участок. Расчет контрразведчиков был предельно прост: сотрудничество с Лондоном и продолжение карьеры с возможностью регулярно выезжать за рубеж или позорное завершение командировки и изгнание из ПГУ КГБ. В ходе многочасовой беседы с британскими контрразведчиками он выбрал первый вариант.

Вот только реализовать его не удалось. И в этом виноваты сами англичане. Они не только не скрыли факт многочасового нахождения Олега Лялина в полицейском участке, но и согласно распоряжению генерального прокурора и министра внутренних дел освободили его от уголовной ответственности за управление автомобилем в нетрезвом виде. Более того, краткое сообщение о своем решение они поместили в одной из британских газет. После этого в Москве было принято решение отозвать Олега Лялина в Советский Союз. Британский агент понял — это «провал». Даже если Москва и не узнает о его предательстве, то на карьере все равно можно ставить крест. И тогда Олег Лялин решил попросить политического убежища в Англии. С собой он взял секретаршу и по совместительству любовницу Ирину Теплякову, супругу одного из сотрудников советского торгпредства. Собственную жену с малолетним ребенком Лялин бросил^[986].

Он подробно рассказал о составе лондонских резидентур КГБ и ГРУ, об известных ему операциях КГБ в Англии. Он передал англичанам так называемые планы советских диверсий в Лондоне, раскрыл находившихся у него на связи агентов из числа армян-киприотов и дал ряд наводок на нелегалов советской разведки в других странах Запада. Следует подчеркнуть, что находившиеся у него на связи агенты из числа армян-киприотов представляли собой особую диверсионно-разведывательную агентурную группу отдела «В», являвшуюся фактически подрезидентурой, имевшую свою радиостанцию, что являлось для работы КГБ того периода нетипичным.

Огромный урон был нанесен не только отделу «В», но и советской внешней разведке в целом. 24 сентября 1971 года британский МИД в связи с делом Олега Лялина объявил о высылке по небеспочвенному подозрению в работе на советскую политическую (КГБ) и военную (ГРУ) разведку 105 советских дипломатов, что составило 20 % от 550 официальных представителей СССР в Лондоне. Москва в октябре того же года выслала из СССР, в качестве ответного шага, 38 британских дипломатов (20 % от общего числа сотрудников посольства Великобритании в Москве).

Хотя дело даже не количестве, а в качестве. В Лондоне англичане позволили остаться лишь семерым офицерам КГБ. При этом вполне сознательно были оставлены лишь те сотрудники, которые до прибытия в Лондон работали, главным образом, в периферийных органах КГБ, то есть те кто не имел опыта работы в центральном аппарате разведки или за границей, и сотрудники резидентуры КГБ и ГРУ, которые не особенно отличались результативностью в работе. При этом на тех, кто не был выдворен из страны, англичане коварно сумели бросить тень подозрения в принадлежности к агентуре британских спецслужб.

Для многих высылка стала крахом блестящей карьеры. Так, на первого в посольской иерархии советника, карьерного дипломата Владимира Филатова, ранее «без замечаний» работавшего во Франции и ФРГ, лично указал пальцем министр иностранных дел Алек Дуглас-Хьюм. Филатов отвечал за связи с Форин оффис, поэтому буквально не вылезал из европейского отдела британского МИД. Похоже, англичан это насторожило. Позже Филатов поехал послом в одну из африканских стран. Но блестяще начавшаяся дипломатическая карьера была сломана. Он умер молодым.

Кроме того, опубликовав списки выдворенных лиц, среди которых были и так называемых чистые дипломаты и даже сотрудники аппарата ЦК КПСС, англичане, указывая на принадлежность тех или иных советских граждан к ГРУ и КГБ, сознательно допустили искажения, вызвав, таким образом, озлобленность на спецслужбы СССР у тех, кто не был причастен в прямом смысле к кадровому составу КГБ и ГРУ. Фактически деятельность советской разведки в Великобритании была парализована на много лет^[987].

8-й отделы Управления «С» ПГУ КГБ СССР

В феврале 1976 года отдел «В» был преобразован в 8-й отдел и введен в структуру управления «С» (нелегальная разведка) ПГУ КГБ СССР^[988].

По утверждению начальника управления «С» ПГУ КГБ Юрия Дроздова 8-й отдел «был не чем иным, как информационной и научно-исследовательской разведывательной структурой, отслеживавшей оперативными средствами все, что касалось сил спецназначения стран НАТО. Отдел, естественно, проводил подготовку спецрезервистов на случай военных действий».