Неприкаянная. Жизнь Мэрилин Монро - Адам Бревер

– Да, на одной линии с нами.

Он пальцем приспускает очки на нос. Долгим, изучающим взглядом обводит вершину склона.

– Нет. Ничего не вижу. Но если бы там что-то и было, не уверен, что увидел бы. Расстояние довольно-таки приличное.

– Я что-то видела раньше. Когда приехала.

– Ветер колышет деревья, наклоняет по-всякому. Может, вам что-то и показалось.

Она качает головой:

– Нет. Я видела кое-кого. Человека.

Она умолкает. После того, что сказал ранее Фрэнк, ей не хочется говорить, что это был Джо.

– Даже и не знаю, что вам ответить. Может, какой-нибудь зевака или фотограф. Не знаю. Мы слышали, что люди пытаются делать снимки оттуда. Но вам не о чем беспокоиться. Даже если там кто-то есть, вы были слишком далеко и казались ему лишь пятнышком.

Джо здесь нет. Но она видела его, когда приехала. Она уверена в этом.

Телохранитель говорит, что может послать туда кого-нибудь, если она беспокоится или чувствует угрозу, но, на его взгляд, там все чисто.

Все в порядке, отвечает она. И вообще, ей хочется просто нарвать цветов. Собрать букет. Она говорит, что очень любит калифорнийские маки и на территории Невады их, наверно, можно рвать вполне легально.

– Может, проводите меня туда, и я поищу?

– Могу попросить прислать вам их в комнату.

– Нет… Я хотела бы сама.

Они идут по периметру стоянки, заглядывая под кусты, и она бросает последний взгляд на холм. Ей кажется, она улавливает какое-то движение за деревом у самого гребня, там, где сосны искривляются в некоем подобии полуулыбки. Быть может, это Джо. Быть может, он выглянул на секунду и снова спрятался за высокой, неуклюжей сосной.

Она опускается на колено. Наклоняется вперед, приседает и отводит в сторону куст толокнянки, отчего красная кора на нем частично отслаивается и завивается. Телохранитель ожидает позади, чуть в сторонке, не обращая на нее никакого внимания. С той прогалины, на которую она вышла, взлетает колибри и на какое-то мгновение зависает над ней. Птичка бьет крыльями, грудка ее то опускается, то вздымается, и кажется – она застыла на месте, словно через нее только что прошел электрический разряд. Едва заметив Мэрилин, колибри уносится прочь.

Одной рукой придерживая куст толокнянки, она тянется другой за несколькими стебельками мака и выдергивает с такой силой, что они хрустят. Запах цветов приносит облегчение, и пусть изначально он едкий, в нем чувствуется чистота, хотя и не совсем приятная, – чего-то такого, что выросло не из грязи.

Она собирает цветы в пучок, прижимая букет к груди. Оглядывается на телохранителя. Один из стебельков легонько касается ее щеки. Всего лишь дуновение, не больше, но ей кажется, будто она вдохнула в себя все растение. И она чувствует, как оно наполняет ее, проходит по венам, закачивается в сердце. Кажется, в ней ему самое место, словно она сделана из стекла, но не хрупкого, а чистого, ясного, прозрачного, и ощущение это ей хочется сохранить навечно.

Чистая. Прозрачная. Не имеющая формы.

Всего лишь пятнышко в толпе.