Искушение временем. Книга 3. Соблазны бытия - Пенни Винченци

* * *

– Здравствуй, Маркус!

Он стоял в дверях ее дома. Элспет улыбнулась, искренне обрадовавшись его появлению. Надломленная уходом Кейра, она успела забыть, насколько обаятелен Маркус. Сейчас, когда все мысли о Кейре вызывали у нее лишь злость и негодование, симпатичный, улыбающийся Маркус казался ей просто неотразимым.

– Я так рада тебя видеть.

– Я тоже рад тебя видеть. Ты удивительно выглядишь.

Элспет поблагодарила за комплимент, понимая, что он далек от правды. Забыв о приезде Маркуса, она разгуливала по дому в юбке и свитере, рассчитывая заняться прической потом. Кажется, она даже забыла про косметику.

– Ты позволишь?

Маркус нагнулся, поцеловал ее и тут же укоризненно покачал головой:

– Как же так, дорогая Элспет?

– В чем дело?

– Я не ощущаю запаха «Шанель» номер пять.

– Извини. Не знала, что ты сегодня появишься. Я перестала пользоваться этими духами. Думаю, ты понимаешь.

– Ты сегодня слишком занята? Может, пообедаем? Или выпьем чаю? Естественно, в «Рице».

– Чай был бы очень кстати. Но к нам нагрянуло столько родни. Ты даже не представляешь. Мама ждет меня сегодня к обеду, а завтра там соберется вся семья.

– Конечно, я понимаю.

– Я так рада тебя видеть. Я… – Лучше сделать это сразу. – Я должна тебе кое-что сказать.

– Слушаю.

– Мы с Кейром… разъехались.

– Разъехались?

Маркус был явно шокирован и напуган. Странно. Чего он испугался?

– Да. Он ушел из «Литтонс» и теперь работает в «Уэсли».

– Боже мой! Я ведь ничего не знал. Элспет, я тебе очень сочувствую. Почему это случилось?

– Наш брак исчерпал себя.

– Я знаю. Но…

Судя по его глазам, новость принесла ему некоторое облегчение. Маркус действительно ничего не знал. Он думал, что для Элспет он лишь временное увлечение, и не более того…

– Так не могло продолжаться. Уйдя от меня, вполне естественно, он ушел и из «Литтонс».

Маркус молчал. Чувствовалось, он потрясен известием. Наверное, боится, что она теперь начнет винить его, призовет к ответу и, чего доброго, даже заставит на ней жениться. Его реакция вызвала у Элспет досаду. Она ожидала от Маркуса более достойного поведения.

– Я тебе очень сочувствую, – повторил он. – Если бы я только знал.

– А если бы ты знал? Что тогда? – не выдержала Элспет. – Что бы ты сделал? Примчался бы сюда меня утешать?

– Элспет, дорогая… – пробормотал он. «Почувствовал, что угроза миновала, и начал оживать». – Конечно примчался бы. Я готов начать свои утешения прямо сегодня. Лучше поздно, чем никогда. Жду тебе в «Рице», к четырем.

– Отлично, – сказала она.

* * *

– Ну и как твои успехи? – послышался из сумрака голос Адели. Затем появилась и она сама. – Правда, здесь здорово?

– Я не нахожу слов. Твой отец явно был тонким знатоком и ценителем вин.

– Часть коллекции осталась от деда.

– Уму непостижимо! Здесь полно бутылок, которые гораздо старше тебя. Взгляни-ка на эту. Я уже держал ее в руках и гладил. Это «Шато Марго» тысяча девятьсот двенадцатого года. «Премьер гран-крю».

– Если уж на то пошло, эта бутылка немного моложе меня. Всего на пару лет.

– По виду не скажешь.

– Бутылки лучше не гладить, а пить их содержимое, – засмеялась Адель.

– Адель, нельзя бросать драгоценные жемчужины таким свинтусам, как мы. Это же преступление.

– Убедил. Возможно, как-нибудь в другой вечер, когда будет поменьше гостей. Как ты считаешь? Сколько можно мариновать эти сокровища?

– Конечно. Было бы здорово распить их в узком кругу. А на сегодня я тут кое-что подобрал. Взгляни, может, захочешь какие-то вернуть обратно на полки.

– Ни в коем случае. Раз ты выбрал эти вина, мы их сегодня выпьем. Я целиком доверяю твоему выбору. Давай возьмем еще и бренди. Я очень люблю бренди. Как ты думаешь, завтра моя голова не взбунтуется?

– Будем надеяться, что нет. – Джейми кивнул на лошадку-качалку. – Смотрю, здесь и реликты вашего детства.

– Правда, чудесная лошадка? Мама очень дорожила ею, и наши дети на ней уже не качались. Я до сих пор не понимаю почему. Нам с Венецией она разрешала… Тут где-то под тряпками должен быть еще и кукольный дом.

– Кукольный дом? Я их очень люблю, – признался Джейми. – Думаю, кукольные дома и подвигли меня на то, чтобы заняться недвижимостью. Помню, моему отцу сделали точную модель Эллиотт-хауса. Но не для наших игр. Он так восхищался искусной работой, что запрещал нам притрагиваться к этому домику. А потом Роберт сделал для Мод точную копию дома на Саттон-плейс. Ваш кукольный дом тоже копия этого?

– Нет. Обычный кукольный дом. Но очень красивый.

– Можно взглянуть? Если, конечно, ты не возражаешь.

– Разумеется, нет. Вот только добраться до него непросто.

– Я тебе помогу… Ну вот мы его и нашли. Теперь бы вытащить.

Джейми осторожно снял пыльную мешковину, прикрывавшую кукольный дом. Тот оказался внушительных размеров, высотой почти три фута. Типичный особняк Георгианской эпохи, с занавесками на окнах и настоящим медным дверным молотком.

– Правда, красивый? – спросила Адель. – Мы с Венецией очень любили его… Ой, смотри, труба отломалась. Неужели потерялась?

– Наверное, она слабо держалась и я смахнул ее, когда снимал мешковину. Сейчас посмотрю.

Джейми нагнулся, пробираясь в угол. Потолок здесь был ниже, а свет почти не попадал.

– У тебя, случайно, нет фонарика? – спросил он.

– Я с собой захватила… Джейми, а мы не первые двигаем кукольный дом. Тут уже кто-то был до нас, причем недавно. В пыли остались следы.

– Я бы сказал, кто-то очень решительный… Смотри, я нашел недостающие детали. Одна труба, совсем маленькая. И оконные ящички для цветов. Если хочешь, я все это поставлю на место и закреплю.

– Буду только рада. Если у тебя найдется время.

– Обязательно найдется. Я… А это что такое? Ты знала, что у вас в подвале есть стенной сейф?

– Нет. Ой, как здорово! Может, он ведет прямо в Нарнию?

– Вполне возможно. Да, я снова чувствую себя мальчишкой. Интересно, он заперт? Никаких ручек.

– Давай проверим, – предложила Адель. – Я тоже чувствую себя девчонкой. Вряд ли в этом сейфе могло храниться что-нибудь ценное, но даже просто открыть его – и то интересно.

– Вот только чем бы его открыть? Вокруг – ничего подходящего.

– Сначала надо к нему подобраться. Пропусти меня. Я все-таки пониже ростом, мне будет легче.